ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ В 1990-Х ГОДАХ

0 комментариев

Внешняя политика России в 1990-х годах была направлена на адаптацию российского государства в новых международных реалиях и упрочение своих позиций в системе международных отношений. Важнейшими направлениями на этом этапе были определение приоритетов во взаимоотношениях со странами Запада, а также с независимыми государствами, образовавшимися в результате распада СССР, утверждение России в качестве ядерной державы.

Внешнеполитический курс России в 1990-х годах во многом определялся лично министрами иностранных дел страны А. В. Козыревым (1991–1996) и Е. М. Примаковым (1996 –1998). Хронологически он условно делится на два периода – «романтический», связанный с именем Козырева, и «прагматический», ассоциируемый с Примаковым и его преемником И. С. Ивановым.

Общие тенденции во внешней политике

Россия долго адаптировалась к новым реалиям на мировой арене. Внутриполитические проблемы – отсутствие консолидации в обществе, борьба за власть, глубокий экономический кризис – затрудняли процесс выработки нового внешнеполитического курса страны. Процесс дипломатического признания России стартовал после августовских событий 1991 года, когда международное сообщество признало Россию правопреемницей СССР, а сама она взяла на себя все действующие международные обязательства распавшейся сверхдержавы. Внешняя политика новой России во многом переняла и те тенденции, которые господствовали в эпоху «перестройки»: отказ от противоборства с капиталистическим Западом и, соответственно, от помощи социалистическим и «антиимпериалистическим» странам; сокращение вооружений; отказ поддерживать локальные конфликты в мире и т. д. Первый министр иностранных дел страны, молодой дипломат А. В. Козырев, провозгласил идею стратегического союза России и США, что предполагало постепенную интеграцию России в западное общество и мировые экономические структуры и лояльность к западным ценностям в обмен на помощь в реализации либеральных реформ. Несмотря на стеснение в средствах, уже за первые два года преобразований, к 1993 году, отечественной дипломатии удалось решить ряд проблем в связи с определением нового международного статуса России. Так, среди прочего, страна получила место в Совете Безопасности ООН, прежде принадлежавшее СССР, и заняла его место во всех международных организациях, унаследовала все его международные права и обязательства.

В начале 1996 года на посту главы МИД РФ Козырева сменил экс-руководитель Службы внешней разведки Е. М. Примаков. На новой должности Примаков объявил основным направлением своей деятельности Ближнее Зарубежье. Он заявил, что не является «антизападником», а лишь защищает национальные интересы России. На Западе назначение Примакова, называвшего себя другом С. Хусейна, восприняли без энтузиазма, в России же его кандидатуру одобрили все политические силы. При Примакове, а с 1998 года и при его преемнике И. С. Иванове, Россия сошла с пути уступок Западу.

«Западная политика»: взаимоотношения с США и НАТО

Президент США Д. Буш-старший ещё в декабре 1991 года поздравил американцев с победой в «Холодной войне». 1 февраля 1992 года Россия и США официально подписали декларацию о прекращении «Холодной войны». Отношения с Западом развивались в военно-политической и экономической областях. Россия проводила политику уступок и открытости, идя навстречу стратегическим интересам США. В ответ американские власти оказывали молодому государству международную поддержку.

3 января 1993 года президенты РФ и США подписали Договор о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (ОСНВ-2), который предусматривал взаимное сокращение ядерного потенциала обоих государств к 2003 году до уровня 3500 ядерных боеголовок. Российское общество неоднозначно отреагировало на договор, поскольку число боеголовок, которые страны обязывались уничтожить, было разным: у СССР на момент распада их было более 33 тысяч, тогда как у США – более 23 тысяч. Верховный Совет России счёл договор плохо проработанным и не ратифицировал его. Позднее, в октябре 1996 года, против ратификации договора выступила и Государственная Дума.

Серьёзный удар по международному имиджу России нанесла начавшаяся в 1994 году война в Чечне. Запад применил экономические санкции по отношению России. Под давлением со стороны США и НАТО российская дипломатия ослабила свои позиции в связи с югославским конфликтом. К середине 1990-х годов главным для российской дипломатии стал вопрос о расширении НАТО в восточном направлении. Руководители стран НАТО, некогда обещавшие Горбачёву не распространять влияние блока на Восток, слов не сдержали. В конце 1994 году, несмотря на решительные возражения со стороны России, власти США приняли решение принять в НАТО бывшие страны Соцлагеря. 27 мая 1997 года в Париже был подписан Акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между РФ и НАТО. Стороны перестали рассматривать друг друга как противников, и НАТО официально заверило Россию, что не будет размещать на постоянной основе вооружённые контингенты на территории новых стран-членов блока.

В 1999 году отношения между Россией и Западом обострились в связи с событиями в Югославии и началом второй чеченской кампании. В марте 1999 года, когда силы НАТО начали бомбардировки Белграда, направлявшийся в США с визитом председатель правительства Е. М. Примаков прямо в воздухе распорядился развернуть самолёт. Этот дипломатический жест вошёл в историю как «разворот над Атлантикой». Президент Ельцин согласился с демаршем Примакова. В телефонном разговоре с Клинтоном он сказал, что нельзя допустить, чтобы из-за действий одного президента Югославии С. Милошевича гибли сотни и тысячи людей. В ночь на 12 июня 1999 года российские военные, не согласовывая свои действия с НАТО, первыми вступили на территорию Косова, откуда югославские власти под давлением Запада вывели свои силовые подразделения. Ельцин впоследствии утверждал, что решение о марш-броске принял самостоятельно, и что это был продуманный «завершающий жест», а не спонтанный акт. Война в Югославии поставила крест на многолетних усилиях российской дипломатии в регионе. На саммите ОБСЕ в Стамбуле в ноябре 1999 года Ельцин выслушивал жёсткую критику со стороны лидеров западных стран по поводу возобновления военных действий в Чечне.

«Восточная политика»

После распада СССР в отношениях России с традиционными союзниками на Азиатском континенте – КНДР, Лаосом, Вьетнамом, Ираком – наступил период стагнации. Контакты были заморожены и практически не развивались. Не было прогресса во внешней политике на ближневосточном и африканском направлении. В конце 1992 года восточный вектор стал активнее разрабатываться российской дипломатией: в ноябре Б. Н. Ельцин посетил Южную Корею, в декабре – Китай. В конце 1995 года А. В. Козырев посетил Иран. Лишь ко второй половине 1990-х годов России удалось добиться определённого прогресса в отношениях с большинством стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). Развивались двусторонние отношения с Индией, Вьетнамом, Монголией. В апреле 1996 года в Пекине Б. Н. Ельцин и глава КНР Цзян Цземинь сформулировали курс на развитие равноправного доверительного партнёрства. Через год, уже во время визита китайского лидера в Москву, стороны подписали совместную Декларацию о многополярном мире и установлении нового международного порядка. Этот документ продемонстрировал, что в сфере международных отношений концептуальные подходы России и Китая совпадают.

На протяжении нескольких десятков лет советско-японские отношения осложнял вопрос о принадлежности «северных территорий», то есть Южных Курил. Ещё в 1991 году, в ходе визита в Японию М. С. Горбачёва, советская сторона признала существование территориального вопроса между государствами. Впоследствии Ельцин и Козырев, стремясь наладить экономические контакты с Японией, сделали ряд заявлений о необходимости решения территориальных споров с этой страной. В октябре 1993 года Б. Н. Ельцин и премьер-министр Японии М. Хосакава подписали Токийскую декларацию, предполагавшую решение давней территориальной проблемы на основе законности и справедливости. Это стало важным шагом к нормализации двусторонних отношений.

26 апреля 1996 года в Шанхае главы России, Китая, Таджикистана, Казахстана и Киргизии подписали Соглашение об укреплении мер доверия в военной области в районе границы – появилась «Шанхайская пятёрка». В 1997 году Россия подписала документы об экономическом и культурном сотрудничестве с Индией, Китаем, Японией, Израилем, Сирией, Вьетнамом и другими государствами. В 1998 году Е. М. Примаков, уже будучи председателем правительства РФ, выдвинул идею создания стратегического треугольника Россия – Индия – Китай. В сотрудничестве трёх стран Примаков видел возможность противодействовать однополярности в мире. Однако реализовать данный замысел удалось лишь спустя несколько лет.

Взаимоотношения на постсоветском пространстве

После распада СССР геополитическая ситуация, в которой оказалась его преемница – Россия, – существенно изменилась. Приоритет в отношениях с так называемым «дальним зарубежьем», и прежде всего со странами Запада, создавал дисбаланс во внешней политике. Необходимо было выстраивать отношения со странами ближнего зарубежья и Восточной Европы. Именно на эти регионы делался акцент в новой концепции внешней политики России, утверждённой Б. Н. Ельциным в апреле 1993 года.

Курс на максимальную дезинтеграцию связей с Россией сразу же взяли Литва, Латвия и Эстония, устремившие свои взгляды в сторону Европы. Остальные бывшие советские республики оказались вместе с Россией в рамках Содружества Независимых Государств (СНГ). Цели этого объединения не были чётко регламентированы, в рамках СНГ предполагалось заключить двусторонние договоры между суверенными государствами, а также проводить встречи и консультации по тем или иным вопросам. Позднее было установлено поочерёдное председательство стран-членов СНГ, введён пост Исполнительного секретаря, создана Межпарламентская ассамблея, выработан Устав Содружества.

Ещё в 1991 году Россия заявила о том, что намерена остаться единственной ядерной державой на постсоветском пространстве. США, заинтересованные в сохранении надёжного контроля за ядерным оружием, высказались в поддержку этой инициативы. На Алма-Атинской встрече глав постсоветских государств 21 декабря 1991 года было принято решение, что ядерные силы не будут разделяться и останутся под контролем и охраной командования Объединённых вооружённых сил СНГ, но базироваться будут на территории России. Белоруссия и Казахстан сразу заявили о статусе неядерных держав, но четвёртая страна, на территории которой располагались советские ядерные боеголовки, Украина, не спешила этого делать. В июле 1993 года она объявила две тысячи боеголовок – примерно 20 % стратегического арсенала бывшего СССР – своей собственностью. В ситуацию вмешался президент США Б. Клинтон. Он выступил в качестве международного гаранта притязаний Украины, выторгованных в обмен на передачу боеголовок России: в начале 1994 года США, Украина и Россия подписали трёхстороннее соглашение, по которому последняя обязывалась поставлять обогащённый уран для украинских АЭС. В том же году Б. Н. Ельцин и глава МИД А. В. Козырев заявили, что всё постсоветское пространство является сферой жизненных интересов России, и та, как великая держава, будет всеми способами отстаивать свои интересы в пределах границ бывшего СССР.

Стали регулярно созываться органы, координирующие деятельность СНГ, такие как Совет глав государств и Совет глав правительств. Налаживалось взаимодействие между финансовыми и силовыми структурами. Впрочем, быстро выяснилось, что не все страны Содружества глубоко заинтересованы в участии в интеграционном процессе. В 1994–1997 годах процессы размежевания в СНГ брали верх над процессами сближения. Республики, обретя независимость, выстраивали свои властные и экономические структуры, формировали собственные вооружённые силы. Реальной интеграции между всеми государствами Содружества не происходило, поэтому на более тесное сближение решила пойти только их часть. В 1995 году было положено начало формированию таможенного союза между Россией, Белоруссией, Казахстаном и Киргизией. В марте 1996 года эти страны подписали договор об углублении интеграции в экономической и гуманитарной сферах. В то же время происходило организационное оформление двустороннего Союза России и Белоруссии, «единого экономического пространства» Казахстана, Узбекистана и Киргизии, а также «ГУАМа»  – объединения Грузии, Украины, Азербайджана и Молдавии – в целях развития евроазиатско-транскавказского транспортного коридора.

В 1997 году, уже в бытность главой МИД Е. М. Примакова, Россия подписала двусторонние договоры с Белоруссией и Украиной. С Украиной удалось найти компромисс по вопросам статуса Севастополя, главной базы Черноморского флота РФ, и о разделе самого флота. В 1992–1993 годах между государствами фактически возник территориальный спор, поскольку в России многие настаивали на незаконности передачи Крыма в состав УССР в 1954 году. Окончательно вопросы в отношениях между странами были решены весной 1997 года во время визита на Украину президента Ельцина.

В начале 1992 года российские вооружённые силы вмешались в межнациональный конфликт в Приднестровье, пожелавшем выйти из состава Молдавии и провозгласившем свою независимость. Приказ остановить противостояние молдавских войск и приднестровских сил получила дислоцировавшаяся в этом регионе 14-я армия под командованием генерала А. Лебедя. В апреле 1992 года она перешла под юрисдикцию России. В 1994 году Россия также выступила в роли посредника в армяно-азербайджанском конфликте по поводу Нагорного Карабаха.

Итоги и оценки внешнеполитического курса России в 1990-х годах

Некоторые аналитики связывают внешнеполитический курс России с личной позицией возглавлявших МИД РФ при Ельцине А. В. Козырева и Е. М. Примакова. Сам Ельцин, по замечанию ряда специалистов, был несведущ в вопросах дипломатии и во внешнеполитических предпочтениях нередко отдавал приоритет личным симпатиям к тому или иному лидеру. Как в своё время и М. С. Горбачёв, Ельцин установил тёплые приязненные отношения с рядом глав государств: президентом США Б. Клинтоном, президентом Франции Ж. Шираком, канцлером Германии Г. Колем, премьер-министром Японии Р. Хасимото. Их он называл «друзьями» и периодически встречался с ними в неофициальном порядке.

Козырева обвиняли в проамериканской и прозападной политике, в том, что он действовал в ущерб национальным интересам. Одним из наиболее жёстких критиков его деятельности на посту главы МИД был его преемник Примаков. «Козыревский» внешнеполитический курс обвиняли в безынициативности. Ему вменялись просчёты, допущенные в 1991–1992 годах в политике на Балканах и во взаимоотношениях со странами бывшего СССР. Контакты с преемниками на посту главы МИД РФ – Примаковым, И. С. Ивановым, С. Лавровым – Козырев не поддерживал. В более позднем интервью экс-министр объяснял это тем, что все последовавшие за ним главы ведомства «стали проводить иной, во многом старый курс». Однако для Запада Козырев стал символом новой внешней политики России – именно по этой причине, по мнению историка Л. Ф. Швецовой, Ельцин затягивал с его отставкой. Что касается Примакова, то в его назначении большинство аналитиков, напротив, усматривают символический отказ российских властей от курса на сближение с Западом, а самого министра характеризуют как сторонника возвращения России статуса сверхдержавы, «особого пути» российского государства.

Историки отмечают, что в первой половине 1990-х годов российская дипломатия была несвободна в своих решениях и на международной арене оказывала безоговорочную поддержку США, что подрывало её политическое влияние на Ближнем и Среднем Востоке, на Балканах. К концу второй половины десятилетия, когда российская сторона стала проводить более независимый внешнеполитический курс, её отношения с Западом перешли в стадию глубокого кризиса. На Востоке России, напротив, удалось восстановить утраченные с распадом СССР позиции. В целом, несмотря на все сложности в отношениях с Западом, к началу нового тысячелетия Россия уверенно встала на путь вхождения в «Большую Европу». Россия оформила свои отношения с НАТО, стала членом Европарламента и практически всех европейских структур. Невзирая на череду ошибок российской дипломатии в отношениях с государствами постсоветского пространства, в целом на этом направлении тоже удалось многого достичь. К очевидным внешнеполитическим успехам России периода 1990-х годов относят то, что благодаря взвешенной позиции Москвы становление новых независимых государств в ближнем зарубежье происходило относительно мирно; достижение безъядерного статуса Белоруссии, Казахстана и особенно Украины; налаживание конструктивного диалога с Белоруссией и заложение основ создания Союзного государства Белоруссии и России.

В целом к концу 1990-х годов внешняя политика России стала более прагматичной, в большей степени учитывающей национальные интересы и приоритеты страны.

Смежные статьи
Литература
  • Авен П. Революция Гайдара: История реформ 90-х из первых рук. М., 2013.
  • Козырев А. В. Преображение. М., 1995.
  • Короткевич В. И. История современной России 1991–2003. СПб., 2004.
  • Примаков Е. М. Минное поле политики. М., 2007.
  • Рябикин С. П. Новейшая история России (1991–1997). СПб., 1997.
  • Швецова Л. Ф. Режим Бориса Ельцина. М., 1999.

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты