УЗБЕКИСТАН
08.03.2024
0
0
79
Поделиться
УЗБЕКИСТАН

Узбекистáн (Республика Узбекистаy) — государство в Центральной Азии. Граничит на севере с Казахстаном, на западе — с Туркменистаном, на востоке — с Кыргызстаном, на юго-востоке — с Таджикистаном, на юге — с Афганистаном. Площадь — 447,4 тыс. кв. км. Численность населения — 35,64 млн человек (оценка 2022): узбеки (84,4 %), таджики (4,9 %), казахи (2,4 %), каракалпаки (2,2 %), русские (2,1 %), киргизы (1 %) (оценка 2021). Столица — Ташкент (население — 2,572 млн человек, 2020). Крупнейшие города (тысяч жителей, оценка ООН на 2020): Самарканд — 546, Наманган — 626, Андижан — 441, Нукус — 320, Фергана — 289, Бухара – 289. Государственный язык — узбекский. Господствующая религия — ислам (подавляющее большинство — 94 % — исповедует суннизм ханафитского мазхаба, незначительное меньшинство — шиизм толка имамитов); представлены также христианство (у большинства — православие, у меньшинства протестантизм — баптисты, пятидесятники, адвентисты седьмого дня — и католицизм) и иудаизм. Административное деление — 12 областей (вилоятов), город центрального подчинения (столица) и автономная республика Каракалпакстан.

Территория У. в древности (до начала VII в.). Древнейшие следы гоминидов в регионе — чоппинги в слоях с костями южного мамонта на северных склонах Кураминского хребта (1,6–1,8 млн лет назад). Нижнепалеолитические орудия ашельского типа обнаружены в Бухарской и Ферганской областях. Мустьерские памятники найдены в горах Байсунтау (грот Амир-Темир), близ Самарканда (пещерная стоянка Аман-Кутан), Ферганской и Ангрено-Чирчикской долинах (в том числе близ Ташкента — стоянка Колбулак и пещера Оби­Рахмат), мастерская по обработке кремня — в Учтуте (отроги Нуратинского хребта) и др. В числе уникальных объектов среднего палео­лита — пещера Тешик-Таш с черепом и отдельными костями мальчика-«неандертальца». Верхний палеолит иллюстрирует Самаркандская стоянка, мезолит и/или неолит — наскальные росписи в Зараут-Сае. Нео­лит представлен кельтеминарской культурой.

Для бронзового века У. характерны сложные архитектурные комплексы, широкое применение гончарного круга, развитие металлургии (переход от плавки меди к изготовлению бронзы). На юге (Сурхандарьинская и Кашкадарьинская области) старейшая земледельческая культура Сапалли-тепе и Кучук-тепе близка ранним цивилизациям Ближнего Востока. На востоке (Ферганская и Наманганская области) — чустская культура (с конца II тысячелетия до н. э.). В центре (Бухарская и Навоийская область) скотоводческо-земледельческая культура Заман-Баба (конец III — 1-я половина II тысячелетия до н. э.) стала предшественницей андроновской. На западе (Хорезмская область и Каракалпакстан) кельтеминарскую культуру сменила тазабагьябская (2-я половина II — начало I тысячелетия до н. э.), на основе которой сформировалась амирабадская (IX — начало VII в. до н. э.).

В раннем железном веке на значительной части бассейна Зеравшана (Согдиана) и Сурхандарьи и Шерабаддарьи (Бактрия) распространились памятники типа Яз-депе. Протогосударственные образования с центрами на городищах Афрасиаб (Самаркандская область), Ер-Курган и Узункыр (Кашкадарьинская область), Бандыхан и Кызыл-Тепе (Сурхандарьинская область) и другие после 539 до н. э. поглотило Ахеменидов государство. Интенсификация контактов с Юго-Зап. Азией проявилась, помимо прочего, в проникновении сюда арамейской письменности, которая легла в основу всех местных алфавитов. В долине Ангрена и Чирчика (Ташкентская область) выделялась бургулюкская культура земледельцев, скотоводов и металлургов (IX–III вв. до н. э.). В Ферганской долине на смену чустской пришла эйлатанская культура.

В 329–327 до н. э. Бактрию и Согдиану захватил Александр Македонский, а в 280–270-е до н. э. — Селевкиды. С 240–230-х до н. э. эти области удерживало Греко-Бактрийское царство, а со 130–120-х до н. э. — так называемые этео-тохары (кит. юэчжи), одна из групп которых основала Кушанское царство. В стороне от этих сдвигов находилось Вост. Приаралье, которое еще в начале IV в. до н. э. освободилось от Ахеменидов.

В I–II вв. н. э. среднее течение Сыр­дарьи и основная часть Зеравшанской оазисной зоны входили в Кангюй; материальные следы оставили и соседние общества скотоводов и земледельцев (Афрасиаб, Ер-Курган, могильники Орлат, Лявандак и др.). В Ташкентском оазисе в конце I тысячелетия до н. э. на основе бургулюкской сложилась каунчинская культура с главным очагом — городищем Канка. Ферганская долина, согласно династийным хроникам Хань, подчинялась государству Давань (Даюань), со столицей Эрши (предположительно комплекс Мархамат в нынешней Андижанской области). Китайские источники сообщают о возделывании в Фергане пшеницы, риса, винограда и люцерны, процветающем садоводстве. Самобытная культура Хорезма достигла расцвета в I–III вв. (Кой-Крылган-кала, Топрак-кала и др.).

В начале I тысячелетия н. э. на территории будущего У., наряду с зороастризмом, получают распространение сначала буддизм, а затем христианство и манихейство. Встреча столь различных религиозных учений породила яркий синкретизм в культовом зодчестве и иконографии. К концу IV — началу V в. натиск кочевников (хиониты и др.) с севера и Сасанидов с юга нарушил политическое равновесие, сложившееся при Кушанах, чье наследие пытались удержать кидариты. В 1-й половине V в. свою гегемонию здесь (кроме Хорезмского оазиса) установили эфталиты, которых в 560-е разгромили Ануширван Хосров и Тюркский каганат, разделившие их земли по Амударье.

Царство хорезмшахов династии Афригидов, согдийские, бактрийские, сакские княжества (порядка 15 к началу VIII в.), признавая верховенство каганов, активизировали торгово-дипломатическую деятельность на Великом шелковом пути. Купцы-согдийцы играли важную роль при дворах тюркских и китайских властелинов как агенты и послы в контактах с Византией, через Иран и через Кавказ. Все это стимулировало оживленный культурный обмен между цивилизациями Средиземноморья и Вост. Азии в бассейне Сырдарьи и Амударьи, куда с середины VI в. через Семиречье все чаще перемещались с предгорий Алтая и Тянь-Шаня прототюркские (позднегуннские), а затем и собственно тюркские племенные союзы.

В социальной структуре Согдианы позднейшие арабо-персидские источники выделяют земледельцев-крестьян (кадивар), зависимых от крупных и родовитых землевладельцев (дехкан); отношения между ними могли быть конфликтны (восстание Абруя). В сельском хозяйстве важное место занимали хлопководство и шелководство; немаловажную роль играло горное дело (добыча драгоценных руд, железа, меди, свинца). В сельской местности (укрепленные поселения Балалык-Тепе, Тавка и др.) строились замки-кушки с башнями типа донжона, в городах (Самарканд, Варахша, Нахшаб, Байкенд, Термез и др.) — дворцы и святилища.

Земли У. под властью Халифата и тюрко-монгольских империй (середина VII — начало XVI в.). После крушения Сасанидского Ирана волна арабских завоеваний докатилась до правобережья Амударьи, которое стало отныне известно как Мавераннахр. В 712 вой­ска Омейядов халифата взяли Самарканд. Последовало восстание 720–721, при подавлении которого пал в 722 Деваштич, притязавший на трон самаркандского ихшида — верховного правителя Согдианы. Крупные антиарабские выступления повторились в 728 и 736–737, как в согдийских, так и в бактрийских землях. В 737 силы Омейядов разгромили союзное тюрко-согдийское вой­ско.

Торжество ислама в 751 закрепила победа при Таласе над армией Тан, пленные солдаты которой, поселенные в Самарканде, наладили там производство бумаги — впервые за пределами Китая. В 747–748 арабы и иранцы Мавераннахра поддержали Абу Муслима, но разочарование, вызванное победой Аббасидов, стимулировало мощные восстания, сотрясавшие регион до конца VIII в. (в 755 — Исхак ат-Турк, в 776 — Муканна).

В рамках Аббасидов халифата ускорилась культурно-экономическая трансформация обществ Мавераннахра, Хорезма и Ферганы и инкорпорация местной элиты в правящие круги общемусульманской державы. Регион интенсивнее втягивался в западноазиатское цивилизационное пространство, хотя миграции тюркских племен, ранее находившихся в контакте с Китаем, усиливали и восточноазиатское влияние. Тем не менее, пространственная организация городов (Самарканд, Бухара, Варахша и др.) во многом воспроизводила доисламскую ирано-центральноазиатскую модель, сочетавшую цитадель (кухандиз) или укрепленную усадьбу (кушк) владетеля (или наместника), обнесенные стеной кварталы, где проживали влиятельные семьи и правящая элита (шахристан), и торгово-ремесленные предместья (рабад).

В 806–810 большую часть Мавераннахра охватило восстание Рафи ибн аль-Лайса, сумевшего взять Самарканд. После его подавления Мамун предоставил широкое самоуправление областной знати, представители которой, Саманиды, в 819 получили власть над главными городами области. В 892 Исмаил Самани, преодолев сопротивление родственников, объединил под своей эгидой весь Мавераннахр и Фергану.

Заметные успехи исламизации сопровождались оформлением суннизма в борьбе с различными направлениями шиизма (в частности, исмаилитами). Арабский превратился в язык управления и бурно развивавшейся науки: на нем уже в середине — конце IX в. писали математик Абу Джафар аль-Хорезми и астроном Абу-ль-Аббас аль-Фергани, составлялись энциклопедические труды Абу Абдаллаха аль-Хорезми, Бируни и Ибн Сины. Однако при дворе и в изящной словесности все громче заявлял о себе новоперсидский язык (фарси-йи дари), постепенно вытеснявший из обихода согдийские и бактрийские диалекты.

В X в. огузы, кочевавшие в приаральских и прибалхашских степях, постепенно оседали в оазисах по среднему течению Сырдарьи. С конца века часть их, сельджуки, втянулись в противоборство Саманидов с Караханидами, которые в 999 овладели Бухарой, а затем и всем Мавераннахром. Хорезмское царство досталось Махмуду Газневи, но его потомков в середине XI в. разгромили Сельджукиды. Их обширная держава притязала и на Мавераннахр, которым из Самарканда правила западная ветвь караханидской династии. В конце XI в. Алп-Арслан поставил своего служителя Ануш­тегина хорезмшахом. В начале XII в. западные Караханиды признали верховенство сельджукского султана Санджара, но в 1137 потерпели поражение от каракитаев государства. В 1141 каракитаи разбили объединенные караханидско-сельджукидские силы при Катване, а в 1156 способствовали переходу Самарканда к восточной ветви караханидского дома. В середине XII в. с опорой на кипчаков в Гургандже (Ургенч) усилились потомки Ануш-тегина — хорезмшахи, которые в конце XII — начале XIII в. подчинили обширные земли от Аральского моря на севере до Аравийского на юге и от Памира на востоке до Каспия на западе.

Начавшийся при Саманидах рост земледелия (особенно в долине Зеравшана), горного дела (в Чаче и Фергане, с применением рабского труда), ремесла (особенно стеклодувного и бумагоделательного в Самарканде) и оживление караванной торговли в целом продолжились в государстве Газневидов и Караханидов. В зодчестве с распространением обожженного кирпича получили развитие сводчато-купольные конструкции, в декоре — наряду с резьбой, фигурная кирпичная кладка, в керамике — цветная глазурь, а затем — подглазурная роспись. На протяжении X–XI вв. выработалась типология культового строительства: мечеть колонная, купольная (Чор-сутун в Термезе, Деггарон в Хазара, XI в.) и портальная (Магоки-Аттори в Бухаре), открытая молельня-мусалла/намазгах, круглоствольные минареты с узорной кирпичной кладкой (Калян в Бухаре, 1127). К ним по типу примыкают купольные мавзолеи — центрические (Араб-ата в Тиме, 977–978) и парные (Султан-Саадат в Термезе). В гражданском строительстве распространилась планировка, преду­сматривавшая обширный внутренний двор и портал (правительский дворец в Термезе и караван-сарай Рабат-и Малик близ Навои, XI в.).

В 1219–1220 держава Ануштегинидов рухнула под ударами монгольских завоеваний. В феврале–марте 1220 пали Бухара и Самарканд. Упорное сопротивление оказал Гургандж, который Джучи после 4–5-месячной осады сровнял с землей. После смерти Чингис­хана территорию современного У. разделили между собой Угэдэй и Джагатай.

Мавераннахр монголы доверили хорезмскому купцу Махмуду Ялавачу, который, стремясь преодолеть послевоенную разруху, правил до 1238, когда, в связи с восстанием Махмуда Тараби в Бухаре, его сменил сын Масуд-бек. В 1251 улус Угэдэя разделили Мункэ и Бату, который получил север Хорезма, а около 1260 Джагатайский улус унаследовал Алгу — внук Джагатая, который, однако, в 1268 вынужден был уступить мятежному хану Хайду. Последний вел вой­ны с Джучи улусом, прежде всего с Синей Ордой, ханам которой удалось закрепиться в устье Сырдарьи, и с потомками Хулагу: в 1273 ильхан Абага взял Бухару, а в ответ Джагатаид Дува-хан не раз нападал на Хорасан. Со смертью Хайду в 1301 джагатаидские ханы восстановили свой улус: сын Дувы, Кебек, перенес свою столицу в Нахшаб (ныне Карши), а приведенные им с собой тюрко-монгольские роды, получившие общее наименование чагатайцев, постепенно перешли к оседлости и исламизировались.

В середине XIV в. улус распался на две части — Мавераннахр и Моголистан. В Хорезме около 1360 от Джучидов обособились эмиры кунгратов из рода Суфи, со столицей в Ургенче, а в прилегающих к нему степях усилилась Синяя Орда: с конца XIV в. она часто именовалась Узбекской (в честь Узбека), так что с начала XV в. персидские источники начинают обозначать кочевников этой орды как «узбаки».

В 1360 моголистанский хан Тоглук-Тэмур ненадолго захватил Мавераннахр и передал управление им местным эмирам. Один из них, Тимур, в 1370 объединил страну под своей властью и в 1372 двинулся на Хорезм, покорил его в 1379, а в 1388 вторичным взятием и разрушением Ургенча положил конец династии Суфи. Целенаправленное уничтожение им крупных торговых городов При­азовья и Поволжья способствовало сосредоточению караванных маршрутов через Центральную Евразию на территории современного У. и стимулировало дальнейший рост здесь городов, которые служили главной площадкой для товарообмена.

В 1411–1447 Мавераннахр, под управлением Улугбека, пребывал в относительной безопасности от смут, бушевавших в остальных уделах Тимуридов. На Сев. Хорезм не раз совершал набеги Абулхайр, который в 1451 помог захватить власть в Самарканде Абу-Саиду, ставшему последним тимуридским султаном, правившим и в Хорасане, и в Мавераннахре.

Тимуридская эпоха ознаменовалась расцветом материальной и духовной культуры. Центральный тип монументальной архитектуры, представленной прежде всего грандиозными ансамблями мечетей, медресе и мавзолеев Самарканда (Регистан и Шах-и Зинда), Бухары и Шахрисябза, — здание с двором, обрамленным 2–4 порталами (айван), и пышно декорированным парадным входом (пештак). Беспрецедентно усовершенствовалось декоративно-прикладное искусство.

В словесности, наряду с персидским, упрочил свои позиции чагатайский язык (восточный тюрки). Его литература, главными колыбелями которой были Самарканд и Герат, восприняла жанровую основу и формы персидской и рано прониклась мотивами суфизма. Ее ранний период связан с именами эпиков и лириков Дурбека (конец XIV в.), Атаи (начало XV в.), Саккаки (1400–1410-е), Юсуфа Амири (1420–1430-е), Лутфи (1366/67–1463/64), более поздний — Гадаи (середина XV в.) и Мухаммада Салиха (конец XV в.). Навои (1441–1501) и Бабур (1483–1530) выступили систематизаторами восточнотюркской поэтики.

На протяжении XIV–XV вв. шла интенсивная тюркизация населения Мавераннахра и Хорезма (особенно северного), где, среди земледельцев (мавераннахрских «таджиков», говоривших по-персидски, и хорезмских «татов», пользовавшихся особым североиранским языком), оседали бывшие номады (карлуки и огузы). Если в XI–XIII вв. тюрку как кочевнику противопоставлялся таджик как оседлый, то с XV в. кочевой «узбек» (как правило, носитель кыпчакских диалектов, близких к тем, что звучали в Поволжье и Приазовье) противополагается оседлому «сарту» (пре­имущественно носителю огузо-карлукских диалектов, испытавших сильное персидско-таджикское влияние в лексике и фонетике).

Узбекские ханства (середина XVI — середина XIX в.). В 1488 Мухаммад Шейбани, оставив тимуридскую службу, получил от ханов Моголистана право на управление правым берегом Сырдарьи, откуда, собрав рассеявшуюся со смертью Абулхайра Узбекскую орду, напал на Тимуридов. Несмотря на временные успехи Исмаила I после гибели Мухаммада в 1510, уже в 1511 его гарнизоны изгнали узбеки. После 1513 Шейбаниды, которыми в Хорезме руководили потомки хана Ядгара (или Арабшахиды), а в Мавераннахре — родственники Шейбани-хана (или Абулхайриды), поделили свою державу на несколько уделов, формально подчинявшихся верховному государю, но на деле нередко враждовавших между собой.

Арабшахиды стремились подчинить туркменские племена к югу и западу от Хорезмского оазиса; после смерти Исмаила их влияние достигло северного Хорасана. Абулхайридов в 1583 объединил Абдулла-хан II, который в 1590-х ненадолго покорил и Хорезм. Денежная реформа, нормализовавшая обращение серебра и меди в регионе до XVIII в., и административная централизация благотворно сказались на культурно-экономической ситуации: строились дороги, мечети и медресе, ирригационные сооружения, выросла роль международной торговли, в том числе с Русским государством — через Астрахань и Тобольск (главный товар — хлопок).

В XVII в. Мавераннахр вступил с новой династией Аштарханидов: на престол по избранию взошел Баки-Мухаммад (1601/02–1605), чьи преемники объединили под своей эгидой Бухару, Самарканд, Фергану и Бадахшан, а также Балх. Лишь Хорезм остался независимым под властью Арабшахидов. Племянник Баки и его брата и наследника Вали-Мухаммада (1605–1611), Имам-кули (1611–1642), опираясь на поддержку влиятельных суфийских братств, способствовал экономическому подъему своих владений, оказав отпор кочевой экспансии в борьбе за Ташкент с Казахским ханством. Его брат, Надир-Мухаммад (1642–1645), и сыновья, Абд-аль-Азиз (1645–1681) и Субхан-кули (1681–1702) воевали с Могольской империей (бадахшанский поход Шах-Джахана) и Хивинским ханством (вой­на 1688) и покровительствовали суннитскому религиозному образованию в противовес усилению влияния Сефевидов. Хищническая фискальная политика и изменение караванных маршрутов привели, в конечном итоге, к истощению казны.

При сыновьях Субхан-кули, Убайдаллахе (1702–1711) и Абуль-Файзе (1711–1747), разложение военно-административной системы уже грозило державе дезинтеграцией, и второй из них оказался в полной зависимости от эмиров. Ключевая должность аталыка (главнокомандующего вой­сками и первого министра) оказалась в руках Мангытов. В 1709 на востоке Ферганской долины обособились Минги, которые с 1740 обосновались в Эски-Кургане, переименованном в Коканд. Городское население сокращалось, земледелие деградировало из-за обветшания ирригационной системы и нападений Казахского (опустошение долины Зеравшана в 1720–1730) и Джунгарского ханства. В 1740 Надир-шах обложил Бухарское и Хивинское ханства данью, но после его смерти вой­ска Афшаров покинули регион.

Бухарой до 1752 полновластно правил мангытский бий Мухаммад Рахим. Его преемник, Мир-Масум Шах-Мурад, подавив восстание горожан (1758), легитимировал свои притязания на ханство через брак с дочерью одного из Джанидов и, приняв титул эмира, низложил последнего представителя династии — Абуль-Гази (1758–1789/90).

В Хиве, после пресечения к середине XVIII в. династии Арабшахидов, на престол приглашали различных Чингисидов. В 1767 город захватило турк­менское племя йомуд, которое в 1770 разбил бий Мухаммад Амин инак, чьи внуки, Эльтузар и Мухаммад Рахим, приняв ханский титул, основали новую династию — Кунгратов. С 1811 в борьбе против кочевых племен хивинцы одновременно привлекали их представителей, прежде всего турк­мен, на военную службу. Важным элементом экономики ханства стала работорговля.

Кокандские Минги в 1774 стали платить дань империи Цин, но в начале XIX в. сбросили с себя эту зависимость. Алим (1798–1809) около 1805 принял ханский титул, в 1809 подчинил Ташкент и вступил в ожесточенное противоборство с Мангытами, которое продолжили его братья, Мухаммад Умар (1809–1822) и Мухаммад Али (1822–1842), с трудом подавивший восстание казахов (с 1821). Гибель Мухаммада Али (Мадали) при вторжении бухарцев ослабила Кокандское ханство, которое восстановило независимость только с помощью племени кипчак. Тем не менее, Ташкент в 1847 снова обрел утраченную ранее самостоятельность.

Относительная стабилизация всех трех ханств в конце XVIII — начале XIX в. сопровождалась активизацией внешней торговли, особенно с Российской империей. Предлогом для продвижения сюда последней стало обеспечение безопасности казахских Старшего и Среднего жузов, перешедших под ее протекцию. В 1812–1813 Александр I обменялся послами с Мухаммад Умар-ханом. В задачи безуспешного похода В. А. Перовского в 1839–1840, наряду с прекращением нападений хивинцев, входило и исследование Арала. В 1847 началось возведение Сырдарьинской линии — серии крепостей, призванной закрыть кокандцам выход в казахские («киргизские») степи. После взятия Перовским стратегически важной кокандской крепости Ак-Мечеть в 1853 участились и рейды русских вой­ск в глубь ханства.

С начала 1860-х экономической подоплекой российского наступления на узбекские ханства послужил хлопковый голод, порожденный Гражданской вой­ной в США 1861–1865. В результате кокандского похода 1863–1866 отряд М. Г. Черняева весной 1864 овладел Аулие-Ата и крепостью Хазрет (переименованной в Туркестан), осенью — Чимкентом, в мае 1865 штурмовал Ташкент, а затем разбил двигавшиеся к нему войска мангытского эмира Бухары. В августе 1866 Россия официально включила в свой состав Ташкентский оазис и Зачирчикский край в качестве Туркестанской области, с центром в Ташкенте, а осенью заняла бухарскую крепость Янги-Курган, оторвав тем самым ханства друг от друга. В 1867 было учреждено Туркестанское генерал-губернаторство (до 1882 им правил К. П. Кауфман) с Сырдарьинской областью в составе. По соглашению 1868 Худаяр признал своим государем Александра II. Следующий поход 1875–1876 повлек ликвидацию ханства Мингов и образование на его территории Ферганской области. Бухарские походы 1866–1868 и 1870 привели к присоединению к империи Джизака (1866) и Самарканда (1868), а договоры Самаркандский 1868 и Шаарский 1873 превратили Бухарский эмират в российский протекторат, на отчужденной территории которого учреждался Зеравшанский округ (1868), преобразованный в Самаркандскую область (1887). Хивинский поход 1873 завершился Гендумянским миром, по которому Хива повторяла судьбу Бухары. Все земли, непосредственно включенные в имперское административно-территориальное деление, вошли в Турке­станское генерал-губернаторство.

В шейбанидскую и аштарханидскую эпоху продолжилось крупномасштабное строительство в Бухаре и Самарканде, где были завершены парадные культово-мемориальные ансамбли. Развивались объемно-планировочные решения тимуридского времени, в частности сводчато-купольные конструкции, а также традиции миниатюрной живописи, продолжившие достижения гератской школы XV в. С конца XVIII в. на передний план, с точки зрения зодчества, выдвигаются ханские резиденции Хорезма и Ферганы — Хива и Коканд.

Хотя в делопроизводстве и придворной словесности Бухарского эмирата и Кокандского ханства продолжал господствовать персидский язык, чагатайская словесность получила дальнейшее развитие в творчестве Маджлиси (начало XVI в.), Турды (ум. около 1700), Машраба (1657–1711), Аллахъяра (1644–1721), Сайкали (1730–1798). Она осваивала и новые жанры, например историописание («Родословие тюрков» Абулгази-багадура).

Поэтические кружки процветали при дворах государей, которые нередко сами увлекались стихотворством. Так, в Коканде при Умар-хане жили Фазли, Надира и Увайси. В Хиве их современниками был Нишати, Андалиб, Равнак, а также дядя и племянник Мунис и Агахи, прославившиеся и как дееписатели кунгратских владык.

В XVIII–XIX вв. придворные мелодисты (бастакары) Мангытов и Кунгратов кодифицировали ладовые системы (макамат), с попытками их письменной нотации. Помимо Хорезмской и Бухаро-Самаркандской зоны, особым ареалом традиционной музыки Центральной Азии стала Ферганская долина с Ташкентским оазисом.

Узбекские земли — часть Российской империи (1870–1910-е). Экономическое освоение Сырдарьинской, Ферганской и Самаркандской областей основывалось на производстве и обработке хлопка, преимущественно силами мелкокрестьянских хозяйств. С 1884 здесь начали сеять американские сорта, превосходившие по качеству местный. Соотношение между ними за 1890–1900-е оставалось на уровне 3 к 1, причем 80 % сырца давала Фергана, где его сборы за 1892–1900 выросли почти в четыре раза. За 1907–1915 сбор хлопка-сырца в трех областях увеличился более чем в два раза (на 1914 хлопок составлял 80 % общего вывоза из Туркестана и ханств).

Важное значение имело строительство Закаспийской (с 1899 — Среднеазиатской) железной дороги: в 1888 — участка Чарджуй — Самарканд, в 1899 продолженного до Андижана через Ташкент и Коканд, от которого в 1912 ветка доведена до Намангана. В 1906 железная дорога связала Ташкент с Оренбургом. Железнодорожное строительство (наряду с хлопкоочистительными и маслобойными заводами, которые к 1913 давали 96 % всей промышленной продукции) стимулировало рождение индустриального пролетариата. Фабрично-заводским очагом Туркестанского края стала Фергана, где предприятия принадлежали в основном частному капиталу из Европейской России; местные баи («богачи») выходили почти исключительно из торгово-ростовщической и землевладельческой среды.

Вдоль железных дорог росли города, превращавшиеся в очаги индустриализации, начался приток русского населения (в 1868 в Ташкенте русские составляли около 2 %, к 1910 — более 1/4 жителей), почти не смешивавшегося с «туземцами». Новый Ташкент и Новая Бухара (ныне Каган) находились поодаль от старых городов и разительно отличались от них экономикой, планировкой и архитектурой. Аналогичные или сходные изменения происходили и в других центрах, в частности Самарканде и Андижане. В Ферганской долине, по инициативе М. Д. Скобелева, стремительно (1876–1899) вырос Новый Маргилан (с 1907 переименованный в честь основателя), призванный сменить Коканд в качестве военно-административного центра края. Земельный массив Сырдарьинской области между Ташкентом и Аулие-Ата стал зоной крупномасштабной аграрной колонизации.

Социальная напряженность выливалась в многочисленные восстания. В 1881, 1891 и 1895 шли волнения среди крестьян Наманганского, Андижанского и Ошского уездов, а в целом по Ферганской области за 1899 было отмечено 37 крестьянских выступлений, в 1901 — 55, а в 1904 — 74. В 1892 в Ташкенте поднялся «холерный бунт», а в 1898 вспыхнуло Андижанское восстание. Протесты происходили и в переселенческой среде. 

Хотя в общем составе населения территорий, вошедших впоследствии в У. (Самаркандской, части Ферганской и Сырдарьинской областей), русские составляли не более 5 %, они стимулировали серьезные сдвиги в культуре повседневности края. В 1884 в Ташкенте возникло музыкальное общество, в 1897 состоялся первый киносеанс.

Бухарский эмират и Хивинское ханство русское влияние затронуло меньше. Окружение их государей отличалось большим консерватизмом в культурно-религиозном плане. Немногие из местных интеллектуалов разделяли идеалы джадидизма с элементами пантюркизма и стремлением к модернизации, которые обычно преследовались. Тем не менее, в конце 1900-х именно при покровительстве ханского двора первый фото- и кинооператор-узбек Х. Н. Деванов, обучавшийся в Санкт-Петербурге и Москве, оборудовал в Хиве студию и снял несколько короткометражных документальных лент.

После Манифеста 17 октября 1905, по которому «европейцы» в Туркестане были выделены в особую избирательную курию и получили 2/3 мандатов, составляя около 10 % населения, началось сближение джадидов с революционными партиями, первоначально представленными в крае ссыльными большевиками и меньшевиками: первые нелегальные кружки образовались в Ташкенте в 1903, в Самарканде — в 1904, и в том же году ташкентские социал-демократы и социалисты-революционеры образовали «Союзную группу», но уже через год размежевались.

Резкой политизации способствовала, как и по всей периферии империи, Русская революция 1905–1907: в феврале 1905 бастовали ташкентские мастерские Среднеазиатской железной дороги, затем волнения охватили Ферганскую долину, к осени в Ташкенте действовало 15 рабочих и 3 солдатских кружка эсдеков, а несколько позднее — Туркестанский военный комитет РСДРП. В сентябре начали издаваться газеты «Рабочий» и «Самарканд», а в октябре стачечное движение парализовало железнодорожное сообщение в крае (участвовали не только рабочие и служащие, но и охранные батальоны) и Амударьинскую флотилию. Расстрел митинга в Ташкенте накалил ситуацию, и в ноябре взбунтовался гарнизон крепости, но был подавлен.

В феврале 1906 I Туркестанская конференция РСДРП учредила Союз туркестанских организаций партии (числом 17), а в июле по инициативе большевиков состоялся 1-й Турке­станский объединенный съезд железнодорожников Среднеазиатской и Ташкент-Оренбургской магистралей, создавший узловой комитет в Ташкенте. В ответ на попытку солдатского восстания летом правительство в сентябре ввело положение «чрезвычайной охраны» (до 1909). За 1907 состав Ташкентского комитета арестовывался трижды. После Третьеиюньского переворота 1907 новое законодательство лишило жителей Туркестана избирательных прав и представительства в Думе. В 1910 III Дума приняла законопроект об «изъятии земельных излишков у кочевников», что узаконило экспроприацию не только казахов, но и узбеков Сырдарьинской области. 

Начало 1910-х в целом ознаменовалось поляризацией политически активных групп в крае. Большевики усилили агитационную работу к весне 1912, а в июле произошло Туркестанское восстание саперов. Летом 1913 образовалась Ташкентская группа РСДРП во главе с Я. Я. Упмалем, вскоре ликвидированная охранкой.

Вступление в Первую мировую вой­ну поначалу принесло сырьевой экономике Самаркандской и Ферганской областей подъем, обусловленный расширением посевных площадей под хлопок, строительством новых очистительных заводов, появлением новых рабочих мест. Однако к 1916 четырехкратный рост цен на хлеб и последовавшее снижение стоимости хлопка повлекло массовое разорение занимавшихся его выращиванием крестьян. Весной начались голодные бунты. На этом фоне мятежный предводитель йомудов Джунайд-хан (1858–1938) взял Хиву, казнил нескольких министров и оставил город только под давлением российских вой­ск. Это послужило прологом к Среднеазиатскому восстанию 1916.

После Февральской революции 1917 власть в Туркестанском генерал-губернаторстве перешла к краевому комитету Временного правительства под председательством Н. Н. Щепкина (от партии кадетов). В марте ташкентские джадиды учредили «Исламский совет» (Шура-йи исламийа), который в апреле созвал I Всетуркестанский съезд мусульман. В июне сложился схожий по составу и целям «Совет богословов» (Шура-йи ‘улама’). В сентябре II съезд мусульман принял резолюцию о необходимости создания Туркестанской федеративной республики в составе России. Было достигнуто соглашение об объединении всех исламских движений в «Союз мусульман» (Иттифак ал-муслимин). В ноябре 1917 в Ташкенте, а за ним в Самарканде и других городах с «европейским» населением советы, опиравшиеся на красногвардейские отряды, в основном из русских рабочих, взяли власть в свои руки, отвергнув предложение исламских партий об образовании коалиции: в первое правительство нового Туркестана не вошел ни один «туземец». В Коканде было избрано временное правительство Туркестанской автономии во главе с членом II Думы М. Тынышпаевым, для управления краем до созыва туркестанского учредительного собрания.

В феврале 1918 красногвардейцы К. П. Осипова покончили с Кокандской автономией после уличных боев. В Новую Бухару по приглашению революционной группы младобухарцев во главе с Файзуллой Ходжаевым для установления советской власти прибыл красногвардейский отряд председателя Туркестанского СНК Ф. И. Колесова. В марте Кызылтепинское соглашение обязало эмира Сайида Алима в обмен на признание его независимости сократить армию. Предполагаемые сторонники младо­бухарцев подверглись резне, а выжившие бежали в Ташкент, где в апреле была провозглашена Туркестанская советская федеративная республика (ТСФР), и летом учредили Бухарскую коммунистическую партию. Хиву весной вторично взял Джунайд, принявший звание главнокомандующего (сердар). С июня издавалась на чагатайском («тюрки») газета «Иштирокиюн» (с 1922 — «Туркистон»), которая, в дополнение к русской «Нашей газете» (с 1922 — «Туркестанская правда»), стала главным печатным органом новой власти в Туркестане. Осенью в Ташкенте открылось отделение «Окон РОСТА».

В ноябре 1919 восстание под руководством малочисленной Хорезмской коммунистический партии поддержала Красная армия (РККА), которая в феврале 1920 разгромила сердара Джунайда. В апреле была провозглашена Хорезмская Народная Советская Республика (ХНСР). Тем временем ТСФР была преобразована в Туркестанскую автономную советскую социалистическую республику в составе РСФСР (ТАССР). В августе съезд Бухарской компартии в Чарджуе призвал на помощь РККА, которая в сентябре силами Турке­станского фронта под командованием М. В. Фрунзе взяла Бухару. Сайид Алим бежал в Душанбе, откуда в феврале 1921 перебрался в Афганистан. После окончательного разгрома его вой­ск в марте была провозглашена Бухарская народная советская республика (БНСР).

Несмотря на низкий в целом уровень грамотности в мусульманском социуме Туркестанского края и ханств (по данным переписи 1897 — 4 %), начало XX в. ознаменовалось в чагатайской литературе быстрой модернизацией. Общественно-критические мотивы заметно усилились уже в творчестве Мукими (1850–1903) и Фурката (1858–1909), но основные сдвиги связаны с джадидизмом, к которому примыкали создатели среднеазиатско-тюркской журналистики, драматургии, фельетона и т. д.: язык Абдуррауфа Фитрата (1886–1938), Абдулхамида Чулпана (1893–1938), Абдуллы Кадыри (1894–1938), демократизируясь, постепенно принимал те формы, которые будут ассоциироваться с литературной нормой. Ключевую роль в зарождении сценического искусства сыграли Хамза Ниязи (1889–1929) и Махмуд-ходжа Бехбуди (1875–1919).

Советский У. (1920–1980-е). В октябре 1923 ХНСР была преобразована в Хорезмскую ССР. В сентябре 1924 5-й Всебухарский курултай Советов принял решение о вхождении БНСР в состав СССР. В октябре 5-й Всехорезмский съезд Советов объявил о самоликвидации Хорезмской ССР. В результате национально-государственного размежевания в Средней Азии большая часть Бухарской ССР и южные районы Хорезма, а также часть Туркестанской АССР (ранее — в составе РСФСР) вошли в состав Узбекской Советской Социалистической Республики (УзССР), в которой выделялась Таджикская АССР. Столица ее до 1930 размещалась в Самарканде, затем перенесена в Ташкент (здесь же выходила и пресса на таджикском языке — газета «Овози тоджик» с 1924, с 1931 — «Хакикати Узбекистон»). Революционный комитет возглавил Ф. Ходжаев. В мае 1925 III съезд Советов СССР постановил распространить на УзССР действие Договора об образовании Союза ССР 1922. В октябре 1929 Таджикская АССР, преобразованная в Таджикскую ССР, выведена из состава УзССР, в который, напротив, в декабре 1936 включена Кара-Калпакская АССР. В 1926 население новообразованной республики насчитывало 4,8 млн человек (71 % — узбеки, 7,4 % — таджики, 5,2 % — русские; как узбеки зачастую регистрировались таджики, проживавшие в крупных городах, прежде всего в Самарканде и Бухаре, где они составляли большинство населения).

1920–1930-е в УзССР стали временем бурных перемен как в социально-экономической, так и особенно в культурно-интеллектуальной сфере. Антисоветское сопротивление на территории У. (басмачество) продолжалось до конца 1920-х. Одной из первых мер, принятых новой, большевистской властью, стали земельно-водные реформы 1921–1922.

Активно развернувшееся градостроительство вырабатывало доминирующий стиль, сочетавший эклектику и историзм (при преобладании неоклассических мотивов) с конструктивизмом и элементами традиционной архитектуры, особенно в декоре (генпланы реконструкции Ташкента, Самарканда, Андижана). Закладывались новые (преимущественно промышленные) центры (1930-е — Чирчик, 1940-е — Ангрен, Алмалык, 1950-е — Бекабад, Навои).

С конца 1920-х развернулась кампания по ликвидации неграмотности, в ходе которой остро встал вопрос о литературном стандарте языка. В 1928 арабский алфавит был заменен на латинский, в 1940 — на кириллицу. К 1939 грамотность составила 79 %. Чагатайский был объявлен достоянием прошлого, попытки создания общетюркского языка — отброшены. Новая норма разрабатывалась на базе ферганского диалекта первым поколением узбекских советских писателей (прозаики Абдулла Каххар, Хамид Гулям, Айбек, поэты Хамид Алимджан, Гафур Гулям, Миртемир; драматурги Уйгун, Иззат Султан, Камиль Яшен).
Развивались средства массовой информации. Было создано Узбекское телеграфное агентство (УзТАг) в составе ТАСС. Помимо «Туркестанской правды» (с 1924 — «Правда Востока») выходила «Туркистон» (с 1924 — «Кизил Узбекистон»). С 1927 работало радиовещание на русском, узбекском, таджикском, казахском, каракалпакском языках. В 1933 учрежден Комитет радиофикации и радиовещания Совнаркома УзССР.

В феврале 1937 была утверждена республиканская конституция, а в сентябре Ходжаев был арестован по делу «антисоветского правотроцкистского блока» и расстрелян по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР в марте 1938; репрессиям подверглась значительная часть руководства Узбекской ССР. С конца 1930-х был взят курс на резкое увеличение посевов хлопка, ставшего основой экономики У.

В Великую Отечественную вой­ну в У. было эвакуировано более 100 промышленных предприятий, 22 НИИ, 16 вузов, около 1 млн человек (в том числе 200 тыс. детей). В республике сформировано 14 национальных дивизий, около 120 тыс. человек погибли на фронте, 338 человек удостоены звания Героя Советского Союза. В послевоенные годы в экономической структуре резко выросла роль промышленности, изменился этнический состав: помимо русских, многие из которых после вой­ны остались в У., сюда были депортированы десятки тысяч крымских татар, греков, корейцев, турок-месхетинцев.

В 1959 в общем населении 62 % составляли узбеки, 14 % — русские. В Ташкенте доля русских достигла около 40 % и продолжала расти вплоть до 1970-х, превосходя узбеков. С начала 1960-х медленно снижался естественный прирост населения, до того весьма быстрый (1950 — около 6,3 млн человек, 1959 — около 8,1 млн, 1970 — около 11,8 млн, 1989 — около 19,9 млн). В 1970-х были построены многочисленные промышленные предприятия и электростанции, что также благоприятствовало интенсивному перемещению квалифицированных специалистов и формированию кадров на местах. Численность грамотных, по официальной статистике, достигла к 1977 99 %.

Монументальная архитектура общественных зданий с четкой функциональностью пространственной композиции и каркасное крупноблочное многоэтажное домостроение, учитывающее климатические условия страны, определили характер урбанизации 1960–1970-х, наиболее ярким примером которой стало восстановление Ташкента после землетрясения 1966. В 1977 заработал Ташкентский метрополитен.

В 1959–1983 ЦК Компартии ­УзССР возглавлял Ш. Р. Рашидов, после смерти которого Ю. В. Андропов фактически инициировал «хлопковое дело» (в числе центральных пунктов обвинений были многомиллионные приписки в промышленности) — самый резонансный антикоррупционный процесс перестройки, который привел к аресту и снятию с должностей сотен партийных и правительственных функционеров республиканского и союзного масштаба. К концу советской эпохи увеличение площадей хлопковых полей привело к тяжелой диспропорции в сельском хозяйстве, крайне негативно сказавшись на экологической ситуации. Одним из следствий перерасхода водных ресурсов стало необратимое с середины 1980-х пересыхание Арала и разрушение экосистемы нижнего течения Амударьи.

В 1989 столкновения между узбеками и месхетинцами в Ферганской долине принесли сотни жертв и подхлестнули массовый отъезд из республики неузбекского населения. Тогда же оформились оппозиционные движения «Бирлик» («Единство»), под председательством А. К. Пулатова, и «Эрк» («Свобода»), под председательством С. М. Мадаминова. В том же году Компартию УзССР возглавил И. А. Каримов. Избранный президентом в 1990 на заседании Верховного Совета (ВС) УзССР, он пошел на компромисс с оппозицией, включив в Президентский совет 2 лидеров «Бирлик» и объявив узбекский язык государственным.

Независимый У. 1990–2010-е. В августе 1991 ВС У. провозгласил независимость Республики, которую подтвердило в декабре решение всенародного референдума. На президентских выборах И. Каримов, получив, по официальным данным, 86 % голосов, одержал победу над С. Мадаминовым. В стране был учрежден собственный Центробанк, национальная телерадиокомпания и олимпийский комитет.

В марте 1992 У. установил дипломатические отношения с Российской Федерацией, а в мае заключил с ней договор об основах межгосударственных отношений, дружбе и сотрудничестве. В том же году он вступил в ООН, МВФ, МБРР, ОБСЕ, создал собственное Национальное информ­агентство, а в декабре была принята конституция. В стремлении стабилизировать социально-экономическое положение вводился жесткий госконтроль в административной, производственной и информационной сферах.
В 1993 «Бирлик» и «Эрк» получили отказ в перерегистрации, а их лидеры эмигрировали. В 1995 Каримов продлил свои президентские полномочия до 2000, после чего в 2000, 2007 и 2015 переизбирался фактически безальтернативно. Наметилась тенденция к сокращению русской общины У. — крупнейшей во всей Центральной Азии: с 1989 доля русских упала до 2,6 %, хотя в Ташкенте она осталась на уровне 1/5.

За 1990-е при помощи иностранных инвесторов («Дэу», «Исудзу», «Шевроле», «МАН») был создан ряд индустриальных отраслей, в частности транспортное автомобилестроение. С конца 1990-х начались поиски новых внешнеполитических ориентиров постсоветского У., который в 1999 вышел из ОДКБ, а в 2001 предоставил ВВС США базу Карши-Ханабад в рамках кампании против режима Талибан (признан террористическим в соответствии с законодательством РФ) в Афганистане. Хотя еще в 1996 страна вступила в Организацию Исламская конференция (ныне Организация исламского сотрудничества), внутри нее последовательно проводился курс на подавление религиозного фундаментализма. На его ведущего представителя — запрещенное Исламское движение Узбекистана (ИДУ, признано террористической в соответствии с законодательством РФ) — власти возложили ответственность за события в мае 2005 в Андижане, когда в город вошли вой­ска, погибло более 180 человек (по официальным данным; согласно международным организациям, до нескольких сот), а тысячи бежали в Кыргызстан.
Критика с Запада, вызванная подавлением беспорядков, подтолкнула Ташкент к отказу от многих форм сотрудничества (закрытие базы в Ханабаде) и осторожному сближению с РФ, с которой еще в 2004 он подписал договор о стратегическом партнерстве, а в 2005 — договор о союзнических отношениях. С 2006 последовало вступление в Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭс) и восстановление членства в ОДКБ, хотя уже в 2008 У. приостановил членство в ЕврАзЭС, а в 2012 — в ОДКБ. С начала, а особенно — с середины 2000-х Россия стала одним из главных направлений трудовой миграции из У. (около 3 млн человек на 2015). Демографические показатели продолжили тенденцию к переходу: за 1985 — 2015 естественный прирост снизился с 30 до 12 промилле, смертность с 7 до 5 промилле, рождаемость с 37 до 17 промилле.

После смерти Каримова в сентябре 2016 исполняющим обязанности президента стал Ш. М. Мирзияев, длительное время возглавлявший правительство. На президентских выборах в декабре он получил 90 % голосов. Во внутренней политике его приход к власти ознаменовался заметными кадровыми перестановками и сдвигами в высших эшелонах государственной системы У., демонстрацией большей открытости руководства по отношению к гражданам (освобождение ряда политических заключенных, санкция на проведение общественных акций протеста в ограниченном масштабе, отмена выездных виз, прекращение принудительной мобилизации граждан на сбор хлопка, поэтапная судебная реформа) и национальной экономики — по отношению к внешним инвесторам. Во внешнеполитическом отношении наиболее показательна с 2018 разрядка напряженности в контактах с Таджикистаном, вызванной спорами, связанными с водопользованием, в частности, с активизацией Душанбе гидроэнергетического строительства (Рогунская ГЭС и др.). Она с 2019–2020 сопровождается символическими шагами, направленными на признание значимости арабо-иранского наследия в культуре У. (строительство в Ташкенте научного комплекса Центра исламской цивилизации, установка в Самарканде памятников классикам персидско-таджикской поэзии Рудаки и Фирдоуси), а также памяти о советском периоде его истории (открытие в Ташкенте парка Победы, приуроченное к 75-й годовщине окончания Великой Отечественной вой­ны). Правительство Ш. Мирзияева, переизбранного президентом в ноябре 2021, проводит сбалансированную дипломатию, включающую заключение договоров о стратегическом партнерстве и сотрудничестве как со странами Шанхайской организации сотрудничества, так и с Турцией и Ираном. В июле 2022, когда запланированные изменения в конституции, ограничивавшие автономию Каракалпакстана, вызвали акции протеста и ожесточенные столкновения их участников с полицией, Мирзияев отозвал поправки.

Лит.: Жирмунский В. М., Зарифов Х. Т. Узбекский народный героический эпос. М., 1947; История народов Узбекистана. В 3 т. Ташкент, 1947–1950; Алимбаева К., Ахмедов М. Народные музыканты Узбекистана. Ташкент, 1959; История материальной культуры Узбекистана. Вып. 1–38–. Ташкент–Самарканд, 1959–2012; История советского государства и права Узбекистана. В 3 т. Ташкент, 1960—1968; История гражданской вой­ны в Узбекистане. В 2 т. Ташкент, 1964–1970; Пугаченкова Г. А., Ремпель Л. И. История искусств Узбекистана с древнейших времен до середины XIX в. М., 1965; История узбекской советской литературы. М., 1967; Кулакова Л. З. Земельно-водная реформа в Узбекистане (1925–1929 гг.). Фрунзе, 1967; Ахунова М. А., Лунин Б. В. История исторической науки в Узбекистане. Краткий очерк. Ташкент, 1970; Агзамходжаев А. А. Образование и развитие Узбекской ССР. Ташкент, 1971; Давидович Е. А. Денежное хозяйство Средней Азии после монгольского завоевания и реформа Мас’уд-бека (XIII в.). М., 1972; Искусство Советского Узбекистана, 1917–1972. М., 1976; Аскаров А. А. Древнеземледельческая культура эпохи бронзы юга Узбекистана. Ташкент, 1977; Виноградов А. В. Древние охотники и рыболовы Среднеазиатского Междуречья. М., 1981; Археологические исследования в Узбекистане. Вып. 1–9. Самарканд, 2001–2013; Археология Узбекистана. № 1–9. Самарканд, 2011–2014. С. С. Вдовин.