ИОАНН КРОНШТАДТСКИЙ

0 комментариев

ИОАНН КРОНШТАДТСКИЙ (Сергиев Иоанн Ильич) - святой праведный (день памяти 1 июня, 20 декабря; в 3-ю Неделю по Пятидесятнице - в Соборе Санкт-Петербургских святых; 18 ноября- в Соборе святых Эстонской земли), протоиерей.

Детство и юность

О семье Иоанна Кронштадтского известно в основном из пространного автобиографического интервью, которое подвижник дал в 1888 году журналу «Север» (№ 49), и из записей в сохранившихся метрических книгах села Сура. В родном селе Иоанна Кронштадтского, расположенном при слиянии рек Суры и Пинеги, было 2 деревянных храма: зимний Введенский и летний Никольский. По словам Иоанна Кронштадтского, большинство его предков по отцовской линии на протяжении почти 350 лет были священниками (см.: [Артамонов]-Большаков. 1910 (1999р). С. 12). Самое раннее упоминание фамилии Сергиевых в ряду церковно- и священнослужителей датируется 1687 годом - священник Иаков Сергиев служил в Суре. Дед Иоанна Кронштадтского Михаил Никитич Сергиев (1779-1836 годы) также был священником, отец Илья Михайлович Сергиев (13 июля 1808 - 1 декабря 1851 года) служил псаломщиком в церкви села Сура. Окончив в 1824 году Пинежское уездное ДУ, Илья Михайлович вернулся домой и стал приходским дьячком. В 1828 году он женился на дочери дьячка того же прихода Феодоре Власьевне (8 февраля 1808 - 6 июля 1871 годы). По воспоминаниям, мать Иоанна Кронштадтского была глубоко верующей, простой и строгой женщиной, всю жизнь прожила в Суре, несколько раз приезжала к сыну в Кронштадт, где в последнее пребывание скончалась от холеры. И в юности, и позднее в особо сложных ситуациях Иоанн Кронштадтский обращался за советом к матери, духовный авторитет, совет и благословение которой были дороги для сына-священника (Творения: Предсмертный дневник, 1908, май-ноябрь. М., 2006. С. 142). Над ее могилой в Кронштадте по инициативе Иоанна Кронштадтского была построена часовня-усыпальница (к 2010 восстановлена, обнаружены останки Ф.В. Сергиевой). Кроме Иоанна Кронштадтского в семье Сергиевых было еще 5 детей: 3 сына и 2 дочери. Никита (родился в 1831 году) и Василий (родился в 1834) умерли в младенчестве, а Иван-младший (родился в 1832), названный так, очевидно, из-за болезненности Иоанна Кронштадтского, умер в 1850 году от туберкулеза (Страницы метрических книг. 2002. С. 28-32). Анна (родилась в 1836) в 1852 году вышла замуж за сурского дьячка В.И. Фиделина, ставшего в 1889 году священником Верхнематигорского прихода Холмогорского уезда; старший сын Фиделиных Иван в конце 80-х годов XIX века переехал в Кронштадт и стал личным секретарем и издателем некоторых работ подвижника. Младшая сестра Иоанна Кронштадтского Дарья (1839-1911 годы) после кончины мужа проживала в основанном Иоанном Кронштадтским Сурском во имя апостола Иоанна Богослова монастыре. Одна из ее дочерей - Анна Семеновна, выйдя замуж за священника Иоанна Николаевича Орнатского (впоследствии клирик санкт-петербургского во имя преподобного Иоанна Рыльского (Рильского) монастыря), переехала в столицу.

Иоанн Кронштадтский родился в день памяти преподобного Иоанна Рильского. 20 октября 1829 года дед новорожденного священник Михаил Сергиев крестил его в честь преподобного Иоанна. Восприемниками были крестьянин Иван Кунников и дочь деревенского священника Дарья Сергиева, родная тетка Иоанна Кронштадтского. В детстве Иоанн Кронштадтский отличался слабым здоровьем, часто болел и едва не умер от оспы. С ранних лет он любил церковное богослужение, проявлял удивительную любознательность и интерес к тайне природы и всего живого (Творения: Предсмертный дневник. М., 2006. С. 17). Мальчик с вниманием относился к немощным и слабым, и односельчане нередко просили его помолиться в случае горя и нужды. С 6 лет он обучался грамоте: отец купил букварь и мать начала учить сына читать.

Первые годы учебы, как домашней, так и в Архангельском приходском училище, куда Сергиев поступил в 1838 году, были, по его воспоминаниям, подлинной мукой: грамота ему не давалась («Я не мог никак усвоить тождество между нашей речью и письмом или книгою, между звуком и буквой»). Но однажды после долгой ночной молитвы в учении наступил резкий перелом. В июле 1839 года Сергиев был переведен во 2-й класс, зачислен в ученики 2-го разряда; до сентября находился в Суре на каникулах. Известно, что 2-й класс Сергиев окончил только в июле 1841 года 6-м учеником с «очень хорошими успехами». Возможно, он оставался во 2-м классе на 2-й год, но мог быть временно отозван домой родителями по болезни или за неимением средств на содержание в училище. Видимо, необходимость повторного обучения подвигла мальчика к той горячей молитве, которая многое изменила в его жизни.

По окончании училища 30 июля 1845 года Сергиев был принят в низшее отделение Архангельской ДС. О его семинарской жизни известно немного. По ходатайству секретаря семинарского правления Л. Корытова с июля 1845 по 5 февраля 1846 года он исполнял должность писца. Небольшое жалованье (1 рубль 71 копеек) было ощутимым подспорьем и для семинариста, и для почти нищенствовавших родителей. В 1849 году Иоанн Кронштадтский перешел в высшее отделение семинарии и по рекомендации старшего инспектора архимандрита Илариона (Воскресенского) 9 сентября того же года был назначен «старшим учеником над учениками семинарии», а также старостой архиерейского хора. 6 апреля 1851 года Сергиев в числе 15 учеников высшего отделения семинарии был посвящен в стихарь епископом Архангельским и Холмогорским Варлаамом (Успенским) в соборе архангельского во имя архангела Михаила монастыря. До конца жизни Иоанн Кронштадтский сохранил благодарное воспоминание об этом храме. В 1893 году, во время его ремонта, он пожертвовал на строительные работы 1905 рублей, а в 1894 году, после пожара обители, - еще 2100 рублей; присутствовал при водружении поновленного креста на главный купол Михаило-Архангельского собора. Согласно записям инспектора семинарии архимандрита Илариона, который ежемесячно составлял списки поведения учеников, Сергиев отличался «добродушием, искренностью, честностью и усердием к делу» (октябрь 1845 года), «скромностью в поступках, почтительностью и религиозным направлением ума и сердца» (апрель 1851 года). Размышляя о пройденном жизненном пути, в феврале 1858 года Иоанн Кронштадтский писал: «Не смею думать, чтобы я был лучше других моих товарищей по семинарии. Не оттого ли, что еще в молодости, при всех моих слабостях, был некоторый начаток веры, живой и искренней, в моем сердце, что при слабостях юности я глубоко вздыхал и болезновал о них; и еще более - не оттого ли, что Господь испытал меня некоторым терпением в самой ранней молодости и потом наградил сторицею это терпение?»

10 июля 1851 году Сергиев окончил Архангельскую ДС первым учеником и решением семинарского правления был направлен на учебу на казенный счет в СПбДА. 15 августа он выехал в столицу. Впоследствии Иоанн Кронштадтский так оценивал открывшуюся перед ним возможность продолжить образование: «В самом деле, чем я был бы, если бы по окончании семинарского курса поступил священником в село? Едва ли бы далеко был от состояния болвана: все доброе во мне заглохло бы и пропало» (Дневник. М., 2002. Т. 1. Кн. 2. С. 349). После смерти отца Иоанна Кронштадтского на попечении студента оказались мать и сестры. Долг перед семьей Иоанн Кронштадтский остро чувствовал всю жизнь, поэтому, не видя иного выхода, решил оставить учебу в академии и стать диаконом или псаломщиком. Однако мать воспротивилась этому решению и не позволила сыну прекратить образование. Пошло навстречу и руководство академии: зная о стесненных обстоятельствах Сергиева и о том, что у него лучший на курсе каллиграфический почерк, ему предложили место писаря в академической канцелярии с жалованьем 9-10 рублей в месяц. Кроме того, письмоводителю полагалась отдельная рабочая комната. Таким образом, помимо жалованья, которое он стал отсылать матери, Сергиев получил возможность уединенного сосредоточенного досуга. В свободное от занятий время он читал Священное Писание, творения святого Иоанна Златоуста и святого Филарета (Дроздова). Первой и единственной книгой, которую он позволил себе купить в годы учебы на деньги, полученные за переписку профессорского сочинения, были толкования святого Иоанна Златоуста на Евангелие от Матфея. Сергиев любил молиться, прохаживаясь по академическому саду; впоследствии молитва на прогулке и в дороге станет для него необходимой потребностью. Привычку совершать молитвенное правило под открытым небом он сохранит навсегда (Михаил (Семёнов). 1903. С. 23).

Во время учебы на старших курсах Сергиев делился с приятелями намерениями принять монашество и стать миссионером в Китае, Африке, Южной Америке (Цветков. 1897. С. 10). С 1853 года в СПбДА существовал особый, миссионерский противораскольнический, класс, некоторые выпускники впоследствии служили в Русской миссии в Китае (Сухова. 2009). Биографы пишут о случившемся у Иоанне Кронштадтском на 4-м курсе коротком «духовно-нервном кризисе, выразившемся в приступах тяжелой, беспричинной тоски и отчаяния» (Михаил (Семёнов). 1903. С. 8, 20). Вопреки ожиданиям академические успехи Сергиева были скромными; по собственному признанию, он был «едва ли не самый последний из студентов, бессловесен в классе и на экзаменах» (Творения: Дневник. М., 2005. Т. 3: 1860-1861. C. 184). По окончании академии в 1855 году Сергиев был удостоен степени кандидата богословия за сочинение «О кресте Христовом в обличение мнимых старообрядцев», которое проверял молодой бакалавр иеромонах Никанор (Бровкович). 23 сентября того же года он был причислен ко 2-му разряду академических воспитанников и после защиты диссертации утвержден в степени кандидата богословия (РГИА. Ф. 796. Оп. 438. Д. 2989).

Пастырское служение

По окончании академии Сергиеву предложили занять место священника при кронштадтском соборе во имя апостола Андрея Первозванного. Впоследствии Иоанн Кронштадтский рассказывал, что в годы обучения в духовных школах ему приснился большой храм, в алтарь которого он вошел северными и вышел южными вратами. Посетив впервые Андреевский собор, он сразу же узнал явленный во сне храм (Михаил (Семёнов). 1903. С. 29; Вениамин (Федченков). 2003. С. 23). Предложение места в Андреевском соборе возникло в связи с тем, что ключарь собора протоиерей Константин Петрович Несвицкий по старости должен был уйти на покой, и, по обычаю того времени, наиболее желанным преемником мог стать человек, женившийся на его старшей дочери Елизавете Константиновне (1829-1909 годы). Сергиев и Несвицкая обвенчались и поселились на 2-м этаже церковного дома при Андреевском соборе. После венчания Иоанн признался супруге, что дал обет остаться девственником. Сначала, узнав о намерении мужа, Елизавета Константиновна предложила развестись, по некоторым сведениям, обратилась с прошением к Санкт-Петербургскому митрополиту Исидору (Никольскому). Со временем она, вероятно, перестала противиться стремлению мужа, стала помощницей пастыря, называла его «братом Иваном» (Александр (Семёнов-Тян-Шанский). 1955. С. 13; Соллогуб. 1951. С. 1951). Дневниковые записи Иоанна Кронштадтского отражают далеко не безоблачную жизнь с домашними. В доме Сергиевых проживали или гостили многие родственники Елизаветы Константиновны, весьма далекие от церковной жизни, что приводило к конфликтным ситуациям.

10 декабря 1855 года в Александро-Невской лавре епископом Винницким Макарием (Булгаковым) Сергиев был рукоположен во диакона, 12 декабря в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга епископом Ревельским Христофором (Эммаусским) - во иерея. В 1852-1855 годах Андреевский собор перестраивался. Первую после назначения в клир собора литургию Иоанн Кронштадтский служил 17 декабря 1855 года в уже обновленном здании. Указом духовной консистории в 1865 году он был назначен катехизатором; в соборе он проводил катехизические беседы, которые впоследствии были опубликованы. С 20 декабря 1876 года Иоанн Кронштадтский являлся ключарем, с 1894 года, когда прежний настоятель прот. П.В. Трачевский вышел за штат, - настоятелем Андреевского собора. Вся жизнь и служение священника Иоанна связаны с Кронштадтом. Несколько раз ему предлагали перевод в столицу. С середины 90-х годов XIX века Сергиев подписывался «Кронштадтский». Священническое служение он сочетал с педагогической деятельностью: в 1857-1862 годах преподавал Закон Божий в Кронштадтском уездном реальном училище и ланкастерском классе, с 26 сентября 1862 года - в Кронштадтской классической гимназии. С осени 1889 года (по другим сведениям, с 1887 года) отказался от уроков в гимназии, так как служение на приходе занимало все его время, но в уездном училище продолжал преподавать; его педагогический стаж составил 32 года. По отзывам современников, Иоанн Кронштадтский не ставил плохих оценок, выступал «последним поручителем» за отстающих. Впоследствии из-за увеличивавшейся приходской нагрузки отказался и от бесед. С 15 апреля 1864 года являлся депутатом по кронштадтскому благочинию.

В первой же проповеди в Андреевском соборе 17 декабря 1855 года, названной «Паси овцы Моя», Иоанн Кронштадтский изложил свою «пастырскую программу»: «Сознаю высоты сана и соединенных с ним обязанностей... научить, просветить, исправить, утвердить» паству. Иоанн Кронштадтский горячо призывал прихожан причащаться регулярно, а не только по большим праздникам или раз в год, как было принято. Он верил в преображающую силу причастия и до смерти сохранял благоговейное отношение к литургии (Творения: Предсмертный дневник. М., 2009. С. 58). Последние 35 лет жизни Иоанн Кронштадтский совершал литургию ежедневно, кроме случаев, когда утро заставало его в пути или во время тяжелой болезни.

Сохранились многочисленные свидетельства современников об особенностях богослужебной практики Иоанна Кронштадтского. Митрополит Евлогий (Георгиевский) отмечал «необычайный характер этого особенного, только ему одному свойственного священнодействия: бесконечно долгую проскомидию с тысячами имен, которые он повторял то совсем тихо, неслышно, то вдруг усиливая голос, почти громко выкрикивая; море голов, теснившихся к алтарю: благоговейные слезы умиления приступающих к Святой Чаше» (Евлогий (Георгиевский). 1994. С. 203). Поэт К.М. Фофанов, молившийся однажды в алтаре во время службы Иоанна Кронштадтского, вспоминал: «И слова выговаривал он резко, отрывисто, точно убеждал, точно приказывал, или, вернее - настаивал на своей просьбе. «Держава моя! Свет мой!», восклицал он, поднимая руки со слезами в голосе, и вдруг, мерцая драгоценною митрою, падал ниц» (РГАЛИ. Ф. 525. Оп. 1. Д. 414. Л. 10). Современники отмечали «религиозное дерзновение», «силу духа и проникновенность, с которой он произносил молитвы» (Св. прав. Иоанн Кронштадтский в восп. самовидцев. 1997. С. 108, 110; Тарасов. 1911. С. 42; Ильинский. 1909. С. 159). Некоторые воспринимали неординарную манеру служения Иоанна Кронштадтского с недоумением. Так, юрист и общественный деятель А.Ф. Кони писал: «Служение его совершенно необычное: он постоянно искажал ритуал молебна, а когда стал читать Евангелие, то голос его принял резкий и повелительный тон, а священные слова стали повторяться с каким-то истерическим выкриком: «Аще брат твой спросит хлеба», восклицал он, «и дашь ему камень... камень дашь ему! Камень! И спросит рыбы, и дашь ему змею... змею дашь ему! Змею! Дашь ему камень и змею!» и т. д. Такое служение возбуждало не благоговение, но какое-то странное беспокойство» (Св. прав. Иоанн Кронштадтский в восп. самовидцев. 1997. С. 187).

Одной из новаций Иоанна Кронштадтского была так называемая общая исповедь - исключительный в церковной практике того времени способ совершения таинства Покаяния. В первые годы служения Иоанна Кронштадтского придерживался общепринятых правил индивидуального покаяния. Но с ростом числа прихожан исповедь требовала все больше времени. Так, в 1859 году он писал в дневнике: «Я вчера исповедовал с 4 до 11 часов, и хоть немного устал, но легши спать в 12 часов и вставши в 4 1/2 часа, я чувствовал себя бодрым и здоровым! Как хорошо работать Господу!» В дни Великого поста Иоанн Кронштадтский исповедовал иногда с 14 часов до 2 часов ночи, прерываясь на полчаса около 23 часов, чтобы подышать свежим воздухом. К конце 90-х годов XIX века количество исповедующихся возросло настолько, что приходилось исповедовать до утра, а затем служить литургию. Во время Великого поста насчитывалось до 5-6 тысяч исповедников, так что огромный собор едва вмещал прихожан. Когда количество богомольцев превышало 8 тысяч человек, часть из них была вынуждена уйти: приготовить так много Святых Даров было просто невозможно. В такие дни на жертвеннике и престоле Андреевского собора стояло до 12 дискосов с 12 большими Агнцами, причастие мирян продолжалось несколько часов. Иоанн Кронштадтский решил перейти к общей исповеди и в виде исключения получил разрешение Святейшего Синода. Общая исповедь Иоанна Кронштадтского производила неизгладимое впечатление на современников: «Сначала батюшка прочел молитвы перед исповедью. Затем сказал несколько слов о покаянии и громко, на весь собор, крикнул: «Кайтесь!» Тут стало твориться что-то невероятное. Вопли, крики, устное исповедание тайных грехов. Некоторые стремились - особенно женщины - кричать как можно громче, чтобы батюшка услышал и помолился за них. А батюшка в это время преклонил колена пред Престолом, положил голову на Престол и молился. Постепенно крики превратились в плач и рыдание. Продолжалось так минут 15» (В мире молитвы. 1994. С. 35).

Вскоре опыт общей исповеди Иоанна Кронштадтского оказался востребован. Так, весной 1905 года в Японии священник Сергий Судзуки просил благословения на совершение общей исповеди по причине слишком большого числа желавших исповедаться. Начальник Духовной миссии в Японии святой Николай (Касаткин) разрешил отцу Сергию совершать общую исповедь (Дневники св. Николая Японского. 2004. Т. 5. С. 206).

Известны многочисленные случаи чудотворений и исцелений по молитвам Иоанна Кронштадтского. Сам пастырь свидетельствовал о них. Приглашенный своим духовным сыном епископом Сарапульским Михеем (Алексеевым) 21 июля 1904 года Иоанн Кронштадтский в беседе с собравшимися священниками подробно объяснил, как начал молиться об исцелении просящих помощи: «Кто-то в Кронштадте заболел. …Я стал молиться, предавая болящего в руки Божии, прося у Господа исполнения над болящим Его Святой воли. Но неожиданно приходит ко мне одна старушка... и настойчиво требует от меня, чтобы я молился о болящем не иначе, как о его выздоровлении. ...Тогда я исповедал пред Господом свое ничтожество и свою греховность, увидел волю Божию во всем этом деле и стал просить для болящего исцеления. И Господь послал ему милость Свою - он выздоровел. ...В другой раз по моей молитве исцеление повторилось. Я тогда в этих двух случаях прямо усмотрел волю Божию, новое себе послушание от Бога - молиться за всех, кто будет этого просить. И теперь я и сам знаю, и другие передают, что исцеления по моей молитве совершаются» (цит. по: Вениамин (Федченков). 2003. С. 181). Упомянутая Иоанном Кронштадтским «старушка», Параскева Ивановна Ковригина, в 1872 году поселилась в Кронштадте по благословению духовника, иеромонаха Илариона (Решминского), ученика преподобного Серафима Саровского. Именно она «открыла» Иоанна Кронштадтского для Санкт-Петербурга, стала рекомендовать нуждающимся обращаться к нему за помощью. В 1886 году Ковригина была похоронена на Троицком кладбище в Кронштадте; на отпевании Иоанн Кронштадтский произнес проповедь. Позже по инициативе пастыря на ее могиле была построена часовня (к 2010 году восстановлена). По молитвам Иоанна Кронштадтского выздоравливали безнадежно больные, не только те, которые встречались с пастырем, но и те, о ком он молился заочно. Иоанн Кронштадтский не благословлял отказываться от медицинского лечения, но призывал прежде всего прибегать к исповеди и причастию (Там же. С. 195).

Начало всероссийской известности чудотворений Иоанна Кронштадтского положило благодарственное заявление, опубликованное 20 декабря 1883 г. в газете «Новое время». 16 челове, объяснявшие свое исцеление молитвами Иоанна Кронштадтского, описывали свои болезни, изъявляли ему благодарность и передавали «спасительный завет» пастыря - как можно чаще приступать к Священному Причастию. Обер-прокурор Святейшего Синода К.П. Победоносцев выразил неудовольствие этой публикацией в светской газете и вызвал Иоанна Кронштадтского для объяснения. По преданию, обер-прокурор сказал: «Говорят, что Вы молебны служите, чудеса творите; смотрите, как бы Вы плохо не кончили». На что Иоанн Кронштадтский ответил: «Не извольте беспокоиться, подождите и увидите, каков будет конец» (Сурский. 1994. Т. 1. С. 107). Церковное начальство не раз высказывало недовольство тем, что описание чудес, происходивших по молитвам пастыря, появлялось в светских газетах (например, в «Московских ведомостях» и «Петербургском листке»), в то время как церковная печать подобные материалы не публиковала. Победоносцев внимательно следил, чтобы известия о чудесах не попадали на страницы печати без разрешения духовного ведомства.

Нередко сослуживцы завидовали Иоанну Кронштадтскому, бывали раздражены его поступками (см.: Михаил (Семёнов). 1903. С. 66; Сурский. 1994. Т. 1. С. 105-106). В Дневнике от 26 октября 1872 года Иоанн Кронштадтский писал о «неосновательных, ложных упреках», в том числе в подаче милостыни, со стороны клириков, считавших, что он потворствует тунеядцам и мошенникам. Духовенство собора жаловалось на пастыря Санкт-Петербургскому митрополиту Исидору (Никольскому). Отношения Иоанна Кронштадтского и митрополита Исидора были сложными. Однажды митрополит вызвал к себе пастыря и сделал замечание по поводу дорогой рясы. Иоанн Кронштадтский молча снял рясу и оставил ее в приемной архиерея (см.: Сурский. 1994. Т. 1. С. 106-107). В 1890 году, вспоминая прошлое, Иоанн Кронштадтский с горечью отметил, что за 30 лет митрополит Исидор ни разу не встретил его «по-отечески, добрым словом или взглядом, а всегда унизительно, со строгостию и суровостию» (ГАРФ. Ф. 1067. Оп. 1. Д. 26. Л. 29).

К деятельности Иоанна Кронштадтского первоначально настороженно относились не только представители церковных властей, но и святой Феофан Затворник. Епископ Феофан счел необходимым написать Иоанну Кронштадтскому письмо с предупреждением о духовной опасности подвижнической жизни в миру, среди житейских соблазнов, искушений и невзгод (см.: [Артамонов]-Большаков. 1910 (1995). С. 132). Неизвестно, когда именно и по какому конкретному поводу было написано письмо святителя, но история имела продолжение. Поскольку святой Феофан, находясь в затворе, никого не принимал, Иоанн Кронштадтский послал ему ответное письмо. Известно также письмо епископа Феофана некой даме («госпоже М.Д.») и ее мужу, в котором святитель писал: «Что касается отца Иоанна Кронштадтского, то я уверен, что он воистину муж Божий... Книжки его хороши» (Феофан Затворник. Творения: Собр. писем. М., 1994. Т. 1. Вып. 1. С. 162-164). В другом письме им же епископ утверждал, что Иоанн Кронштадтский «ради Бога работает, и силою Божиею укрепляем есть» (Там же. С. 165).

Социально-просветительская и благотворительная деятельность

Служение Иоанна Кронштадского осложнялось тем, что Кронштадт, расположенный на острове Котлин Финского залива, был не только военно-морской крепостью, базой военного флота, но и местом административной высылки. В 60-х годах XIX века столичное градоначальство ссылало в Кронштадт пьяниц, нищих, бродяг, не имевших определенного места жительства. Люди ютились на окраинах города в лачугах и землянках, занимались попрошайничеством и воровством. Горожане называли их «посадскими» и боялись. Ходить по улицам ночью было опасно: риск подвергнуться нападению грабителей был слишком велик. В Кронштадте проживали также чернорабочие, занятые в порту: из-за мелководья морские суда не могли дойти до Санкт-Петербурга, товары перегружались на другие корабли. Работы велись лишь в сезон навигации, в остальное время - практически полгода - люди оставались без дела, пьянствовали, бродяжничали.

Молодой священник стал ежедневно посещать бедных жителей Кронштадта - поступок беспрецедентный для приходского духовенства XIX века. По первому зову он являлся в трущобы для совершения треб (чего избегали сослуживцы). Раздавал свое жалованье, а порой и одежду, сапоги, возвращался домой босым и раздетым. Случалось, он покупал одиноким и больным беднякам продукты питания, одежду, приводил врачей, приносил лекарства. Супруга Иоанна Кронштадтского, доведенная до отчаяния такой щедростью, обращалась в консисторию с просьбой выдавать ей жалованье мужа (Серафим (Чичагов), еп. Слово перед панихидою в 40-й день кончины о. Иоанна Кронштадтского // Св. прав. о. Иоанн Кронштадтский: Восп. самовидцев. М., 2004. С. 676).

Социально-просветительское служение Иоанна Кронштадтского нашло выражение в материальной и духовной помощи пастве, сначала только личными силами и средствами. На 17-м году священства Иоанн Кронштадтский создал один из первых в России Дом трудолюбия. В 1872 году в газете «Кронштадтский вестник» (№ 3 и 18) Иоанн Кронштадтский опубликовал 2 воззвания к обеспеченным горожанам, призвав их решить проблему нищих. Идея устройства Дома трудолюбия и положения его устава говорят о том, что Иоанн Кронштадтский был знаком с практикой так называемых работных домов и считал, что милостыня, пусть даже регулярная и щедрая, не только не решает проблему нищеты, но и усугубляет ее, развращая нищих, приучает к паразитизму (Меньшиков М.О. Завещание о. Иоанна // Он же. Выше свободы: Ст. о России. М., 1998. С. 297). По замыслу Иоанна Кронштадтского, Дом трудолюбия должен был охватить все категории социальных низов - от детей-сирот, неработоспособных женщин и стариков до физически здоровых мужчин. Предполагалось не только предложить им полезную и доступную работу, но и создать условия, при которых они могли бы воспользоваться этой возможностью.

В Кронштадте, на Медвежьей улице, впоследстви названной в честь Иоанна Кронштадтского Сергиевской, было выстроено просторное здание (архитекторы В.О. Титов и А.Я. Силин) Дома трудолюбия (современный адрес: улица Фейгина, 7-9). Закладка его состоялась 23 августа 1881 года, открытие и освящение - 12 октября 1882 года. В 1885-1886 годах при Доме была устроена церковь во имя святого благоверного князя Александра Невского.

Начало Дому положили 2 мастерские: пенькощипательная (в течение года за небольшую плату работало до 25 тысяч человек) и картузная (ежедневно работало 5 тысяч человек), работа в которых не требовала каких-либо специальных знаний, достаточно было желания трудиться. При участии Иоанна Кронштадтского открыли мастерскую для женщин, состоявшую из 3 отделов: модного, белошвейного, вышивания и метки белья. Ежедневно здесь работало 30-40 человек. В систему учреждений социального призрения входили: богадельня для бедных женщин, где проживало от 14 до 22 бездомных старушек; ночлежный дом (располагался в 3-этажном каменном здании, построенном в 1888 на 84 мужских и 24 женских места; за плату в 3 копейки предоставлялись ночлег и стакан чая с хлебом); убежище для призрения сирот и детское дневное пристанище (соединение сиротского приюта и детского сада для детей, чьи родители работали в Доме; здесь бывало 4 тысяч человек в год, постоянно проживало до 100 сирот); 2-й приют для малолетних беспризорников; дом милосердия.

Отдельно предусматривалась и социальная поддержка: выдача пособий и помощь на дому. Денежные пособия (временные, месячные и годовые - от нескольких копеек до 20 рублей, регулярные пособия не могли превышать 1 рубля 50 копеек) выплачивались приходским «Попечительством во имя апостола Андрея Первозванного о бедных» (основано Иоанном Кронштадтским в 1874 году); помощь оказывалась и в виде выдачи одежды и обуви нуждавшимся. О нуждающихся предварительно собирались сведения: 1-го числа каждого месяца приходило множество стариков со свидетельствами от врачей о неспособности к физическому труду, которые получали небольшую пенсию (от 10 копеек до 1 рубля 50 копеек). Под патронажем приходского попечительства в течение года находилось до 3 тысяч чел.

Система образования в Доме трудолюбия также была продуманной и дифференцированной, как для взрослых, так и для детей из малоимущих и нуждающихся семей. В 1890 году были открыты воскресная школа для взрослых (обучалось более 250 человек в год в возрасте от 14 до 45 лет), бесплатная начальная школа для детей (посещали более 250 человек в год), 2 бесплатных начальных училища - для мальчиков (на 200 человек в год) и девочек (на 150 человек), обучение в которых велось по программе Министерства народного просвещения и было рассчитано на 3 года. Кроме того, училище давало льготу по отбыванию воинской службы по 4-му разряду. Видимо, к училищам примыкали упоминаемые в некоторых источниках вечерние классы ручного труда или мастерская по обучению различным ремеслам для мальчиков, в основном работающих по дереву,- ее посещали 30 человек ежедневно (Сурский. 1994. Т. 1. С. 32). В классе женского рукоделия при швейной мастерской постоянно могли работать до 60 человек. В 1894 году были открыты сапожная мастерская, где обучение совмещалось с производством, переплетная мастерская (обучались 15 мальчиков). Был учрежден и бесплатный рисовальный класс (посещали около 30 человек), под руководством отставного военного проводились спортивные занятия для мальчиков.

Помимо учреждений, созданных для занятости взрослых и детей, в Доме трудолюбия существовал ряд благотворительных и общепросветительских заведений. К первым относилась народная столовая, где за небольшую плату ежедневно отпускались обеды, а в воскресные и праздничные дни устраивались благотворительные бесплатные трапезы на несколько сот человек. Столовая работала ежедневно 11 часов, отпуская от 400 до 800 обедов. Огороды, существовавшие при детской даче Дома трудолюбия, снабжали овощами всех живущих и работающих в Доме. В 2 специально оборудованных комнатах действовали бесплатные амбулатория и аптека. Городские врачи дежурили в амбулатории безвозмездно. Амбулаторию ежегодно посещало более 2,5 тысяч человек. Здесь же проводили вакцинацию, в том числе от оспы. Существовала специальная лечебница для женщин, возможно, она была подразделением амбулатории. При Доме трудолюбия были организованы платная публичная библиотека для взрослых (1-я общедоступная библиотека в Кронштадте), детская библиотека, бесплатная народная читальня, которую посещало до 9 тысяч человек в год. По воскресным и праздничным дням проводились дневные и вечерние народные чтения-лекции (дневные были посвящены изучению и толкованию соответствующего дневного евангельского чтения, вечерние проходили иногда с духовным пением). Работала книжная лавка для детей и взрослых, была собрана общедоступная зоологическая коллекция. Таким образом, Дом трудолюбия имел 5 крупных построек: собственно Дом, ночлежный приют, дом «Попечительства святого апостола Андрея Первозванного о бедных», загородный дом милосердия и каменный 4-этажный странноприимный дом (1891 год).

Дом трудолюбия содержался почти исключительно попечением Иоанна Кронштадтского, расходы составляли около 40 тысяч рублей в год. За 20 лет существования Дома он внес на его нужды более 700 тысяч рублей В начале XX века Дом трудолюбия оценивался более чем в 1 млн рублей

В 1895 грду Иоанн Кронштадтский был назначен членом Комитета по устройству Домов трудолюбия в других городах России. По поручению министра внутренних дел барон О. О. Буксгевден посетил несколько городов, изучая потребности и возможности организации в них Домов трудолюбия по образцу кронштадтского. Эти начинания получили поддержку и помощь великой княгини Александры Иосифовны. В 1886 году был учрежден Дом трудолюбия в Санкт-Петербурге, в 1887 году - в Пскове, а к 1896 году их уже было 44: в 1888-1892 годах было открыто 7 (в Смоленске, Тамбове, Киеве, Саратове, Орле, Митаве и Ярославле), в 1893 году - 11 (в Твери, Вильне, Н. Новгороде, 2 в Варшаве, Гродно, Рязани, Вятке, Слободском, Елабуге и Кукарке), в 1894 году - 13 (в Москве, Ковно, Херсоне, 2 в Санкт-Петербурге, Архангельске, Полтаве, Царицыне, Чернигове, Петрокове, Люблине, Воронеже и Самаре) и в 1895 году - 10 Домов трудолюбия (во Владимире, в Симбирске, Калуге, Торжке, Туле, Киеве, Витебске, Санкт-Петербурге, селе Белом и Одессе). За 20 лет по всей России было создано около 100 Домов трудолюбия. В первые годы существования они были своеобразной биржей труда, предназначенной для помощи в поиске или для предоставления работы лицам, ее утратившим. Дети, нетрудоспособные и профессиональные нищие оказывались вне поля их деятельности. Впоследствии они решали более сложную задачу: дать работу не только ищущим, но и избегающим ее; главная цель заключалась в перевоспитании «профессиональных» безработных и в создании у них стойкой мотивации к самостоятельной трудовой жизни в дальнейшем (Белкина Е.Е. Открытие о. Иоанном Кронштадтским Работного дома в г. Калуге в 1895 г. // ЕжБК. 2009. Т. 1. С. 367-369).

Устройство Дома трудолюбия в Кронштадте не прекратило и частной благотворительности пастыря. Каждое утро так называемый строй или армия нищих (до 1 тысяч чел.) дожидались милостыни у его дома. Случалось, что, находясь в толпе, он буквально одной рукой принимал от кого-то конверт с деньгами и, не вскрывая и не пересчитывая, другой рукой передавал кому-нибудь из просящих. Иоанн Кронштадтский распоряжался значительными суммами: по сведениям биографов, только по почте получал до 1 млн рублей в год, прямые пожертвования, из рук в руки, учесть невозможно. К концу жизни он считался весьма состоятельным человеком. Однако по составленной судебным приставом А. Витовичем 21 декабря 1908 года посмертной описи имущества и обнародованному завещанию (Витович. 1915) оказалось, что перед смертью Иоанн Кронштадтский располагал скромным имуществом и небольшой суммой денег, несколько тысяч рублей завещал монастырю на Карповке (Соллогуб. 1951. С. 39-40, 60). К концу жизни обстановка квартиры, в которой Иоанн Кронштадтский прожил 53 года, оставалась такой же простой, какой она была, когда он, получив назначение, приехал в Кронштадт, появились лишь книги и домашний иконостас в кабинете ([Артамонов]-Большаков. 1910 (1995). С. 263; Цветков. 1897. С. 40).

На средства Иоанна Кронштадтского были открыты и благоустроены несколько женских монастырей и скитов (Санкт-петербургский Иоанновский на Карповке (1900 год), Пюхтицкий в честь Успения Пресвятой Богородицы, Горицкий в честь Воскресения Господня,Ферапонтов Белозерский ,Даниловский в честь Казанской иконы Божией Матери (1894 год) и Вауловский Успенский в Ярославской губернии (1903 год), Вировский во имя Всемилостивого Спаса в Седлецкой губернии и др.). Значительные средства Иоанн Кронштадтский передавал на строительство и поддержку именно женских монастырей, сведений о пожертвованиях в мужской обители меньше (в 1887 году на пожертвование Иоанна Кронштадтского был восстановлен сгоревший Никифоров Важеозерский в честь Преображения Господня мужской монастырь, при его помощи построено и в 1894 году освящено столичное подворье этой обители; известны также пожертвования мужским Артемиеву Веркольскому, Второафонскому в честь Успения Пресвятой Богородицы ,Городецкому в честь Феодоровской иконы Божией Матери монастырям). Возможно, Иоанн Кронштадтский считал братию обязанной обеспечивать себя собственным трудом (Сурский. 1994. Т. 2. С. 435). В родном селе Иоанн Кронштадтский основал Сурскую Иоанно-Богословскую женскую обитель (1899 год) и снабдил сестер всем необходимым. В прошении на имя епископа Архангельского и Холмогорского Иоанникия (Надеждина) об учреждении этого монастыря Иоанн Кронштадтский писал: «Опытом дознано, что иноческие обители весьма много способствуют не только религиозно-нравственному просвещению местного населения, но и материальному улучшению хозяйственного быта - наглядным примером трудолюбия. Заботясь о благосостоянии родины моей, села Суры, я пришел к убеждению, что основание в нем женской общины было бы весьма полезно в упомянутых отношениях. Ежедневное богослужение по уставу Святой Церкви, соблюдение постов, неустанное трудолюбие - все это, как живой пример, благоприятно повлияет на духовно-нравственное и сельскохозяйственное развитие населения» (ГААО. Ф. 310. Оп. 1. Д. 122. Л. 4; Д. 127. Л. 17). В селе Сура Иоанн Кронштадтский основал также церковное братство, передав ему подаренный почитателями пассажирский пароход «Святой Николай Чудотворец», отстроил новый каменный храм святого Николая Чудотворца (1888-1891 годы), лесопильню, меховой завод, часовню (1892 год) на могиле отца, а также каменное здание для открытой им церковноприходской школы (1894 год). Игумения Сурской обители заведовала монастырской школой, попечителем был Иоанн Кронштадтский, выделивший на финансирование школы капитал в 40 тысяч рублей; школа содержалась на проценты с этого капитала.

При участии Иоанна Кронштадтского было открыто 2 подворья Сурского монастыря - в Архангельске и Санкт-Петербурге; столичное подворье на Карповке в начале XX века стало самостоятельным Иоанновским монастырем. Точное число церквей, построенных или обновленных на средства Иоанна Кронштадтского, назвать невозможно. Он жертвовал сам и призывал других жертвовать, в том числе и на церковные заграничные миссии. Так, святой Николай (Касаткин) писал, что в июле 1900 года начальник Корейской духовной миссии архимандрит Хрисанф (Щетковский) получил от Иоанна Кронштадтского посылку с Евангелием, 3 напрестольными серебряными крестами, 2 полными иерейскими облачениями, литургическими сосудами и др. В октябре 1907 года святой Николай получил от Иоанна Кронштадтского пожертвование (1 тысячу рублей) на нужды Православной Церкви в Японии, в апреле 1908 года - еще 1 тысячу рублей (Дневники св. Николая Японского. 2004. Т. 4. С. 279, 284-285; Т. 5. С. 339, 375). Также Иоанн Кронштадтский жертвовал средства на организацию и содержание школ, благотворительных учреждений и больниц. Многие благотворительные общества в Российской империи считали Иоанна Кронштадтского своим членом.

В конце 80-х - начале 90-х годов XIX века окончательно сложился тот распорядок дня, которого Иоанн Кронштадтский. с незначительными изменениями придерживался до последних лет жизни. Вставал в 4 часа утра, около получаса посвящал утренним молитвам и иерейскому правилу. Молился, прогуливаясь в садике возле дома. Уже с утра, а иногда и с ночи Иоанна Кронштадтского ожидали многочисленные просители. В первые годы служения по утрам он выходил раздавать подаяние собравшимся перед домом. Впоследствии нищие выстраивались в своеобразные шеренги и ждали Иоанна Кронштадтского у ограды собора, где либо он сам, либо помощник раздавали определенную сумму группам по 10 человек (Цветков. 1897. С. 41; РГИА. Ф. 651. Оп. 1. Д. 1089. С. 25). Если прежде Иоанн Кронштадтский, сопровождаемый просителями, шел на раннюю службу пешком, то, став всероссийски известным протоиереем, он, чтобы избежать натиска толпы, ехал зимой в санях, летом - в экипаже. Хотя Иоанн Кронштадтский выезжал прямо со двора, и за сани, и за экипаж цеплялись люди. Для беспрепятственного прохождения в собор на службу была построена специальная ограда, часто Иоанн Кронштадтский проходил в алтарь под охраной полиции. Утреня начиналась около 5 часов, заканчивалась в 7 часов. Без перерыва Иоанн Кронштадтский начинал служить литургию, которая оканчивалась в 12 часов; причащение длилось более 2 часов, хотя причащали из нескольких чаш. После богослужения Иоанна Кронштадтского на 15-20 минут заезжал домой выпить чаю, но чаще сразу же отправлялся к ожидавшим его паломникам в странноприимные дома и гостиницы. Во всех домах имелись большая комната или зал с иконами, где Иоанн Кронштадтский служил молебны и беседовал с богомольцами (Александр (Семёнов-Тян-Шанский). 1990. С. 251). Иоанн Кронштадтский часто ездил в Санкт-Петербург: летом на пароходе, зимой до Ораниенбаума на санях, а далее по железной дороге. Почитатели стремились сопровождать пастыря на пароходе, поэтому для отдыха он укрывался либо в отдельной каюте, либо в капитанской рубке. В концу XIX - начале XX веков торговец П.А. Мотин подарил ему в личное пользование небольшой пароход «Любезный» (Там же. С. 61). Во время отъезда зимой на Балтийском вокзале, летом на пристани Иоанна Кронштадтского ждала толпа желающих увидеть его или подать ему письмо. Часто письма опускали в окно отъезжавшего вагона. В дороге Иоанн Кронштадтский прочитывал полученные записки, вычитывал вечернее правило. В обычный день он возвращался домой во 2-м часу ночи. Спал не более 3-4 часов в сутки на протяжении почти 53-летнего служения, часто не ложился спать вообще.

Всероссийская слава сделала Иоанна Кронштадтского желанным гостем в любом месте Российской империи, но первые 30 лет служения он почти не выезжал из Кронштадта дальше Санкт-Петербурга. Его звали закладывать и освящать церкви, больницы, благотворительные учреждения. Так, 1 сентября 1902 года Иоанн Кронштадтский в присутствии главного командира кронштадтского порта вице-адмирала С.О. Макарова отслужил молебен на начало строительства кронштадтского Морского собора во имя святого Николая Чудотворца. Раз в месяц он на день приезжал в Москву, по предварительной договоренности служил в одном из храмов, в том числе в Успенском соборе Московского Кремля, посещал Троице-Сергиеву лавру. Отъезд из Москвы был торжественным: по Высочайшему повелению специально для Иоанна Кронштадтского открывались парадные (царские) комнаты Николаевского вокзала (Сурский. 1994. Т. 2. С. 270; Соллогуб. 1951. С. 12). Возможно, это был не только знак особого уважения, но и необходимая мера предосторожности, способ сохранить общественное спокойствие при скоплении народа. Распоряжением министра путей сообщения каждый раз для поездки в Москву и обратно ему предоставляли отдельное купе.

С 1888 года, обычно в конце мая - начале июня, Иоанн Кронштадтский отправлялся в село Сура навещать родных (см.: Хроника посещения о. Иоанном с. Суры в 1888-1907 гг. / Сост.: В. Б. Милейко // Кронштадтский пастырь: Церк.-ист. альм. М., 2002. Вып. 1. С. 40). Иоанн Кронштадтский посетил многие города империи: Астрахань, Архангельск, Брест, Великий Устюг, Вологду, Воронеж, Выборг, Екатеринбург, Киев, Кострому, Курск, Нижний Новгород, Самару, Одессу, Орёл, Ригу, Ростов-на-Дону, Саратов, Севастополь, Смоленск, Тулу, Харьков, Чернигов, Ялту, Ярославль и др. Несколько раз путешествовал по Волге (сохранились описания, относящиеся к 1893, 1894 и 1907 годам), останавливаясь практически во всех городах и некоторых селах от Углича до Царицына. Известны несколько особых поездок Иоанна Кронштадского к больным за границу: одной из первых была поездка в Берлин (через Варшаву) помолиться о тяжелобольном русском после графе П.А. Шувалове. В 1901 году Иоанн Кронштадтский посетил колонию прокаженных, расположенную в 25 верстах от станции Молосковицы Балтийской железной дороги (Михаил (Семёнов). 1903. С. 160).

Иоанн Кронштадский и царская фамилия

Широкую известность получила поездка Иоанна Кронштадтского (в октябре 1894 года) в Крым к смертельно больному императору Александру III. По свидетельству графа С.Д. Шереметева, поездке содействовали супруга великого князя Константина Николаевича велигая княгиня Александра Иосифовна и королева эллинов Ольга Константиновна (Шереметев С. Д. Александр III // Он же. Мемуары. М., 2001. С. 583). Иоанн Кронштадтский прибыл в Крым вместе с великой княгиней Александрой Иосифовной, королевой эллинов Ольгой Константиновной, великой княгиней Марией Георгиевной (греческой принцессой, ставшей супругой великого князя Георгия Михайловича) и принцем Гессенским Христофором Эрнстом Августом. Совместное путешествие с Высочайшими гостями завершилось 8 октября 1894 года; в тот же день кронштадтский пастырь отслужил обедню и молебен. На следующий день с Иоанном Кронштадтским встречался и беседовал наследник престола, будущий император Николай II. 10 октября пастырь встретился с больным царем, а 12 октября большая часть императорского семейства, пребывавшего в Крыму, присутствовала на литургии, которую в Ореандской церкви служил Иоанн Кронштадтский. Наследник впервые увидел служение, столь непохожее на привычное ему с детства придворное. «Он очень резко делает возгласы,- заметил Николай Александрович,- как-то выкрикивает их - он прочел свою молитву за Папа, которая произвела сильное впечатление на меня». На обедне присутствовала и невеста наследника, будущая императрица Александра Феодоровна (Дневники имп. Николая II. М., 1991. С. 41). С императором Александром III Иоанн Кронштадтский встречался еще дважды: 17 и 20 октября 1894 года, присутствовал при его кончине. Умиравший Александр III назвал кронштадтского пастыря праведником, которого любит русский народ (О. Иоанн у Государя Императора Александра III // Кронштадтский пастырь. СПб., 1912. № 3. С. 395). После кончины императора Иоанн Кронштадтский сопровождал его тело в Санкт-Петербург.

В 1894 году император Николай II повелел Иоанну Кронштадтскому присутствовать при бракосочетании Их Величеств, пожаловав ему драгоценный наперсный крест. В 1895 году Иоанн Кронштадтский присутствовал на крещении 1-й дочери царя - великой княжны Ольги Николаевны, получив в качестве подарка царский портрет с подписью государя. В мае 1896 года пастырь участвовал в служении литургии в московском Успенском соборе на коронационных торжествах.

В 1902 году великая княгина Милица Николаевна заявила дяде царя, великому князю Сергею Александровичу, что лионский «магнетизер» Филипп, обещавший Николаю II и Александре Феодоровне помощь в рождении наследника, на свою деятельность имеет благословение Иоанна Кронштадтского, к которому ездил в Кронштадт. Проверивший сообщение великий князь удостоверился в том, что Иоанн Кронштадтский встречался с Филиппом лишь однажды в имении Милицы Николаевны и благословения не давал. Напротив, Иоанн Кронштадтский заявил, что лионский врачеватель «действует от духа прелести, нехороший человек, его молитвы негодны… от таких молитв плод жить не может» (Слюнькова И. Н. О пребывании на празднике в Сарове 1903 г. Царской семьи // V Всерос. ист. науч.-практ. конф., посвящ. 100-летию канонизации Серафима Саровского. Саров, 2004. С. 134). После случившегося в царской семье к Иоанну Кронштадтскому не обращались, только в 1904 году пригласили на крестины наследника престола цесаревича Алексея Николаевича. Вместе с высшими иерархами Иоанн Кронштадтский участвовал в совершении крещения и служении литургии в Петропавловской церкви Петергофского дворца. К этому торжеству ему был Высочайше пожалован золотой наперсный крест с украшениями.

В околоцерковной среде бытует несколько легенд о встрече Иоанна Кронштадтского с Г.Е. Распутиным. Согласно одной из них, однажды Распутин приехал на богослужение в Андреевский собор, простоял всю службу на коленях. Когда Иоанн Кронштадтский вышел из алтаря, то сразу же заметил сибирского странника, выделил его из нескольких тысяч молившихся, благословил и причастил (Терещук А.В. Григорий Распутин: Последний «старец» империи. СПб., 2006. С. 44-46). Существуют и противоположные свидетельства. Так, певчий соборного хора вспоминал, как по окончании службы к Иоанну Кронштадтскому подошел Распутин, которому пастырь в резкой форме отказал в благословении (Макушинский А. Воспоминания бывшего певчего Кронштадтского Андреевского собора // Св. Иоанн Кронштадтский в восп. современников. СПб.; М., 2003. С. 126-127). Насельницы столичного Иоанновского монастыря, окормлявшиеся Иоанна Кронштадтского, сделали все возможное, чтобы Распутин прекратил посещение обители (Евлогий (Георгиевский). 1994. С. 203-204).

Общественно-политическая позиция

Назначение в 1907 году Иоанна Кронштадтского членом Святейшего Синода можно рассматривать как официальную поддержку его церковно-общественной позиции, четко заявленной в годы политических нестроений 1905-1907 годов. Революционные катаклизмы, в том числе в Кронштадте, Иоанн Кронштадтский воспринимал как беснование, утверждал, что «если в России так пойдут дела, и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвержены праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древние царства и города». При этом пастырь осуждал и «высшее правительство, потворствовавшее беспорядкам» (Александр (Семёнов-Тян-Шанский). 1990. С. 243). Русско-японскую войну (1904-1905 годы) Иоанн Кронштадтский воспринял как суд и наказание Божие, обличал безверие, праздность, стремление к роскоши и удовольствиям образованных и состоятельных людей, пьянство, сквернословие и маловерие простого народа. Объектом особых опасений Иоанна Кронштадтского была деятельность революционной антицерковной интеллигенции. Главной причиной революционного брожения в России он считал отпадение людей от Церкви. Еще до революционных событий 1905-1907 годов широкую известность получило выступление Иоанна Кронштадтского против еврейского погрома в Кишинёве 6-8 апреля 1903 года. Ознакомившись с первыми сообщениями о погроме, Иоанн Кронштадтский безоговорочно осудил погромщиков, заявив, что «вместо праздника христианского (6 апреля 1903 года - 1-й день православной Пасхи. - Авт.) они устроили скверноубийственный праздник Сатане» (Мои мысли по поводу насилий христиан с евреями в Кишиневе // Материалы для истории антиеврейских погромов в России. Пг., 1919. Т. 1. С. 352). После такого высказывания «правые» не только критиковали Иоанна Кронштадтского, но и угрожали ему. Когда через некоторое время поступила информация о том, что погром был следствием провокации, Иоанн Кронштадтский вынужден был публично извиниться, за что подвергся нападкам со стороны либеральных кругов (Киценко. 2006. С. 298). В годы революции 1905-1907 годов Иоанн Кронштадтский был избран почетным членом Союза русского народа, освящал хоругви и знамя союза, жертвовал деньги на его нужды. Однако, выступая против революционеров и видя в них преимущественно безбожников, Иоанн Кронштадтский не разделял националистической фразеологии черносотенцев.

Резкое неприятие встречали у Иоанна Кронштадтского религиозные искания Л.Н. Толстого (О душепагубном еретичестве графа Л. Н. Толстого. СПб., 19074). Толстой знал об этом: 3 августа 1890 года в письме своему единомышленнику князю Д.А. Хилкову он писал об Иоанне Кронштадтском и о его почитателях: «Между нами и ими, то есть их деятельностью и нашей... нет ничего общего» (Толстой Л. Н. ПСС. М., 1992p. Т. 65. С. 134-135; Т. 79. С. 271). Для русского общества рубежа XIX и XX веков отношение к Толстому и его учению и к Иоанну Кронштадтскому стало критерием отношения к Русской Церкви и Православию вообще, а также знаком общественно-политической позиции, своеобразной «партийной принадлежности».

После разрешенной Манифестом 17 октября 1905 года свободы слова нападки на Иоанна Кронштадтского со страниц леворадикальной печати, имевшие место и ранее, усилились: его критиковали за выступления против Толстого, за резкое неприятие революционного движения и поддержку самодержавной формы правления. В газетах писали, что Иоанн Кронштадтский окружил себя недостойными людьми, разворовавшими значительную часть пожертвований, которые контролировали общение паломников с ним, допуская преимущественно тех, с кого можно было получить мзду; что особой статьей доходов стало распространение молитв, якобы составленных Иоанном Кронштадтским, крестиков и других предметов, «освященных» им (О. Иоанн Ильич Сергиев, прот. Андреевского собора в Кронштадте. СПб., 1890. С. 5, 6). На основе этих «разоблачительных» материалов бывший епархиальный миссионер В.П. Протопопов написал и в декабре 1907 года представил публике пьесу «Черные вороны», высмеивавшую Иоанна Кронштадтского и его окружение. Пастырь был изображен как псевдоцелитель, а его сторонники - как сектанты. Несколько иерархов, в том числе митрополит Московский священномученик Владимир (Богоявленский), а также представители белого духовенства выступили в защиту Иоанна Кронштадтского. 11 декабря 1907 года, во время аудиенции у императора Николая II, епископ Саратовский священномученик Ермоген (Долганёв), священномученик Серафим (Остроумов) и протоиерей святой Иоанн Восторгов подробно рассказали о травле пастыря. Царь отдал приказ П.А. Столыпину снять пьесу с репертуара ([Артамонов]-Большаков. 1910 (1995). С. 766, 778-779; Дневники св. Николая Японского. 2004. Т. 5. C. 354-355).

Активные почитатели Иоанна Кронштадтского (протопресвитер А.А. Дернов и др. заслуженные столичные протоиереи, представители аристократии и чиновничества) решили основать Общество для защиты отца Иоанна от клеветы. Был разработан устав общества, получено согласие Иоанна Кронштадтского, но митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Антоний (Вадковский) не благословил начинание. Лишь в 1909 году, после Высочайшего повеления увековечить память Иоанна Кронштадтского, общество было официально учреждено под председательством протопресвитера Дернова. Общество издавало журнал «Кронштадтский пастырь», оказывало духовную и материальную помощь нуждающимся, открыло странноприимный дом для паломников, приют для девочек-сирот, библиотеку и др.

Служение Иоанна Кронштадтского было отмечено многими церковными и государственными наградами. Указом духовной консистории от 16 марта 1860 года он был награжден набедренником; 21 апреля 1861 года - бархатной фиолетовой скуфьей; 26 марта 1866 года - бархатной фиолетовой камилавкой («за отлично-усердную службу при Кронштадтской гимназии в качестве законоучителя»). 23 октября 1869 года Иоанн Кронштадтский было получено благословение Святейшего Синода «за усердную службу и ревностное исполнение обязанностей». 19 апреля 1870 года Иоанн Кронштадтский удостоился золотого наперсного креста от Святейшего Синода. 26 апреля 1875 года он был возведен в сан протоиерея. В 1881 году по благословению столичного митрополита Иоанну Кронштадтскому было дозволено принять и носить подаренный прихожанами крест с драгоценными украшениями. В годы царствования императора Николая II он был удостоен палицы (1895 год), митры (1899 год), 2 благодарностей Синода. Светские власти также многократно отмечали служение Иоанна Кронштадтского 26 августа 1856 года он получил бронзовый наперсный крест и «светлобронзовую медаль» на андреевской ленте в память о войне 1853-1856 годов; 15 апреля 1878 года («за отлично-усердную службу при Кронштадтской гимназии») был награжден орденом святой Анны 3-й степени, а 15 мая 1883 года - орденом святой Анны 2-й степени. В 1887 году Иоанн Кронштадтский стал кавалером ордена святого Владимира 4-й, а в 1891 году - 3-й степени. В связи с коронацией императора Николая II в 1896 году Иоанн Кронштадтский получил орден святой Анны 1-й степени. Утверждения некоторых биографов о награждении Иоанна Кронштадтского орденом святого Александра Невского не находят документального подтверждения. Служение и деятельность Иоанна Кронштадтского были отмечены также знаками Императорского Российского общества спасания на водах (серебряным в 1891 году и золотым в 1893 году), Императорского Православного Палестинского общества (1893 год), Общества восстановления Православия на Кавказе (знаком святой Нины 3-й степени в 1891 году и 2-й степени в 1893 году), Холмского православного братства (золотым знаком 1-й степени). Кроме того, Иоанн Кронштадтский имел дипломы почетного члена многих благотворительных обществ России.

По преданию, Иоанн Кронштадтский благословил на подвижническую жизнь мученика Виктора Матвеева, преподобного Варсонофия (Плиханкова) Оптинского, протоиерея святого Алексия Мечёва, будущих епископов Арсения (Жадановского) и Варсонофия (Вихвелина). Он общался с преподобным Анатолием (Копьёвым (Зерцаловым)) Оптинским, с игуменом Таисией (Солоповой), с игуменом Антонией Московской (Троилиной), со схиигуменом Ангелиной (Сергеевой), с С.А. Нилусом и со многими другими.

В последние годы жизни Иоанн Кронштадтский страдал от воспаления предстательной железы. Мучительные боли не давали ему покоя ни днем, ни ночью, прекращаясь лишь на 15-20 минут. Только во время служения литургии боль утихала. В последние дни Иоанн Кронштадтский почти ничего не слышал, что явилось следствием удара, полученного от некоего студента во время революционных событий 1905 года. По некоторым сведениям, незадолго до кончины его посетил архиепископ Ярославский святой Тихон (Беллавин) (Е. К. 1909. С. 34-35). 10 декабря 1908 года Иоанн Кронштадтский совершил последнюю литургию, затем ежедневно причащался на дому. После долгой прогулки в экипаже 17 декабря Иоанн Кронштадтский простудился и окончательно слег; 19 декабря пребывал в полубессознательном состоянии и смог причаститься Святых Таин только Святой Крови. Раннюю литургию в ночь на 20 декабря служили в 3 часа, чтобы успеть последний раз причастить умирающего. Около 4 часов утра священник Иоанн Александрович Аржановский (в монашестве архим. Иаков, 1868-1931) и соборный священник Николай Петровский причастили Иоанна Кронштадтского. С 6 часов утра родственник Иоанна Кронштадтского, протоиерей Иоанн Орнатский (брат священномученика Философа Орнатского), читал отходную. В 7 часов 40 минут Иоанн Кронштадтский скончался.

Его похороны стали общественно значимым событием. Невзирая на сильный мороз, в Кронштадт устремились тысячи паломников. По завещанию Иоанна Кронштадтского местом его погребения должен был стать храм пророка Илии и праведной Феодоры (небесных покровителей его родителей) в крипте санкт-петербургского Иоанновского женского монастыря на Карповке. Еще в 1904 году Иоанн Кронштадтский ходатайствовал перед императором и получил разрешение императора и митрополита Санкт-Петербургского Антония (Вадковского) быть погребенным в Иоанновском монастыре в качестве исключения из существовавшего законодательства. Иоанн Кронштадтский просил, чтобы его тело в Санкт-Петербург сопровождал епископ Гдовский священномученик Кирилл (Смирнов), а отпевание совершил митрополит Антоний (Вадковский). Гроб с останками Иоанна Кронштадтского был выставлен в кронштадтском Андреевском соборе, всю ночь на 22 декабря шло прощание с пастырем, непрерывно совершались панихиды. Заупокойные службы по завещанию Иоанна Кронштадтского совершал епископ Гдовский Кирилл. Утром 22 декабря после литургии и панихиды траурная процессия направилась по льду Финского залива к железной дороге в Ораниенбаум. Гроб везли на катафалке в сопровождении 94-го Енисейского полка, несколько военных оркестров и более чем 20 тысяч человек. В Ораниенбауме гроб был помещен в вагон специального траурного поезда и доставлен на столичный Балтийский вокзал, откуда намного увеличившаяся процессия двинулась на Карповку. По пути следования служились литии или панихиды. Во время частых остановок желающие прощались с усопшим, поскольку вход в Иоанновский монастырь был ограничен. Одна из остановок была у здания Синода, гроб был внесен в помещение, и была совершена лития. По особому повелению государя для совершения литии на некоторое время траурное шествие остановилось у Зимнего дворца. В монастырском верхнем соборе на Карповке несколько архиереев во главе с митрополитом Антонием и в сослужении около 60 пресвитеров и 20 диаконов отслужили литургию и чин отпевания. Затем гроб был перенесен в нижнюю церковь-усыпальницу, помещен в беломраморную гробницу и закрыт массивной мраморной плитой с изображением креста, Евангелия и резной митры. В 1911 году на гpобнице был помещен обpаз пpеподобного Иоанна Рильского работы академика живописи Н.П. Шаховского. Перед образом горела неугасимая лампада. На гроб от имени императрицы Александры Феодоровны обер-церемониймейстером Двора графом В.А. Гендриковым был возложен крест из цветов. На груди почившего лежал венок, присланный вдовствующей императрицей Марией Феодоровной. 25 декабря 1908 года поклониться гробнице прибыли великие княгини Милица и Анастасия Николаевны - супруги великих князей Петра и Николая Николаевичей. В рескрипте от 12 января 1909 года на имя митрополита Антония (Вадковского) император Николай II назвал почившего «великим светильником Церкви Христовой» и «молитвенником Земли Русской» (Высочайший рескрипт // ЦВед. 1909. № 3. С. 11-12).

По определению Синода от 15 января 1909 года, 28 января, на 40-й день после кончины Иоанна Кронштадтского, митрополиты Санкт-Петербургский, Московский и Киевский совершили заупокойную литургию, затем - панихиду. Архиереи и протопресвитеры придворного и военного духовенства также отслужили заупокойную литургию и панихиду в подведомственных им храмах, духовно-учебных заведениях и церковных школах. Синод установил 20 декабря, в день кончины пастыря, ежегодно служить заупокойную литургию и литию по Иоанну Кронштадтскому во всех храмах империи. В 1-ю годовщину кончины Иоанна Кронштадтского всех епархиальных преосвященных и протопресвитеров придворного и военного духовенства обязали устроить внебогослужебные собеседования с чтением на темы, посвященные памяти импеатора Александра III и Иоанна Кронштадтского Предусматривалось приглашение духовенства к пожертвованиям на учреждение стипендий имени Иоанна Кронштадтского и к приобретению его портретов для размещения в актовых залах духовных учебных заведений. В программы семинарий (по гомилетике и практическому руководству для пастырей) планировалось ввести изучение биографии Иоанна Кронштадтского. Архангельский архиерей должен был представить в Синод заключение об учреждении училища пастырства имени Иоанна Кронштадтского; ранее открытое в Житомире училище получило его имя. Иоанновский женский монастырь, где был погребен кронштадтский пастырь, возводился в ранг первоклассного. Синод выпустил распоряжение напечатать портреты почившего (в количестве 40 тысяч экземпляров) и разослать их по всем церковным школам империи (Определения Св. Синода // ЦВед. 1909. № 3. С. 12-13). Подобное увековечивание памяти пастыря было в синодальной истории впервые. Речь шла о подготовке материалов к канонизации Иоанна Кронштадтского.

Сразу после погребения гробница Иоанна Кронштадтского стала местом паломничества многочисленных богомольцев. В особых книгах, заведенных в Иоанновском монастыре, фиксировалось множество чудес, совершавшихся по молитвам к пастырю. Главной целью «Общества памяти отца Иоанна Кронштадтского» (17 марта 1909 - 1917 годы) стала подготовка прославления Иоанна Кронштадтского. На страницах журнала «Кронштадтский пастырь» публиковались жизнеописания, фиксировались чудеса. Прилегающие к монастырю улицы становились мемориальной зоной. Постановлением Городской думы Силин переулок был переименован в Иоанновский, соседний назван Сурским.

В 1918 году по благословению Патриарха Московского святого Тихона в кронштадтской квартире Иоанна Кронштадтского была освящена церковь во имя Святой Троицы (закрыта в 20-х годах). В 1923 году был закрыт Иоанновский монастырь, но верующие приходили к обители как к месту упокоения подвижника. Родственники Иоанна Кронштадтского решили перезахоронить его останки на Смоленском кладбище. Спустя некоторое время они получили необходимый мандат на захоронение, но на Богословском кладбище города. Однако монахини, проживавшие несколькими общинами в городе, выступили против перенесения останков, в результате родственники отказались от идеи перезахоронения. Президиум Ленсовета принял секретное постановление: «Помещение гробницы Иоанна Кронштадтского замуровать, и спустя два-три месяца гроб опустить ниже на один-два аршина, а пол над могилой забетонировать» (см. подробнее: Шкаровский. 2006). С апреля по июнь 1926 года мощи Иоанна Кронштадтского в оцинкованном гробу были сокрыты под полом усыпальницы на глубине 0,8-1,6 м и пол забетонирован. Среди верующих распространялись слухи о том, что мощи якобы тайно вывезены и перезахоронены на одном из кладбищ Ленинграда или уничтожены. Но поток паломников на Карповку не иссякал: люди приходили к внешней стене монастыря с молитвой к Иоанну Кронштадтскому, над окном недоступной крипты был выбит крест, стояли свечи, лежали записки.

Первые предложения канонизировать Иоанна Кронштадтского прозвучали в 1953 году на Соборе епископов РПЦЗ; 3 июня 1964 года Собор епископов РПЦЗ постановил «признать праведного отца Иоанна Кронштадтского Божиим Угодником, причисленным к лику Святых, в земле Российской просиявших». Торжественное прославление состоялось 19 октября 1964 года. Представителями православной общественности это решение было оценено неоднозначно, в нем видели политические мотивы. «Русские участники заседания комиссии «Веры и устройства», профессор протоиерей Г. Флоровский, профессор протоиерей И. Мейендорф, профессор Б. Евдокимов делились мнениями по поводу постановления Карловацкого собора о канонизации протоиерея Иоанна Кронштадтского,- писал архиепископ Алексий (Ридигер; впоследствии Патриарх Московский и всея Руси Алексий II).- Реакция у всех на этот акт отрицательная. По словам протоиерея И. Мейендорфа, митрополит Анастасий еще три года тому назад поставил решительное вето на вопрос канонизации, считая себя частью Русской Церкви, а такое решение может принимать лишь Поместная Церковь в целом… Вышеназванные лица, с которыми были беседы на эту тему, считают акт канонизации больше политическим, чем церковным делом, и выражают сожаление, что карловчане будут подчеркивать политические высказывания протоиерея Иоанна Кронштадтского и тем самым затруднят канонизацию его всей Русской Церковью» (Отчет архиеп. Алексия Ридигера о заседании комиссии «Веры и устройства» в г. Аргусе, Дания // ГАРФ. Ф. 6991. Оп. 2. Д. 537).

В октябре 1989 года Архиерейский Собор РПЦ поручил Комиссии по канонизации подготовить материалы для прославления Иоаннна Кронштадтского На Поместном Соборе 7-10 июня 1990 года. Иоанн Кронштадтский был причислен к лику святых РПЦ. В восстановленном Иоанновском монастыре раскрыт и отреставрирован храм, являющийся усыпальницей. Мощи святого, опущенные ниже уровня пола и забетонированные, не обретены. Каменная гробница установлена на прежнем месте, вероятно над мощами.

Почитание Иоанна Кронштадтского приобретает все большие масштабы. К 2010 году во имя Иоанна Кронштадтского освящены женский монастырь в селе Кислуха Алтайского края, несколько храмов в обителях РПЦ и РПЦЗ, храмы в городах Ютика (близ Джорданвилла, США), Сан-Диего (США), Гамбург (Германия), Кастровиллари (Италия), Москва, Санкт-Петербург, Киев, Минск, Одесса, Волгоград, Ростов-на-Дону, Брянск, Чебоксары, Кострома, Тверь, Владивосток, Тольятти, Красноуральск; при Казанской ДС, в Поморском государственном университете в Архангельске; в городах Судак (Крым, Украина), Локса (Эстония), Электросталь, Мытищи и посёлке Белые Столбы Московской области, Всеволожск, в поселках Вырица, Подборовье, в селе Павлове Ленинградской области, Жигулёвске и посёлке Волжский Утёс Самарской области, Гай и поселках Саракташ Оренбургской области, Берёзовский Кемеровской области, Радужный Ханты-Мансийского АО-Югры; в поселках Пашино (в черте Новосибирска), Березник Архангельской области, Карамышево и деревни Лудони Псковской области, в поселках Мокроус и Алексеевка Саратовской области и др.

Именем пастыря названы благотворительные заведения, приюты, медицинские и учебные заведения, в том числе епархиальные Свято-Иоанновские богословско-педагогические курсы (Санкт-Петербург), православные гимназии в городах Оренбург, Бийск и Железнодорожный Московской области, школы при Макариевом Решемском монастыре, костромском Богоявленско-Анастасиином монастыре, Душепопечительский центр (Москва), Православное братство трезвости (Луцк, Украина) и др. В 2009 году на празднование 180-летия со дня рождения Иоанна Кронштадтского в Санкт-Петербург прибыло окло 350 представителей храмов, приходов, школ, различных учреждений, посвященных святому, из 93 епархий РПЦ, а также из США, Канады, Австралии, Европы. В 1999 году в восстановленной квартире Иоанна Кронштадтского в Кронштадте (ул. Посольская, д. 21, кв. 12) был открыт мемориальный музей, в Санкт-Петербурге и других городах регулярно проходят церковно-научные Свято-Иоанновские чтения. Именем Иоанна Кронштадтского названа одна из площадей Санкт-Петербурга, на которой находится посвященный ему храм. В июне 2000 г.ооду в селе Сура открыт Музей святого Иоанна Кронштадтского.

Сочинения

Наследие Иоанна Кронштадтского обширно и в настоящее время опубликовано не полностью, включает преимущественно гомилетические труды (проповеди, Слова, поучения) и дневниковые записи. В 1890-1894 годах было издано Полное собрание сочинений Иоанна Кронштадтского в 6 томах, в которое вошли «Катехизические беседы», Слова на Господские и Богородичные праздники, годичный цикл воскресных проповедей, поучения и речи на храмовые праздники кронштадтского Андреевского собора и в государственные торжественные дни, а также выдержки из дневника Иоанна Кронштадтского под названием «Моя жизнь во Христе». Издание было рекомендовано Святейшим Синодом для библиотек, церковноприходских школ и законоучителей (ЦВед. 1894. № 8. С. 81); уже в 1893-1894 годах было осуществлено 2-е издание. В 1897-1903 годах опубликовано 2-е собрание сочинений, названное издателями полным, хотя в него были включены только Слова и речи за 1896-1902 год. В 1912 году было начато 3-е издание Полного собрания сочинений, однако напечатан только 1-й том. В 1993-1994 годах переиздано Полное собрание сочинений Иоанна Кронштадтского (репринт, в 6-й том включены «Мысли о Церкви и православном богослужении», издан в 1905 году), а в 2006 году вышло собрание сочинений (перенабор), которое объединило собрания 1890-1894 и 1897-1903 годов.

Особую известность приобрела книга «Моя жизнь во Христе», только при жизни Иоанна Кронштадтского выдержавшая 8 изданий. Из ее текста составлялись тематические подборки, например 12 выпусков «Извлечений»: «О Святой Троице», «О храме Божием…», «О вере и надежде христианской», «О любви к ближним» и т.п В 1894 году вышел 6-й том сочинений под названием «Моя жизнь во Христе», который включал новую подборку дневниковых записей «Мысли о богослужении православной Церкви». В том же году было издано «Продолжение» 6-го тома - «Мысли о Церкви и православном богослужении». Иоанн Кронштадтский публиковал выдержки из своих дневников вплоть до смерти. Книга «Правда о Боге, мире и человеке» (1900 год) составлена из дневников за 1894-1899 годы; на ее основании создано 6 выпусков брошюр «Об иконопочитании…», «О таинстве Покаяния…», «О причащении Святых Таин», «О почитании и призывании святых в молитвах», «О молитвенном поминовении живых и усопших», «О Пресвятой Богородице». В книге «Благодатные мысли о небесном и земном» (1901 год) вошли дневники за 1895 год. В 1902 году «Общество распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви» издало «Христианскую философию» - извлечения из дневников Иоанна Кронштадтского за 1897-1899 годы, расположенные по плану, который был выработан под непосредственным руководством Иоанна Кронштадтского. Дневники за 1902 год опубликованы частично в книге «Жизнь в недрах Церкви» (1903 год). В 1905 году то же общество издало дневники Иоанна Кронштадтского под общим заглавием «Моя жизнь во Христе» в 4 томах: первые 2 тома были взяты из 1-го издания Полного собрания сочинений, в 3-й том вошли дополненные «Мысли о Церкви и православном богослужении», 4-й том под названием «Путь к Богу» включал части «Христианской философии», «Жизни в недрах Церкви» и др. изданий.

Дневники за 1905-1906 годы опубликованы под заглавием «Слово мудрости духовной» (1908 год) и «Горе сердца» (1908 год). В год смерти Иоанна мого вышла книга «Созерцательное подвижничество», включившая выдержки из дневников за 1906-1907 годы. Наконец, в 1909 годы издан последний подготовленный при жизни Иоанна Кронштадтского сборник дневниковых записей за 1907-1908 годы. «Живой колос с духовной нивы отца Иоанна Кронштадтского». При жизни Иоанна Кронштадтского была опубликована лишь малая часть его дневников; тетради за 1856-1884, 1890-1892, 1894, 1897-1898 годы хранятся в ГАРФ (Ф. 1067), а последняя тетрадь за 2-ю половину 1908 года - в РГИА (Ф. 2219). С начала 90-х годов XX века ведется работа по расшифровке и изданию архива Иоанна Кронштадтского. Издательство Валаамского монастыря в 1997 году опубликовало предсмертный дневник Иоанна Кронштадтского. В 1998 году издательство «Отчий дом» по благословению Святейшего Патриарха Алексия II приступило к подготовке издания полного корпуса дневников Иоанна Кронштадтского. 1-й том вышел в 2001 году. С 2005 года параллельное издание осуществляет фонд «Память мучеников и исповедников Русской Православной Церкви» (издательство «Булат»).

Отдельными выпусками при жизни Иоанна Кронштадтского издавались его проповеди, не вошедшие в собрания сочинений, такие как «Против графа Л.Н. Толстого, других еретиков и сектантов нашего времени и раскольников» (1902 год), «О душепагубном еретичестве графа Л.Н. Толстого» (1905 год), «Новые грозные слова отца Иоанна (Кронштадтского) «О страшном суде Божием, поистине грядущем и приближающемся»: 1906-1907 годы» (1907 год) и др., а также тематические подборки его Слов: «Поучения и слова в Неделю святой отец» (1890 год), «Поучения и слова в Неделю Фомину» (1890 год) и др. При жизни Иоанна Кронштадтского была напечатана его кандидатская диссертация «О кресте Христовом в обличение мнимых старообрядцев» (1897 год).

Богословские воззрения

В то время как жизни и практической деятельности Иоанна Кронштадтского посвящено множество работ (более 1200 библиографических единиц), его богословские воззрения исследованы недостаточно; это касается прежде всего дневников Иоанна Кронштадтского, в которых преимущественно выразилось его опытное богословие. Дневник Иоанн Кронштадтский вел большую часть жизни и поверял ему самые сокровенные мысли и переживания. В качестве предисловия к изданию выдержек из дневника он писал: «Все содержащееся в нем есть не иное что, как благодатное озарение души, которого я удостоился от Всепросвещающего Духа Божия в минуты глубокого к себе внимания и самоиспытания, особенно во время молитвы» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. Предисловие (здесь и далее цит. по изд.: Моя жизнь во Христе, или Минуты духовного трезвения и созерцания, благоговейного чувства, душевного исправления и покоя в Боге: Извлечение из дневника // ПСС. 2-е изд., испр. автором. СПб., 1893-1894, 1994р. Т. 4-5)). В дневниках Иоанна Кронштадтского содержатся его размышления о Боге, о Церкви, о почитании Божией Матери и святых, о домостроительстве спасения рода человеческого, о церковных таинствах и др. Эти размышления проникнуты живой верой, записаны восторженным, поэтичным языком, который по форме нередко приближается к языку богослужебных гимнов. В высказываниях на вероучительные темы Иоанн Кронштадтский не выходил за рамки современной ему русской богословской науки, однако, как боговидец, он живо, многогранно и во многом ново излагал основы православной веры. На рубеже XIX и XX веков пример опытного богопознания для многих современников Иоанн Кронштадтский явился настоящим откровением. По высказыванию протоиерея Михаила Помазанского, ценность богословия Иоанна Кронштадтского «в том, что его личная жизнь оправдала, доказала, осуществила его веру» (Помазанский. 1958. С. 83).

Будучи выпускником ДА, Иоанн Кронштадтский сохранил на всю жизнь глубокое уважение к богословской науке и всегда оставался признательным академии за полученные в ней знания, благодаря которым, по его словам, в нем «развилось и окрепло религиозное чувство, которое было вселено еще благочестивыми родителями» (Слово в день памяти преподобного отца нашего Иоанна Рыльского, 19 октября 1899 года // Св. прав. о. Иоанн Кронштадтский: Восп. самовидцев. М., 2004. С. 25; см. также: Посещение Московской духовной академии отцом Иоанном Кронштадтским. М., 1895. С. 26-27). Ко времени его обучения русская богословская школа уже вполне состоялась как школа. Символично, что в те годы, когда Иоанн Кронштадтский учился в СПбДА, ректором и преподавателем в ней был митрополит Макарий (Булгаков), создатель классической системы догматического богословия. Жизнеописания Иоанна Кронштадтского не сообщают о его духовных наставниках ни во время обучения, ни после. Воспитанный малообразованными родителями в простоте народной веры, Иоанн Кронштадтский видел причину своего духовного развития единственно в причастности к Церкви. По его убеждению, именно жизнь в Церкви развила в нем дары, которыми он обладал; как заметил митрополит Вениамин (Федченков), его «воспитала Церковь» (Вениамин (Федченков). 2005. С. 27, 241). В годы академической учебы Иоанн Кронштадтский активно изучал святоотеческое наследие. Из древних отцов он более всего любил святого Иоанна Златоуста, который стал для него «духовным руководителем, наставником - как бы «старцем» на всю последующую идеологию и деятельность» (Там же. С. 68); из русских - святого Филарета (Дроздова), которого называл «русским Златоустом» (Там же. С. 924) и глубоко почитал. После написания и защиты вполне школьной кандидатской диссертации «О кресте Христовом...» одним из первых самостоятельных сочинений Иоанна Кронштадтского стали «Катехизические беседы», читанные им в Кронштадте. Их план следует Догматике митрополита Макария с нек-рым необходимым для катехизиса упрощением: троический догмат, учение о Боге Творце, затем о Боге Промыслителе, с последующим рассмотрением искупления как «чрезвычайного» или частного Промысла Божия о человеке; имеются и текстуальные совпадения (ср., напр.: Макарий (Булгаков), митр. Православно-догматическое богословие: В 2 т. СПб., 1868. Т. 1. С. 350 и Катехизические беседы. 1993. С. 22). Однако уже в этот, ранний, период творчества Иоанна Кронштадтского воспринимал систему догматического богословия, подчас схоластичную, живо, вне отрыва от церковного Предания и жизни в Церкви. В изложении вероучительных истин для Иоанна Кронштадтского характерно стремление связать их с опытом внутренней жизни. Иоанн Кронштадтский говорил, что всегда исполнял «древнее великое правило: познай самого себя», посредством чего ему открылись не только немощи человеческой природы, но и «главные свойства Божии»: «Я на себе познаю, я испытал, насколько Господь наш милосерд, долготерпелив, всемогущ, в помощи нам скоропослушлив» (Беседа с пастырями в Сарапуле. 2005. С. 246). Этот принцип положен и в основу последней крупной работы Иоанна Кронштадтского «Христианская философия» (1902 год). 1-я глава рассматривает «богодарованную красоту» человека, описание которой почерпнуто из живого созерцания: «Благодарю Тебя, Господи, верховный, премудрый, велелепотный, прекраснейший, всемогущий Творче и Художниче всех тварей, создавший всех и все с изумительным великолепием и восхитительною красотою, и особенно венец земных тварей - человека и наипаче созданную от ребра… Но даруй нам благодать смотреть чисто, неблазненно, безгрешно на все дела Твои и на прекраснейшее дело рук Твоих - человека…» (Христианская философия. 2004. С. 17). Из осознания затруднительности «неблазненного» отношения людей к творению Божию Иоанн Кронштадтский делает вывод о поврежденности человеческой природы, о чем повествует 2-я глава. 3-я глава возводит читателя от человека к спасающему Богу. Обычный порядок изложения сотериологии в ней смещен, на 1-е место поставлено личное переживание христианином факта искупления: «…мне, грешнику, необходимы всякий день и час заслуги моего Спасителя… И я прибегаю к Нему, моему Искупителю, непрестанно, каждый день и час, и получаю богатство щедрот Его…» (Там же. С. 82). От искупления в работе протягиваются нити и к предвечному Промыслу, и к будущему Суду и Царству.

О Боге

В Священном Писании, учит Иоанн Кронштадтский, «мы видим лицем к лицу Бога и - себя, каковы - мы» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 3). Подобно книге говорит о Творце и природа: «...везде и во всем жизнь и премудрость, во всем видишь выражение мысли, как в целом, так и во всех частях. Это - настоящая книга, на которой можно, хоть и не так ясно, как из откровения, учиться богопознанию» (Там же. С. 60). Иоанн Кронштадтский любил природу, в его дневниках содержится много записей, где он восхищается совершенством сотворенного мира. По мысли Иоанна Кронштадтского, все в природе свидетельствует о премудрости и благости Создателя: «Невольно возбуждаешься к славословию, когда в удивлении видишь бесконечное разнообразие сотворенного на земле, в царстве животном, царстве растительном и минеральном. Какое мудрое устройство во всем - в великом и малом! Невольно славословишь и говоришь: «чудны дела Твоя, Господи, вся премудростию сотворил еси» [Пс 103. 24 слав.]; слава Ти, Господи, сотворившему вся» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 142). Бога человек может познать также из опыта собственной духовной жизни. Прежде всего опыт внимания к себе свидетельствует о том, что Бог - это единственный источник жизни и блага, «все, что составляет истинную жизнь, покой и радость души - от Бога! Опыт»,- пишет Иоанн Кронштадтский (Там же. С. 13). Цитируя слова из книги Деяния святых апостолов: «...мы Им живем и движемся и существуем» (Деян 17. 28), он поясняет: «Бог есть бытие и жизнь всего существующего. Потому Он и называется Сый, как бы единственное бытие, первое, несозданное бытие, или как Глава, от Которой всякое бытие» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 330). К этому источнику должен припадать человек и не прилепляться сердцем ни к чему тварному (Там же. Т. 4. С. 328). Истинно верующему человеку открывается особое видение мироздания: «...всякое вещество земное и всех видимых миров как бы исчезает, нет для него и одной мысленной линии пространства без Бога; везде он созерцает единое, бесконечное Существо - Бога. Он представляет, что с каждым вдыханием воздуха он дышит Богом; Господь для него везде и все, а тварей как бы не существовало, и сам он охотно исчезает мысленно, чтобы дать и в себе место Единому Сущему Богу, вся в нем действующему» (Там же. С. 159). По учению Иоанна Кронштадтского, самопознание открывает такие свойства Бога, как премудрость, правосудие, всеведение (Там же. С. 14), вездеприсутствие (Там же. С. 131), всемогущество (Там же. С. 37). «Размышляй чаще,- пишет он,- чья мудрость проявилась в устройстве твоего тела и постоянно поддерживает его в бытии и отправлениях? - Кто предписал законы твоей мысли, и она доселе следует им у всех людей? Кто начертал на сердцах всех людей закон совести, и она доселе у всех людей добро награждает, а зло наказывает? - Боже всемогущий, премудрый и всеблагой! ...Зачем мне ходить далеко - искать следов Твоей благости, Твоей премудрости и Твоего всемогущества? Ах! следы эти так явственно видны во мне. Я - чудо Божией благости, премудрости и всемогущества» (Там же. Т. 5. С. 300-301). Большое значение Иоанн Кронштадтский придавал «простоте» Бога. Бог - «простое Существо», в Нем нет никакой сложности, никакого внутреннего противоречия, Он весь «чистейшая святыня, чистейшее добро и правда» (Там же. Т. 4. С. 305), и все, что относится к Нему, непременно просто (см., напр.: Там же. С. 393). Именно как простое существо Бог вездесущ, все проникает, все наполняет (Там же. С. 306). По образу Бога и душа человека проста, в силу этого она, согрешив, может вдруг вся обратиться ко злу и стать «беспокойна, мрачна, тяжела» (Там же. Т. 5. С. 220). Чтобы уподобиться Богу, человек должен уподобиться Его простоте, то есть «стяжать совершенную простоту добра, святости и любви» во всех своих проявлениях: делах, помышлениях, чувствах, словах - то естт стать нелицемерным, прямодушным, искренним в отношении всех людей, честным и т.п. (Там же. Т. 4. С. 305-306). «Старайся дойти до младенческой простоты в обращении с людьми и в молитве к Богу. Простота - величайшее благо и достоинство человека. Бог совершенно прост, потому что совершенно духовен, совершенно благ. И твоя душа пусть не двоится на добро и зло» (Там же. Т. 5. С. 301).

Бог - трисиятельная любовь (Там же. С. 314), «Троичность, чуждая всякой сложности. Единое существо, Единый Бог» (Творения: Дневник. М., 2003. Т. 2: 1859-1860. С. 701). Свойственное Богу свойственно всем трем Ипостасям: «Веселюсь и восхищаюсь бесконечным совершенством Божества; веселюсь и восхищаюсь, что Божество в трех Лицах и каждое Лице самоипостасно и есть Бог всесовершенный - един в трех: - что всемогущ Отец, всемогущ Сын, всемогущ и Дух Святый; вездесущ Отец, также Сын и также Дух Святый; жизнь Отец, жизнь Сын, жизнь и Дух Святый; любовь Отец, любовь Сын, любовь и Дух Святый» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 347-348). Учение о Боге Троице - это стержень всего христианства, самое важное и возвышенное его учение. Христианство, названное по имени Спасителя, немыслимо без исповедания Троицы, поскольку Христос, Сын Божий, открывает верующим в Него Отца и Святого Духа (1 Ин 2. 23; Лк 4. 18). Являть взыскующим Троицу - это особое, свойственное Второй Ипостаси Святой Троицы, дело. «Слава Тебе, Сыне Божий,- восклицает Иоанн Кронштадтский,- открывай нам таинство Пресвятыя Троицы - Отца, Сына и Святого Духа!» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 110). Подобно тому как слово человека открывает, «что есть на уме и на сердце человека... так несколько подобно Слово Божие являет нам Отца,- этот великий, всесотворивший Ум, и чрез Слово же вечно исходит и является людям от Отца Дух Святый Животворящий, Который есть сила Вышняго... Видишь? Только Сын открывает людям Отца, как наше слово - сокровенную в душе мысль нашу. Вот какое теснейшее единение между Отцом и Сыном!» (Там же. С. 109-110). Христиане должны стремиться к познанию Пресвятой Троицы, поскольку это познание «есть жизнь вечная для разумных тварей» (Катехизические беседы. 1993. С. 2). Однако «троичность Лиц Божества есть величайшая тайна», перед которой человеческий разум должен смириться и призвать себе на помощь веру: «Смиренная простота веры необходима каждому из нас» (Там же. С. 3). Верующий во Христа непременно верует и в Пресвятую Троицу. Эта вера должна наполнять жизнь христиан, пронизывать все их существо, питать ум и сердце. «Троица Святая - жизнь... отвергни сердцем Отца - отвергнешь жизнь твоего сердца; отвергни Сына - отвергнешь жизнь свою; отвергни Духа Святого - отвергнешь жизнь свою... и отзовется твое сомнение смертью в твоем сердце, скорбью, теснотою мучительною, а Бог останется Богом жизни в трех Лицах» (Там же. С. 111). Без исповедания Пресвятой Троицы не было бы ни Церкви, ни таинств. Такие слова, как «Страшный Суд», «воскресение мертвых», «воздаяние», обретают подлинный смысл только тогда, «когда мы веруем в Бога Отца, Который есть предвечная Любовь и Правда; - в Бога Сына, как Искупителя человеков, и - в Бога Духа Святого, как Освятителя и Утешителя верующих» (Там же. С. 3). Церковь побуждает своих чад постоянно молиться, славословить и благодарить Пресвятую Троицу, для чего за каждым богослужением многократно призывает и прославляет Ее. В дневниках Иоанн Кронштадтский неоднократно славословит Святую Троицу: «О Троице, Боже наш! простое Существо, создавший и душу нашу по образу Твоему, да в Тебе жизнь и мир свой имеем! О Троице, Питательница и Надежда наша! Даждь нам в Тебе единой всегда надежду свою полагать, в Тебе единой жизнь и покой обретать» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 381). Бог Троица ближе к человеку, чем тот может помыслить: «Дух Святый, Сын Божий Иисус Христос и Вина и Источник Их, Бог Отец, так близки к нам, как ничто в мире; Они над нами, в нас и чрез всех нас, особенно во время божественной литургии» (Мысли о Церкви. 1994. С. 134 (здесь и далее цит. по изд.: Мысли о Церкви и православном богослужении. СПб., 1905. Т. 1-4; То же // ПСС. СПб., 1993-1994р. Т. 6)). Поэтому Иоанн Кронштадтский советует: «Когда молишься Отцу и Сыну и Святому Духу - в Троице единому Богу,- не ищи Его вне себя, но созерцай Его в себе, как в тебе живущего, совершенно тебя проникающего и знающего» (Там же. С. 253).

Почитание Бога Троицы должно подвигать верующих к взаимному единению «мыслями, желаниями и добрыми делами» (Катехизические беседы. 1993. С. 9). Всякий, кто называет Бога Отцом, должен относиться ко всем людям как к братьям, детям Божиим. В Царстве Божием праведники соединятся «совершеннейшим единством мыслей, чувств и стремлений для славы Божией и собственного блаженства» (Там же. С. 10). «Как Троица - Бог наш Едино Существо, хотя и три Лица, так должны быть и мы - едино. Как прост Бог наш, так должны быть и мы просты, так просты, как бы все мы были один человек, один ум, одна воля, одно сердце, одна доброта без малейшей примеси злобы,- словом, одна чистая любовь, как Бог есть Любовь.- «Да будут едино, якоже Мы едино есмы» [Ин 17. 22 слав.]» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 130). К этому единению готовит христиан Церковь уже здесь, на земле, «единством веры, надежды и любви» (Катехизические беседы. 1993. С. 10).

О спасении

о грехопадения первых людей Господь Бог «всегда был с ними; имел обитель в их сердцах; любил их и подавал им неизреченный мир и радость» (Там же. С. 112). Поддерживать союз с Богом они должны были через повиновение Творцу. Единственная заповедь, данная человеку, подчеркивает Иоанн Кронштадтский, «должна была укрепить его волю в согласовании ея с волею Божией так, чтобы воля Божия была одно с волею человеческою, как воля одного Лица в Троице была совершенно тождественною с волею второго и третьяго Лица» (Мысли о Церкви. 1994. С. 53). Но Адам и Ева не исполнили заповеди Божией, «не исполнили послушания, данного им Творцем, и, возмечтав быть больше, чем сколько они были, оказались гордыми, самолюбивыми и неверными» (Катехизические беседы. 1993. С. 112). Согрешив, они удалились от Бога, и Он удалился от них. Поскольку «оброки греха - смерть», то люди подверглись смерти телесной и душевной, греховному рабству (Мысли о Церкви. 1994. С. 53); через это их природа стала доступна диаволу - всякому злу (Там же. С. 60). Без Бога в их душе водворились беспорядок, смятение, скорбь, они почувствовали тесноту душевную, поскольку, как отмечает Иоанн Кронштадтский, «по закону Божией правды, «скорбь и теснота на всяку душу человека, творящего злое» [Рим 2. 9 слав.]» (Катехизические беседы. 1993. С. 113). Говоря о «правде Божией», Иоанн Кронштадтский в то же время указывает, что «Господь любя нас наказывает» (Там же. С. 125), употребляя тяжкие наказания в качестве лекарства. У Иоанна Кронштадтского свойства правосудия и милосердия Бога уравновешены: он созерцает Бога как справедливого, строгого судью и в то же время как любящего Отца. Так, например, размышляя о проведенной 1-й седмице Великого поста, Иоанн Кронштадтский пишет о народном покаянии как о приготовлении «примириться с разгневанным Богом» (Мысли о Церкви. 1994. С. 73); однако вслед за этим восклицает: «Боже мой, какая необъятная любовь, какое благоволение! Какое полное дарование! Всего Себя отдал мне в пищу и питие со всеми вечными и безконечными благами!» (Там же. С. 74).

Вследствие греха в человеке дезориентировались силы души, что стало источником постоянного душевного беспокойства, появились болезни, страдания и смерть. Человек стал ощущать вредные действия стихий на себе, животные вышли из подчинения ему. «Но что всего ужаснее, диавол, который утешается страданиями человека, возъимел над ними власть» (Катехизические беседы. 1993. С. 113). Состояние первых людей после греха естественным образом распространилось на их потомство, ибо «каково дерево, таковы и плоды» (Там же. С. 113); т. о., все человечество несет на себе печать греха. «Греховное состояние нашей природы, с которым и в котором мы рождаемся, называется первородным грехом, а все худыя последствия его для людей - следствиями первородного греха» (Там же. С. 114). Достойным слез, по выражению Иоанна Кронштадтского, следствием греха стало то, что «плоть человеческая возобладала над душой» (Там же), то есть исказилась иерархия естества человеческого. «…Душа - Божественное дыхание - вместо того чтобы господствовать над плотью, сама стала жить сообразно с греховными влечениями плоти» (Там же). При этом в душе остались, хоть и слабо выраженные, первоначальное ведение о Боге и желание соединиться с Ним. Таким образом, в падшем человеке присутствуют как бы 2 активных начала - доброе и злое, и всякий человек «в продолжение всей жизни… должен терпеть неизбежную борьбу между плотию и духом» (Там же. С. 115). Иоанн Кронштадтский описывает это противостояние как непрекращающийся процесс, ежеминутно ставящий человека перед нравственным выбором, от которого зависит конечная участь человека: «…плоть хочет гордиться, величаться, а дух, напротив, хочет смиряться; плоть хочет гневаться, злобиться, ссориться, мстить делом или словом, а дух этого не хочет; напротив - все хочет с кротостию прощать… плоть бежит от молитвы или собеседования с Богом, а дух только и хочет жить молитвою; плоть силится истребить веру во все небесное и жить только земным, а дух все свое наслаждение полагает в созерцании небеснаго, невидимаго» (Там же. С. 115-116). Внутреннее зло, присутствие к-рого каждый человек ощущает в себе, невозможно объяснить только поврежденностью природы, это также действие духов злобы поднебесной, существованием которых многое объясняется «в судьбах и жизни человечества» (Там же. С. 39). По словам Иоанна Кронштадтского, «на бытии злых духов основывается самое таинство искупления нашего Сыном Божиим, потому что Он пришел «разрушить дела диавола» [1 Ин 3. 8]» (Катехизические беседы. 1993. С. 40). Время пришествия в мир Сына Человеческого было обусловлено тем, что крайнего предела достигло мучительство диавола (Там же. С. 130). Тема противоборства диавола с Христом в сердце человека является одной из сквозных в богословском наследии Иоанна Кронштадтского. Мировосприятие Иоанна Кронштадтского антиномично: во всем он видит борьбу света и тьмы, добра и зла, в конечном счете - Бога и диавола. «Мы замечаем в себе борьбу веры с неверием, доброй силы со злою, а в свете - духа церковности с духом мира…- пишет он.- Знаете, отчего это? - от борьбы двух противоположных сил: силы Божией и силы диавольской» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 89). Царство диавола может быть «внутрь нас», подобно царству Христа (Мысли о Церкви. 1994. С. 234). Есть люди, которые облекаются в диавола так же, как другие - во Христа. Вкушением запрещенного плода в человека вселяется диавол, так же как вкушением Тела и Крови Христа - Христос (Там же. С. 257). Иоанн Кронштадтский считал, что нужно дополнить определение Катехизиса святого Филарета об избавлении нас Сыном Божиим «от греха, проклятия и смерти» (Филарет (Дроздов), святой Пространный христианский катехизис Православной кафолической восточной Церкви. М., 2006. С. 52) словами «от диавола» (Мысли о Церкви. 1994. С. 172).

Вскрывая противоречия человеческой природы, «эту застарелую болезнь человеческого рода», и указывая, что человек сам не в состоянии справиться с «мысленным Голиафом» (Христианская философия. 2004 С. 84), Иоанн Кронштадтский говорит о необходимости божественной помощи человечеству. «Чтобы одолеть жало смерти, уязвившее род человеческий, и истребить проклятие за грех, надо было Самому Сыну Божию воплотиться и быть человеком и исполнить всю правду Божию…» (Мысли о Церкви. 1994. С. 61-62). Иоанн Кронштадтский находился в стороне от богословских дискуссий о догмате искупления, набиравших силу при его жизни, и оставался верным и терминологически и доктринально так называемой юридической теории искупления. Иоанн Кронштадтский исповедовал необходимость искупительных заслуг Сына Божия, воспринявшего в Голгофской Жертве всю полноту гнева Божия на согрешившее человечество. «Чтобы спасти человека, нужно было удовлетворить правде Божией за грех человека, но ни один человек не только за других, но и за себя не может дать «измены» (т. е. выкупа) и «цену избавления души своея» [Пс 48. 8 слав.], а удовлетворение безконечной правде Божией, безконечно оскорбленной грехом непослушания человеческого, долженствовало быть тоже безконечное» (Катехизические беседы. 1993. С. 143-144; ср.: Поучение в Великий пяток // ПСС. СПб., 1993-1994р. Т. 2. С. 156-157; Поучение пред святою плащаницею // ПСС. СПб., 1993-1994р. Т. 2. С. 161; и др.). По этой причине в жертву за грех принес Себя Сын Божий. Отец Небесный делом доказал свою любовь и бесконечную премудрость, послав в мир на страдания и смерть Своего Единородного Сына ради спасения людей (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 99-100). «Через воплощение, страдания и смерть вочеловечившагося Сына Божия принесено удовлетворение правде Божией за грехи человеков; а через Его спасительное учение или заповеди, через Его жизнь, через Его животворящее тело и кровь и другие таинства обновлена, возсоздана, и возсозидается человеческая природа» (Катехизические беседы. 1993. С. 144). Учению о спасении, унаследованному Иоанном Кронштадтским от богословской школы середины XIX века, он находил подтверждение в опыте евхаристического служения. Литургия, по словам Иоанна Кронштадтского, «есть, так сказать, непрестанное заколение Божия Агнца… непрестанно продолжающаяся и до конца мира продолжаться имеющая жертва Богочеловека Христа Богу Отцу Своему за нас грешных» (Мысли о Церкви. 1994. С. 135-136). «Когда я,- писал он,- произношу слова: «Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся» - я представляю торжественность и величие данной минуты, когда архиерей или священник, стоя лицем к лицу с вечною, совершенною, неизменною правдою Отца Небеснаго, карающего грех, приносит от лица всех и за всех единую, безмерную, всеправедную, умилостивительную Жертву Христа, Сына Божия, единую могущую преклонить на милость Бога Отца, искупить весь мир от праведнаго проклятия и исходатайствовать всем верующим прощение грехов и благословение, а усопшим в вере и надежде воскресения и жизни вечныя - оставление согрешений и покой со святыми» (Там же. С. 171).

О Церкви

«Церковь есть видимый союз Бога с человеками, царство Божие на земле» - так начинает свои «Мысли о Церкви и православном богослужении» Иоанн Кронштадтский (Там же. С. 3). Он определяет Церковь как «общество верующих в Господа, соединенных в одно тело Главою Христом и одушевляемых одним Духом Божиим» (Там же. С. 13), общество спасаемых во Христе (Слово в день Святыя Троицы // ПСС. СПб., 1993-1994р. Т. 1. С. 389), которых Бог соединяет со Своим Божеством (Мысли о Церкви. 1994. С. 65). «Господь основал на земле Церковь Свою, которой вручил небесное, спасительное учение, Свои спасительные таинства, дал Своих учителей и пастырей, которым вверил руководство к небу искупленнаго человечества» (Слово в день Рождества Христова // ПСС. СПб., 1993-1994р. Т. 1. С. 275). Церковь указывает верный путь к спасению и хранит неповрежденным учение Христово, отвергает ереси, сохраняет таинства, взращивает святых. Церковь - это и «духовное ополчение Христово» против диавола, и духовная врачебница, где врачуется язва греха, это общая купель очищения, возрождения, освящения, это святилище Божие, духовное солнце в мире (Мысли о Церкви. 1994. С. 41-42). В Церкви созерцается Бог в Своих неописуемых совершенствах («средоточие святыни, правды Божией, премудрости, силы, мира Божия, истинной свободы» - Там же. С. 17), и здесь же находится средоточие духовной жизни людей. Церковь, по выражению Иоанна Кронштадтского, подлинное царство чудес Божиих (Там же. С. 16). Церковь основана Спасителем, от Него приемлет божественную силу для совершения своего служения (Там же. С. 243), поэтому она больше, чем сообщество единомышленников, она есть «здание не человеческое, а Божие» (Там же. С. 129). Всё в Церкви установлено с соизволения ее Основателя и Главы - «Господа Иисуса Христа и Кормчего ее - Духа Святого» (Там же. С. 17); по выражению Иоанна Кронштадтского, Церковь «имеет ум Христов». В силу этого «все ее молитвы, возгласы, песнопения, уставы, обряды и прочее имеют особенно высокое, достойно уважаемое значение и силу» (Там же. С. 37).

Из свойств Церкви особое значение Иоанн Кронштадтский придавал единству. Единство Церкви, по Иоанну Кронштадтскому, означает объединение, с одной стороны, Первообраза и образа, то есть Бога и рода человеческого (Там же. С. 175), с другой - небесных, земных и преисподних, то есть живых и усопших христиан, как достигших святости, так и нуждающихся в молитвенной помощи (Там же. С. 178). Объединяющим началом Церкви является Сам Бог. Подобно тому как Христос - Глава церковного Тела, его душа - Святой Дух. Единство Церкви - это образ единства Пресвятой Троицы (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 130). Единение с Церковью - жизнь, разрыв с Ней - смерть - такова логика многих высказываний Иоанна Кронштадтского. Бог влечет всех людей к единению с Собой и друг с другом, а диавол, зная спасительность этого союза, всеми силами стремится его расторгнуть через влечение человека к греху и плотским страстям (Мысли о Церкви. 1994. С. 51). По этой причине Иоанн Кронштадтский называет единство, достигаемое в Церкви, «великой задачей христианства» (Там же. С. 30). Опыт единения с Церковью, по словам Иоанна Кронштадтского, открывается в богослужении; осознание этого единства важно для каждого молящегося. По признанию Иоанна Кронштадтского, «живое убеждение, что я член Церкви, что в этом живом Теле - постоянное взаимодействие членов одних другим, совершенных - слабым, сильных - немощным, при жизни и по смерти, по ту сторону гроба,- служит для меня величайшим утешением, ободрением, подкреплением в скорбные часы жизни» (Там же. С. 6-7). Человек должен дорожить честью быть членом Христова Тела. Чувство единения с Богом, с Его Матерью, с ангелами и со всеми святыми сохраняет человека от греха. Большое значение Иоанн Кронштадтский придает «церковности», неоднократно призывает впитывать в себя дух церковный, дух покаяния, богомыслия, дух любви, кротости, смирения и т.д. Впитывающий дух Церкви «присваивается» Богу и Его святым, поэтому после смерти сможет войти в Царство Небесное (Там же. С. 54-55).

Церковь освящает всего человека, всю его жизнь: «Святая Церковь - наша мать, ходатаица, питательница, просветительница, нежная попечительница, успокоительница, наша заступница и стена нерушимая, наше очищение, освящение... Она вместе и наш духовный воздух: ею дышат наши души,- ее живительным, здоровым, ободряющим воздухом» (Там же. С. 28-29). Церковь - самый ясный и совершенный источник самопознания (Там же. С. 101), только благодаря ей человек познает свое положение в мироздании, происхождение и предназначение, рождается к новой жизни во Христе, получает необходимую поддержку, очищение и, наконец, обожение. В Церкви сохраняется «все чудное домостроительство нашего спасения» (Там же. С. 4) благодаря освящающей силе «духа Христова», обитающего в ней. «Божественный план» спасения: избавление от рабства диаволу, возрождение благодатию таинства Крещения, усыновление Богу и дарование Св. Духа - совершается ежедневно в Церкви.

В Церковь, как в сокровищницу духовного опыта, Иоанн Кронштадтский советовал нести духовные радости и горести, ибо «никто сильнее и искреннее не поболит с тобою, как Церковь: ея лучшия чада испытали все то, что ты испытал…» (Там же. С. 15). Для Иоанна Кронштадтского пренебрежение Церковью - явление «странное, дикое», непостижимое для здравого рассудка (Там же. С. 5).

Вера в Церковь, по Иоанну Кронштадтскому, требует от человека напряжения всех жизненных сил души, только живущий Церковью и в Церкви истинно верует в нее. Иоанн Кронштадтский объяснял, что веровать в Церковь - значит каждого православного христианина признавать своим собратом, частью Тела Христова, за каждым человеком - будь то нищий или архиерей - видеть Самого Христа. Веру в Церковь нужно взращивать и укреплять молитвой, участием в таинствах. Невозможно верить в Церковь, если не верить в предстательство святых за людей, в рай и ад, в посмертное воздаяние, если не стремиться к спасению и не соблюдать церковных установлений (постов, праздников и т. п.). В целом, подытоживает Иоанн Кронштадтский, «если ты на земле живешь жизнию церковною, если стараешься жить жизнию небожителей, свято, в мире, то ты веруешь в Церковь» (Там же. С. 38-40).

В понимании Иоанна Кронштадтского формальное отнесение себя к православным христианам не означает еще принадлежности к Церкви. Пребывание в Церкви - это не данность, это непрекращающийся процесс. «…Нужно непрестанное покаяние, непрестанное к себе внимание в духе веры, непрестанная молитва, непрестанное исправление, непрестанное подвизание себя вперед, непрестанное совершенствование себя…» (Там же. С. 54). Не ведущий духовной жизни, по Иоанну Кронштадтскому, не христианин. Отделившиеся от Церкви люди или целые сообщества, как мертвые члены, теряют право на ходатайство святых, противлением своим навлекают на себя вечную погибель. Вне Церкви нет спасения, нет духа благодати (Там же. С. 8).

Ни одно исповедание христ. веры, кроме православного, не может привести христианина к совершенству христ. жизни, или святости, полагал Иоанн Кронштадтский, потому что неправославные исповедания «примешали суемудрие и ложь к истине и не обладают теми богодарованными средствами к очищению, освящению, возрождению, обновлению, коими обладает православная Церковь» (Там же. С. 14). «Кто не в Церкви, тот не со Христом, и общения с Богом ни здесь на земле, ни там на небе иметь не будет»,- заключает Иоанн Кронштадтский (Там же. С. 98).

О богослужении

На протяжении многих лет жизни Иоанн Кронштадтский ежедневно совершал литургию. В богослужении он черпал силы для активной пастырской деятельности: «Я угасаю, умираю духовно, когда не служу в храме целую неделю,- писал Иоанн Кронштадтский,- и возгораюсь, оживаю душою и сердцем, когда служу» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 173). Богослужение - сквозная тема его дневников; в его рассуждениях раскрывается основополагающее значение служения Богу в жизни праведника. Для Иоанна Кронштадтского церковная служба - это необходимое выражение покорности Творцу, благоговения перед Ним, воспоминание творения мира, спасительного домостроительства в истории обоих заветов, выражение благодарности Богу, акт теснейшего единения всей Церкви, приготовление и начало небесного равноангельного служения, подлинная, ощутимая встреча с Богом. «В Богослужении, как на хартии, изображены в лицах все судьбы человеческаго рода, от начала до конца; богослужение - альфа и омега судьбы мира и человеков»,- писал он (Мысли о Церкви. 1994. С. 111).

Церковное богослужение, по определению Иоанна Кронштадтского, - это взаимное служение Бога людям и людей - Богу: Бог дарует людям божественную силу, исцеляет и освящает Свое создание, подает мир и просвещение душам; люди же непрестанно взирают на Небесного Отца, прославляют Его чистой жизнью и славословием (Там же. С. 269). В этом служении люди соединяются самым тесным образом с Источником жизни, Подателем всех благ. Основанием органической связи Творца и творения является образ Божий, которым запечатлен человек. На этом основании зиждется таинство воплощения Сына Божия, на нем же «покоится богослужение», поскольку как образ Божий человек не просто творение Божие, он родной и близкий Богу (Там же. С. 183). Единение с Богом и служение Ему - органическая потребность человеческого естества, высшая потребность души, вместе с тем это и первейшая обязанность человека, «ибо Господь Сам служит ему, его спасению, дивным Своим смотрением, или промыслом, домостроительством» (Там же. С. 274). При совершении церковных священнодействий и обрядов Бог Сам «совершает Свои животворные силы в нас» (Там же. С. 233-234), но совершает обязательно через нечто чувственное - ради нашей телесности: Он Сам вселяется в хлеб и вино в Евхаристии, Сам разрешает кающихся; Он «привязывает Свое присутствие к храму, к образам, к кресту, к крестному знамению, к имени Своему, состоящему из членораздельных звуков, к святой воде, к освященным хлебам, пшенице, вину» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 296). Он, будучи Первообразом, говорит устами образа, посредством чего в богослужении восстанавливается связь между духовным и чувственным, между божественным и человеческим, между вечным и сиюминутным. Словесная и бескровная служба дарует верным истинное Тело и честную Кровь Христа в хлебе и вине. Погружаемый «с молитвою веры» в воду крест животворит ее, как если бы в нее погрузился Сам Господь (Там же. С. 261). Таким же образом произносящий с верой имя Господа в этом имени имеет «все существо Господа: в нем Его благость безконечная, премудрость безпредельная, свет неприступный, всемогущество, неизменяемость» (Там же. С. 129). Вместе с тем данная священнику власть, по учению Иоанна Кронштадтского, проявляется в том, что он выступает в роли «содетеля» Самому Богу в таинствах, и без него совершиться таинство не может. Например, Иоанн Кронштадтский объяснял, что претворение хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы совершается «тотчас по произнесении слов: «Сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего; а еже в чаши сей - честную Кровь Христа Твоего, преложив Духом Твоим Святым»,- после этих последних слов и благословения крестообразно рукою во мгновение хлеб и вино прелагаются в Тело и Кровь Христовы, но не прежде, ибо божественное всемогущество ожидает содействующего ему слова священника: «Богу бо есть споспешник» [ср.: 1 Кор 3. 9]» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 293-294).

По содержанию православное богослужение неисчерпаемо, в нем - все вероучение и вся церковная история (Мысли о Церкви. 1994. С. 135-136). Прежде всего любое богослужение посвящено Святой Троице, Творцу и Промыслителю мира. В канонах, стихирах, гимнах исповедуется вера во Христа, в Его воплощение, искупительную Жертву, воскресение (Там же. С. 224). Богослужение содержит источник знания о человеке, в нем выражается, «с одной стороны, все величие образа Божия в человеке, с другой стороны - все его растление греховное, все немощи его, сознание им этого растления и этой немощи» (Там же. С. 185). Все евангельское благовестие, весь многовековой духовный опыт верных сынов Церкви содержится в сокровищнице богослужения, вся христианская вера и упование запечатлены в богослужебных книгах и обрядах. Каждая часть богослужения обладает глубокой символикой и подает уму молящихся обильную пищу для богомыслия. Подобным образом и место духовной Трапезы - храм, его устройство и все принадлежности: престол, Евангелие, кресты, алтарная завеса, царские врата, кадило, фимиам, светильники, свечи и т.д.- говорит о присутствии Бога (Там же. С. 114, 116-117). Иоанн Кронштадтский восхищался атмосферой храма. Храм для него - это преддверие рая на земле, источник бессмертия (Там же. С. 118), в нем происходит величественное и поразительное зрелище того, как закалается Агнец Божий (Там же. С. 119). Во время литургии алтарь - само небо, а священник предстоит перед престолом Божиим, он же и Сионская горница, где священник присутствует на Тайной вечере и слышит голос Спасителя. Вместе с тем духом иерей предстоит на Голгофе кресту, на котором умирает Господь: «…где я стою и что слышу? ...У ног Его я стою в церкви Его…» (Там же. С. 121). Когда отверзаются царские врата, Иоанн Кронштадтский созерцает отверзающиеся врата неба: «Вижу на этих вратах божественнаго архангела, благовествующаго Пречистой Деве о чудесном зачатии и рождении; вижу четырех евангелистов Спасовых… как некогда святой Иоанн Богослов видел написанными на стенах таинственнаго града небеснаго двенадцать имен апостолов Агнца» (Там же). Вокруг врат стоят Сам Господь, Матерь Его, лики апостолов, иерархов, мучеников, преподобных, праотцов и патриархов - «Где я? я на небеси» (Там же. С. 123). Храм со всеми его принадлежностями и богослужением, по мысли Иоанна Кронштадтского, воплощение идеи о том, что Церковь - это Тело Христово (Там же. С. 124). «Храм - грань, соединяющая землю с небом» (Там же. С. 125).

Сердцем богослужебной жизни Церкви является Божественная литургия. Евхаристия в понимании Иоанна Кронштадтского - это «брак Агнца», на котором Он соединяется с душами верующих (Там же. С. 127), более того, это действо всей Святой Троицы (Там же. С. 133). Вместе со священником в служении принимают участие ангелы, святые, вся небесная торжествующая Церковь. Таким образом, литургия - это исполнение Церкви (Там же. С. 159), в ней весь правосл. род «приводится к единому знаменателю, то есть к единому Телу Христову и к единой Главе - Христу, а совершающие усердно, с глубокой верой и правдою в сердце эту Божию всемирную службу - действуют спасительно и подвизательно на всю кафолическую Церковь, на все три колена: небесное, земное и преисподнее» (Там же. С. 78).

На литургии ежедневно повторяется таинство Искупления рода человеческого (Там же. С. 154). В ней вершится «торжество Божественной правды и милости» (Там же. С. 97) и прославляется совершенное спасение всего мира и каждого члена Церкви в отдельности (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 177-178). Литургия представляет собой «сокращение всего Евангелия» (Мысли о Церкви. 1994. С. 167), в ней «наглядное изображение в лицах, различных вещах, словах и действиях рождения, жизни, учения, заповедей, чудес и пророчеств, страданий, распятия на кресте, смерти, воскресения и вознесения на небо Начальника нашей веры» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 195-196). Бог дарует через таинство Тела и Крови освящение и обожение, совершает «восставление» человека, обратное грехопадению. «Литургия - противовес и отпор для верных постоянному растлению, господствующему в мире» (Мысли о Церкви. 1994. С. 130), это новый акт творения. Литургия не только является временем торжества, она же - время борьбы (Там же. С. 97), когда одерживается победа над злыми духами в сердце человека, из к-рого благодать изгоняет всякую нечистоту (Там же. С. 134). О себе Иоанн Кронштадтский писал: «Вступая в служение Богу и облекаясь в оружия Божии (священныя одежды), я через то объявляю войну диаволу, врагу Божию…», с тем чтобы Сам Бог победил диавола (Там же. С. 165-166).

Совершение литургии имеет вселенское значение: жертва бескровная и молитвы приносятся Господу о всей вселенной; через совершение литургии Господь долготерпит всему миру и милует его, даруя ему изобилие плодов земных, успехи в науках, искусствах, в земледелии, в домашнем хозяйстве, милует не только людей, но и скот, служащий человеку (Там же. С. 159). Божественная литургия, по образному выражению Иоанна Кронштадтского, - это рычаг, к-рым можно подвигнуть все народы к Богу, «ибо Агнец объемлет весь мир, Агнец вземляй грехи мира, просвещаяй вся языки к познанию Его» (Там же. С. 160). Созерцая величие литургии, Иоанн Кронштадтский писал: «Дело Божие, совершаемое литургиею, превосходит своим величием все дела Божии, совершенные в мире, и самое сотворение мира», поскольку это в собственном смысле небесное служение, совершаемое на земле (Там же. С. 129), и вообще «нет ничего выше и более литургии - ни на небе, ни на земле» (Там же. С. 157).

Значимость таинства определяет высоту служения священника. По мнению Иоанна Кронштадтского, священническое служение созвучно апостольскому служению (см.: Киценко. 2006. С. 60). Параллель не случайна, апостолы - самые близкие люди ко Христу в Его земной жизни и благовестники спасения, принесенного Им на землю; так и священник в момент совершения литургии является посредником между Христом и молящимися. Апостольское призвание священника состоит в его служении миру, в радении о спасении паствы и всего мира. Священник не имеет права заботиться о спасении только своей души, только о своем совершенстве, для него это грешно. Иоанн Кронштадтский сравнивает священника с родителем, для которого благо дитя - самая первая забота (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 240-241). Ему прежде всего необходимо иметь любовь к людям (Мысли о Церкви. 1994. С. 161, 164). Священник - это молитвенник, ходатай перед Богом за людей, который, по мысли Иоанна Кронштадтского, «уполномочен» Богом для спасения пасомых. Для этого пастырю через таинство хиротонии подаются право и сила говорить и действовать от лица Бога, и если благодать священства живет в нем, «то она и в молчании действует через него, и в службах, и в словах, и даже - в одежде, в пище, в питье и т.п.» (Вениамин (Федченков). 2005. С. 761). Нося на себе образ Христов, священник имеет право ходатайствовать за паству перед Отцом Небесным, а поскольку абсолютное выражение ходатайство Христово обрело в Голгофской Жертве, то и евхаристическое служение, «как повторение Искупительной Жертвы, и есть высший вид этого ходатайства и предстательства пред Пресвятой Троицей Самого Сына Божия» (Там же. С. 84).

Напряженное переживание таинства Евхаристии, а также понимание сущности священнического служения, собственного призвания определили особенности богослужебной практики и манеры служения Иоанна Кронштадтского Сохранилось много рассказов очевидцев о его служении. Дерзновенная манера произносить возгласы, одушевленное чтение канона на утрене и более всего широко известные общие исповеди производили глубокое впечатление на современников. Иоанн Кронштадтский, будучи человеком строго консервативных взглядов, допускал то, на что не дерзали и самые смелые реформаторы литургической жизни, - расширение текста евхаристических молитв. Характерна содержательная сторона этих вставок: о Церкви, искуплении, таинстве Священства (см.: Мысли о Церкви. 1994. С. 168-172). Иоанн Кронштадтский делал вставки в священнические молитвы служебника: в просительные ектении; после прочтения Символа веры; в евхаристический канон; перед причащением. В своих молитвах Иоанн Кронштадтский просил Бога о нищих, о сирых, об убогих, о всех страдающих, о всех просивших его молитв, особенно молился за молодежь, об утверждении в вере соотечественников, о присоединении отпавших от Православия «христианских великих обществ», о невежественных людях, пребывающих в различных заблуждениях и расколах. Вершины молитвенное напряжение Иоанна Кронштадтского достигало на евхаристическом каноне; после освящения Святых Даров, переживая присутствие Божие, он прибавлял слова Священного Писания: «Бог явися во плоти...» (1 Тим 3. 16 слав.) и «Слово плоть бысть и вселися в ны...» (Ин 1. 14 слав.). Иоанн Кронштадтский вспоминал, как иногда после освящения Святых Даров он брал в руки дискос и чашу, одновременно или поочередно, подобно тому «как блудница держалась за ноги Господа Иисуса Христа», и молился о прощении своих грехов. «Дивно, как Господь приблизился к нам в св. Таинах, как снизшел к нашему оскверненному и растленному естеству» (Мысли о Церкви. 1994. С. 98).

Учение об имени Божием

для Иоанна Кронштадтского было следствием учения о слове вообще, в котором он был близок к святому Филарету (Дроздову). Сам факт запечатления образом Божиим праха земного при творении Адама, согласно Иоанну Кронштадтскому, подтверждает возможность присутствия нетварного в тварном. Особую черту образа Божия в человеке составляет дар слова - Сам Бог есть Слово,- поэтому слово, и Божественное, и человеческое, имеет существенную связь с бытием, реализуется в бытии. В тварном мире, по Иоанну Кронштадтскому, «всякому слову соответствует бытие» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 290), более того, «слово предшествует каждому существу, каждой вещи, как вина их бытия - прошедшаго, настоящаго или будущаго» (Там же. С. 260). Неотъемлемыми свойствами слова Иоанн Кронштадтский называл «силу» и «совершимость» (Там же. С. 290); он писал: «Помни, что в самом слове заключается и возможность дела; только веру твердую надо иметь в силу слова, в его творческую способность» (Там же. Т. 5. С. 134).

В слове человеческом Иоанн Кронштадтский видел черты сходства со Словом Божиим: воплощаемость и простоту. Всякое слово, по Иоанну Кронштадтскому, имеет «плоть» - звуки или буквы - и воплощается посредством произнесения или написания (Там же. С. 322-323). Как отмечает митрополит Иларион (Алфеев), по Иоанну Кронштадтскому, «внешняя оболочка имени, его материальная составляющая упразднится в Царствии Небесном, тогда как содержание имени сохранится, так же как упразднится материальное тело человека, но останется его душа» (Иларион (Алфеев) епископ Священная тайна Церкви: Введение в историю и проблематику имяславческих споров. СПб., 2002. Т. 1. С. 284). Подобным образом Иоанн Кронштадтский объяснял причину спасительности призывания имени Господа. Бог присутствует в любом Своем имени: «Он весь в принадлежащих Ему именах: Отец, Сын и Святый Дух, или - Троица, или Господь, Господи Боже; Господь Саваоф; Господи Иисусе Христе, Сыне Божий; Душе Святый; Царю Небесный, Утешителю, Душе истины» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 131). За многообразием имен Божиих для Иоанна Кронштадтского стоит единое таинственное «имя чудно» (ср.: Суд 13. 18), которое многообразно «воплощается» в словесную «плоть» произнесением или написанием его (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 5. С. 322-323). Эти «воплощения» имени Божия Иоанн Кронштадтский причисляет к тем «знамениям», посредством которых Господь действует в Церкви (Там же. С. 296).

Важным свойством слова Иоанн Кронштадтский называл «простоту». В качестве примера он брал имя человека: каждый человек осознает себя единым целым (состоящим из души и тела) в своем имени, в одном слове и поэтому, в частности, откликается на имя. «Имя человека просто», это означает, что под ним скрывается все «богатство и глубина духа человеческого… множество делимых частей вещества» (Там же. С. 310). Имея в виду также, что по образу простоты Бога и душа человеческая проста, Иоанн Кронштадтский утверждает, что душа неким таинственным образом пребывает в имени настолько, что имя способно замещать именуемого. В его понимании во время проскомидии вынимаемая частица замещает тело, а «мыслимое в имени представляет и заменяет собою душу призываемого или поминаемого существа» (Там же. Т. 4. С. 186-187). В таком смысле для Иоанна Кронштадтского становится возможным высказывание: «В имени человека - душа человека, например в имени «Иван» душа Ивана» (Там же. Т. 5. С. 310). В этом же контексте Иоанн Кронштадтский говорит, что «в имени Иисус Христос - весь Христос, душа и тело Его, соединенные с Божеством» (Там же) или просто «Имя Божие есть Сам Бог» (Там же. С. 309). Имя воплотившегося богочеловека Иисус - имя земное, человеческое, которым изволил именоваться Бог Слово по плоти. Иисус Христос - истинный человек, поэтому к Нему вполне применима общая логика связи имени с душой и телом. В силу же нераздельного единства божества с человечеством во Христе Его земное имя обретает освящающую силу божества.

Условием действенности призывания имени Божия Иоанн Кронштадтский называет веру «в силу слова, в его творческую способность» (Там же. С. 134), которая реализуется только вследствие единения верующего сердцем с Богом. Проcтота веры и любви, как условие вхождения в простоту Церкви, позволяет входить в соприкосновение, сообщаться с простым Богом. Если «между Богом и тобою… не будет промежутка, то и между твоим словом и между самым исполнением тоже не будет промежутка; скажешь - и тотчас совершится, как и Бог «рече, и быша; ...повеле, и создашася» [Пс 32. 9 слав.]» (Моя жизнь во Христе // ПСС. Т. 4. С. 292-293). Благодаря единству Церкви со Своим Главой «каждое слово Священного Писания, каждое слово Божественной литургии, утрени и вечерни, каждое слово священно-таинственных молитв и молитвословий имеет в себе соответствующую ему и в нем заключающуюся силу, подобно знамению Честного и Животворящего Креста. Такая благодать присуща каждому церковному слову, ради обитающего в Церкви ипостасного, вочеловечившегося Божия Слова, Которое есть Глава Церкви»,- писал Иоанн Кронштадтский (Там же. Т. 5. С. 166-167). Таким образом, по учению Иоанна Кронштадтского, в благодатном, соборном единстве Церкви происходит восстановление разрушенной грехопадением связи между творческим словом Божиим, «глаголом силы», и словом человеческим, благодаря чему возможно говорить, в частности, и о «присутствии» Бога в Его имени.

Учение Иоанна Кронштадтского о слове и об имени Божием после его смерти обсуждалось в ходе имяславческих споров. Высказывания Иоанна Кронштадтского, такие как «Имя Божие есть Сам Бог» (о смысле этого выражения у Иоанна Кронштадтского смотри в статьях Имя Божие и Имяславие), активно цитировали защитники имяславия. Их оппоненты в свою очередь указывали в текстах Иоанна Кронштадтского на первостепенное значение веры в призывании имени Божия.

Сочинения:

[наиболее полные и значительные]: ПСС. Кронштадт, 1890-1894. Т. 1-6;

ПСС. [Изд. 1-е]. СПб., 1892. Т. 1-4;

ПСС. 2-е изд., испр. автором. СПб., 1893-1894. Т. 4-6;

ПСС. Слова и поучения. СПб., 1897-1903. Т. 1-7;

ПСС: Новые слова, произнесенные в 1904 г. Кронштадт, 1905; То же, произнесенные в 1905 г. Кронштадт, 1906;

Катехизические беседы, говоренные в Кронштадтском Андреевском соборе. Кронштадт, 1859 (то же // ПСС. 2-е изд. СПб., 1893-1894, 1993р. Т. 1. С. 1-146);

Страдания св., всехвальной вмц. Евфимии и чудеса от святых, нетленных мощей ее. Кронштадт, 1863, 1868; Слово во 2-ю Неделю поста, по поводу наглого и дерзкого убийства злодеями благочестивейшего государя имп. Александра Николаевича, 1 марта 1881 г. Кронштадт, 1881;


Беседы, поучения и слова, произнесенные в Кронштадтском Андреевском соборе в разное время. Кронштадт, 1885-1889. Вып. 1-13;

Акафист св. Артемию, Веркольскому чудотворцу. СПб., 1887, 1890, 1891, 1893, 1899; Беседы. СПб., 1891. Вып. 1-2;

Дневник. [СПб.], 1891, 1897. М., 1892; Из дневника. К., 1893;

Живой колос с духовной нивы: Выписки из дневника за 1907-1908 гг. СПб., 1909, 1910, 1911, 1914. Пг., 1915, 1918. N. Y., 1956. М., 1991. М.; СПб., 1998;

Неизданный дневник: (Иоанн Кронштадтский). Восп. еп. Арсения об о. Иоанне Кронштадтском. М., 1992; Дневник: Последние записи. М., 1997;

Дневник / Подгот.: игум. Дамаскин (Орловский) и др. Тверь; М., 2001-[2010]. Т. 1-[17];

Моя жизнь во Христе, или Минуты духовного трезвения и созерцания, благоговейного чувства, душевного исправления и покоя в Боге: Извлеч. из дневника. М., 1891-1896. Т. 1-3; То же. СПб., 1893-1894. Вып. 1-12; То же. М., 1894. Т. 1-2 (то же // ПСС. 2-е изд., испр. автором. СПб., 1893-1894, 1994р. Т. 4-5); То же. М., 1899. Т. 1-2;

Моя жизнь во Христе: (Из дневника). СПб., 1901; То же. СПб., 1904; То же. М., 1991р; То же. Гамбург, 1945. Paris, 1984. Брюссель, 1988; То же. М., 1999; То же. М.; Ярославль, 2000р. 2 ч.;

Моя жизнь во Христе: Избр. места, систематически расположенные. Ницца, 1928;

Моя жизнь во Христе. М., 1990; То же. Сортавала, 1991р; Моя жизнь во Христе: [Трилогия]. М., 2001;

Наставление при совершении таинства покаяния / Сост.: С. И. Охотский. СПб., 1893, 1894, 1895, 1898, 1899, 1902, 1908. М., 2001;

О молитве: Из дневника. М., 1893; О посте. М., 1893, 1894, 1900, 1901, 1902;

Мысли о богослужении правосл. Церкви. Мысли благоговейного христианина о Церкви или обществе верующих, о храме, о литургии и о православном богослужении вообще: Из дневника. М., 1894 (переизд.: СПб., 1900. Оропос Аттикис (Греция), 1990); То же, изм. загл.: Мысли о Церкви и православном богослужении. СПб., 1905. Т. 1-4 (то же // ПСС. СПб., 1993-1994р. Т. 6); О силе молитвы. М., 1894, 1895, 1897, 1898, 1901, 1903, 1905, 1908, 1912, 1913, 1990;

Слово в день восшествия на всероссийский престол благочестивейшего государя имп. Николая II, 21 окт. 1897 г.: Единый творец тварей есть и единый Вседержитель, уделяющий часть державы Своей избранным человеком. [СПб.], 1897;

Неск. слов в обличение лжеучения гр. Льва Толстого. М., 1898, 1903;

Правда о Боге, мире и человеке: Заимствовано из книги «Моя жизнь во Христе». Кронштадт, 1899-1900. Вып. 1-6 (продолж.: Правда о Боге, мире и человеке: Извлеч. из нового дневника за 1894-1899 г. СПб., 1900, 1912); То же. Л., 1991;

Солнце правды: О жизни и учении Господа нашего Иисуса Христа: Избр. проповеди. СПб., 1901, 1902, 1909. М., 1991р. СПб., [1997];

Христианская философия. СПб., 1902, 2004. М., 1992;

Мысли во время войны. [М.], [1904]; Братское обращение к доблестным войскам нашим на полях далекой Маньчжурии: Слово в Неделю о Страшном суде. Тула, 1905;

Проповеди, произнесенные в С.-Петербургском Иоанновском жен. мон-ре. СПб., 1907; То же. СПб., 1909 (продолж.: Последние проповеди в Иоанновском мон-ре, 1906-1908 г. СПб., 1911;

«Во свете Твоем узрим свет»: Извлеч. из дневника за 1894-1899 гг. СПб., 1908, 1910, 1911;

Беседы с настоятельницею Иоанно-Предтеченского Леушинского 1-классного мон-ря игум. Таисиею: С присовокуплением описания некоторых особенных событий из жизни игум. Таисии. СПб., 1909;

То же. Пг., 1915. М., 1995, 2006;

Письма к настоятельнице Иоанно-Предтеченского Леушинского 1-классного мон-ря игум. Таисии. СПб., 1909;

Венок на свежую могилу кронштадтского пастыря: 148 кратких поучений-экспромтов, произнесенных покойным в последний год его жизни. СПб., 1909. Вып. 1; Новые слова и поучения, произнесенные в кронштадтском Андреевском соборе в 1907-8 гг. СПб., 1909;

Отец Иоанн Кронштадтский в своих письмах к родным. СПб., 1909;

Последние минуты жизни имп. Александра Александровича: Письмо о. Иоанна Кронштадтского // Побединский-Платонов И. И. Имп. Александр III. М., 1912. С. 14-17;

Евангелия Страстной седмицы: С поучениями и разъяснениями. СПб., 1913;

О кончине мира: Выписки. М., [1913];

Проповеди о царском самодержавии. СПб., 1914;

Война - суд Божий: Выписки из поучений. М., [1916]; Мысли христианина о покаянии и причащении. Таллин, 1936 (то же. М., 1990р); То же. М., 1998, 1999 (то же, изм. загл.: Мысли о покаянии и святом причащении: Из дневника. СПб., 2001);

В мире молитвы. СПб., 1991 (то же, доп. изд.: В мире молитвы: Сб. размышлений и поучений о. Иоанна Кронштадтского, а также воспоминаний о нем. М., 1994, 2008);

Великий пост. М., 1991р; О Боге, мире и душе человеческой. СПб., 1991р; Новые грозные слова, произнесенные в 1907 г.: О страшном суде Божием. М., 1993. СПб., 2000;

На вопросы о Церкви и духовной жизни отвечает св. Иоанн Кронштадтский / Сост.: митр. Вениамин (Федченков). [М.], 1996 (то же, изм. загл.: Ответы на вопросы о духовной жизни. [Калуга], 1999);

Душа-христианка: Созерцания и чувства христианской души. Ответы на тайные или открытые запросы благочестивых душ и нравственные уроки прежде всего себе самому. Из дневника за 1904 г. М.; СПб., 1997;

Полный годичный круг поучений. М., 1997;

Молитвы. Самара, 1998 (то же, изм. загл.: Молитвослов. М., 1999, 2000);

«Исполни заповедь любви»: Из поучений. М., 2001.

Дополнительная литература:

 

Животов Н. Н. О[тец] И. И. Сергиев (Кронштадтский), прот. Андреевского собора: Биогр. очерк. СПб., 1890; он же. Больные о. И. Кронштадтского. СПб., 1891; он же. Исповедники И. Кронштадтского. СПб., 1891; он же. Биография о. И. И. Сергиева Кронштадтского, прот. Андреевского собора. М., 1892; он же. День о. И. И. Сергиева Кронштадтского, прот. Андреевского собора. М., 1892; он же. Детство о. И. И. Сергиева Кронштадтского, прот. Андреевского собора. М., 1892; он же. Дневник о. Иоанна И. Сергиева Кронштадтского, прот. Андреевского собора. М., 1892; он же. Пастырство о. И. И. Сергиева Кронштадтского, прот. Андреевского собора. М., 1892; он же. Подвиги о. И. И. Сергиева Кронштадтского, прот. Андреевского собора. М., 1892; он же. Проповедничество о. И. И. Сергиева Кронштадтского, прот. Андреевского собора. М., 1892;

Жизнь о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1890; О. Иоанн Ильич Сергиев, прот. Андреевского собора в Кронштадте. СПб., 1890;

Очерк жизни о. И. И. Сергиева, прот. Андреевского собора в Кронштадте / Сост.: Л-а Е. М., К-ев А. Н. СПб., 1890, 18944;

Альбом о. И. Кронштадтского. СПб., 1891;

Анисимов В. Верный слуга Христов и строитель таин Божиих в наше время. Од., 1891, 18932;

Жизнь и труды о. Иоанна Кронштадтского: Его автобиография и подробное описание его подвигов милосердия. М., 1891, 1892;

Зыбин А. А. И. И. Сергиев, прот., ключарь Кронштадтского Андреевского собора: (Очерк жизни и деятельности). СПб., 1891, 18922;

Логинов И. Т. Отец И. И. Сергиев Кронштадтский, прот. Андреевского собора. Од., 1891, 18923;

Нищие о. Иоанна Кронштадтского: Очерк благотворительной деятельности прот. Андреевского собора в Кронштадте о. И. И. Сергиева. СПб., 1891;

Описание празднования 35-летнего юбилея прот. Андреевского собора в Кронштадте о. Иоанна Ильича Сергиева. Кронштадт, 1891;

О. Иоанн Кронштадтский, излечивающий пьяниц: Очерк. СПб., 1891, 18962;

Биография о. Иоанна Кронштадтского, прот. Андреевского собора в Кронштадте: С приб. извлечений из дневника и поучений о. Иоанна. СПб., 1892;

Нарцизова А. Ф. Поездка в Горицкие киновии и встреча с о. Иоанном Кронштадтским. СПб., 1892; она же. Письма о путешествиях с о. Иоанном Кронштадтским на его родину и в др. места. СПб., 1894, 1914; она же. Путешествие о. прот. И. И. Сергиева, пастыря Кронштадтского, на свою родину в с. Суру, Архангельской губ. Пинегского у. в 1897 г. Ярославль, 1899;

Больные о. Иоанна Кронштадтского. СПб., [18932];

Б-ский П. Жизнь о. Иоанна Кронштадтского. М., 18932;

Отец И. И. Сергиев, кронштадтский протоиерей Андреевского собора. Од., 1893;

О. Иоанн Сергиев (Кронштадтский) и пребывание его в Ростове на Дону. Р.-на/Д., 1893;

Прот. И. И. Сергиев (Кронштадтский) и его пребывание в Киеве. К., 1893;

Сикорский И. А. Отец И. И. Сергиев Кронштадтский и его пребывание в Киеве. К., 1893, 18992;

Таисия [Солопова], игум. Отец прот. И. И. Сергиев как пастырь. СПб., 1893;

То же // С.-Петербургские ЕВ. 1998. Вып. 20. С. 60-72; она же. Светлой памяти о. И. Кронштадтского. СПб., 1909;

Федотов В. Ф., свящ. Моя поездка в Кронштадт // Волынские ЕВ. 1893. № 19. С. 625-630;

Жизнь и труды прот. И. И. Сергиева Кронштадтского. М., 1894;

Зарницкий Я. И. Путешествие о. Иоанна Кронштадтского по Шексне и Волге летом 1893 г. СПб., 1894; он же. Отец Иоанн Кронштадтский на Волге летом 1894 г. СПб., 1895;

Кудрявцев К. Ф. Старица П. И. Ковригина: Речь и слово, сказанные [о. Иоанном Кронштадтским и прот. В. Михайловским] при гробе почившей в Кронштадте. СПб., 18943;

Померанцев М. Посещение г. Вильны о. Иоанном Кронштадтским. Вильна, 1894;

Попов И. К., прот. Поездка в г. Кронштадт к о. Иоанну: (Выписка из дневника сельского священника). Воронеж, 1894. Владикавказ, 19012;

Труженический день о. Иоанна Кронштадтского и описание особенно замечательных случаев помощи, совершившихся в последнее время в силу его пастырской молитвы. М., 1894, 18992;

Щеглов И. Л. У о. Иоанна Кронштадтского: (Рассказ очевидца). М., 1894. СПб., 1905;

Биография о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1895;

Жеребцова М. Ф. У источника живой воды: День в Кронштадте и исповедь о. И. И. Сергиева: Очерк. CПб., 1895, 19034; она же. Митрофорный прот. о. И. И. Сергиев (Кронштадтский): Его жизнь, деятельность и кончина. СПб., 1909;

Киселев И. П. О. Иоанн (Кронштадтский) в Крыму. СПб., 1895;

Ольга Константиновна, кор. греч. Новые подробности о последних днях почившего государя // Тверские ЕВ. 1895. № 8. Ч. неофиц. С. 1-4;

Лебедев В., свящ. Мое восп. о поездке к о. Иоанну в Кронштадт // Псковские ЕВ. 1896. № 21. С. 359-362; № 22. С. 381-384; № 23. С. 405-408; № 24. С. 431-433;

Максимов В. Настоятель Кронштадтского Андреевского собора о. И. И. Сергиев. СПб., 1896;

С. Д. О. Иоанн Кронштадтский среди народа: Рассказ очевидца. М., 1896;

Паозерский М. Ф., свящ. Впечатления первого сослужения о. И. Сергиеву (Кронштадтскому) на Божественной литургии // СПбДВ. 1897. № 32. С. 619-621;

Цветков С. И. И. И. Сергиев (Кронштадтский) и чудодейственная сила его молитвы. М., 1897; 45-летие служения прот. Кронштадтского Андреевского собора И. И. Сергиева. СПб., 1900;

Евдоким (Мещерский), архиеп. Два дня в Кронштадте: Из дневника студента / В. М. Серг. П., 19022;

Круглов А. В. Кронштадтский пастырь. М., 1901, 1902;

Летницкий И. Н. Пребывание Кронштадтского Андреевского собора прот. о. И. И. Сергиева в Астрахани. Астрахань, 1901;

Кривошлык М. Г. Мысли прот. И. И. Сергиева, настоятеля Кронштадтского Андреевского собора, о различн. предметах христ. веры и нравственности. СПб., 19027, 19038;

О. Иоанн Ильич Сергиев (Кронштадтский): [О его благотворительной деятельности; Устав С.-Петербург. общества взаимного вспоможения на случай смерти]. СПб., 1902;

О. Иоанн Ильич Кронштадтский в Костроме. СПб., 1902;

О. Иоанн Кронштадтский, исцеляющий евреев и татар. СПб., 1902;

Преображенский И. В. Новые и традиционные духовные ораторы: отцы Григорий Петров и Иоанн Сергиев (Кронштадтский): Крит. этюд. СПб., 1902, 19035;

Прот. И. И. Сергиев как пастырь-проповедник. Х., 1902; Сила молитвы о. Иоанна Кронштадтского: [Сб.]. СПб., 1902; Суждения за границей об о. Иоанне Кронштадтском. СПб., 1902;

Черты из жизни о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 19022;

Голованов С. А. Прот. И. И. Сергиев (Кронштадтский): Его жизнь и деятельность. СПб., 1903;

Животовский С. В. На Север с о. Иоанном Кронштадтским. СПб., 1903;

Кротков А. А. О кронштадтском прот. о. Иоанне: [Черты его жизни, молитвенная помощь, его мысли и отношение к нему в ученом мире]. М., 1903;

Михаил (Семёнов), иером. О. Иоанн Кронштадтский: (Полная биография). СПб., 1903;

Очерк жизни о. Иоанна Ильича Сергиева, прот. Андреевского собора в Кронштадте. СПб., 1903;

Соловьев А. И., прот. Три раза в Кронштадте у о. Иоанна. Омск, 1903;

Андрей (Ухтомский), еп. Беседа о. Иоанна Кронштадтского с пастырями. Каз., 1904; он же. Из учения о. Иоанна Кронштадтского о священстве: (По его книге: Моя жизнь во Христе). Каз., 1909;

Шебуев Н. Г. Кронштадтские письма: Негативы 1904. СПб., 1904;

[Артамонов]-Большаков Н. И. В защиту о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1905; он же. Добрый путь. СПб., 1906; он же. Правда о секте иоаннитов: Взгляд рус. народа на о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1906; он же. «Российская слава»: Прот. отец И. И. Сергиев (Кронштадтский). СПб., 1908; он же. Источник живой воды: Описание жизни и деятельности о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1909, 1910, 1995p; Война и о. Иоанн Кронштадтский. СПб., 1905;

О. Иоанн Кронштадтский о кровопролитии на Дальнем Востоке. М., 1905;

Пастырь добрый: Митрофорный прот. о. Иоанн Кронштадтский. М., 1905;

Белина В., гр. Прозорливый пастырь. Гатчина, 1906;

Величко М. С. Отец Иоанн Кронштадтский и его судьи. СПб., 1906;

Архипастыри у болящего о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1907, 1908, 1909;

Духонина Е. В. Из моих восп. об о. Иоанне Кронштадтском. СПб., 1907; она же. Как поставил меня на путь спасения о. Иоанн Кронштадтский. СПб., 1911;

Катанский Л. Е. Духовник Св. Руси: Из восп. СПб., 1907;

Сила чудодейственной молитвы о. Иоанна Кронштадтского: [Сб.]. СПб., 1907;

Сб. стихов, в разное время посвященных настоятелю Кронштадтского Андреевского собора митрофорному прот., члену Свят. Синода о. И. И. Сергиеву. СПб., 1907, 1910;

Тигров В., свящ. О. Иоанн Кронштадтский. Тамбов, [1907];

Чудеса Божии в наши дни: О. И. И. Сергиев Кронштадтский. СПб., 1907;

Левашев П. Н., свящ. Прот. И. И. Сергиев как пастырь по завету Христа. СПб., 1908; он же. Благодатная сила молитвы о. Иоанна и вселенское значение его молитвенного подвига. СПб., 1909; он же. Замечательный случай Божьего милосердия по молитвам о. Иоанна Кронштадтского в наши лукавые дни. СПб., 1910;

Новая сила чудодейственной молитвы о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 19083. Кн 2, 3, 4;

Очерки жизни о. И. И. Сергиева, прот. Андреевского Собора в Кронштадте. СПб., 1908;

Алабовский М. П., прот. Вел. пастырь рус. народа: Блаженной памяти о. Иоанна Ильича Сергиева-Кронштадтского. К., 1909;

Алексий (Симанский), архим. Слово при поминовении о. Иоанна Сергиева-Кронштадтского (28 янв. 1909). Тула, 1909;

Бартенев П. И. Из зап. книжки издателя «Русского архива» // РА. 1909. № 1. С. 170-172;

Блаженский В., свящ. Об о. И. Сергиеве Кронштадтском // Орловские ЕВ. 1909. № 8. С. 174-178;

Булгаков С. В. Памяти в Бозе почившего настоятеля Кронштадтского Андреевского собора о. прот. И. И. Сергиева. К., 1909;

Восторгов И. И., прот. Увековечение духовного светлого образа дорогого батюшки, о. Иоанна Кронштадтского. Саратов, [1909];

Гуляев А. А., свящ. О. Иоанн Кронштадтский. Уфа, 1909;

Духовные цветы на могилку дорогого батюшки о. Иоанна Кронштадтского: Сб. СПб., 1909;

Е. К. Восп. об о. Иоанне. СПб., 1909;

Жизнь и чудеса о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1909;

Иванов М., свящ. Восп. о прот. о. И. И. Сергиеве-Кронштадтском // Изв. по Каз. епархии. 1909. № 8. С. 249-253;

Из гимназических воспоминаний об о. Иоанне Сергиеве // Дневник писателя. 1909. № 2. С. XLIII-XLIV;

Ильинский В. Около о. Иоанна Кронштадтского: (По личным впечатлениям) // Странник. 1909. Т. 1. № 2. С. 145-163;

Ильшорский И. Из восп. об о. Иоанне Кронштадтском и быв. свящ. Гр. Петрове // Тверские ЕВ. 1909. № 20. С. 400-407;

Касаткин А. К. В память вечную да будет праведник: Посвящается памяти приснопамятного пастыря о. И. И. Сергиева (Кронштадтского). СПб., 1909;

Кончина и погребение о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1909; Крестники всенародночтимого отца Иоанна Кронштадтского: [Из восп. об о. Иоанне]. СПб., 1909;

Незабвенный пастырь - молитвенник и истинно-христианский благотворитель о. прот. И. И. Сергиев Кронштадтский. Саратов, 1909;

Никанор (Каменский), архиеп. Слово об о. Иоанне Кронштадтском. Каз., 1909;

Озеров Д. А. О. Иоанн Кронштадтский: (Личные восп.) // Путь жизни. 1909. № 12. С. 68-84;

О. Иоанн Кронштадтский в своих письмах к родным. СПб., 1909;

О. Иоанн Кронштадтский как утешитель скорбящих и обездоленных. Каз., 1909;

Памяти вел. священника земли русской: (Венок на гробницу о. Иоанна Кронштадтского). М., 1909;

Петров Л. П., прот. Воспоминания. СПб., 1909;

Попов И. П. Незабвенной памяти дорогого батюшки о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1909;

О. Иоанн Кронштадтский / Изд. Рус. нар. союза им. Михаила Архангела. СПб., 1909;

Сперанский А., свящ. Еще из восп. о прот. о. Иоанне Ильиче Сергиеве-Кронштадтском. Каз., 1909;

Шемякина Р. Г. Светлой памяти Е. К. Сергиевой. Кронштадт, 1909;

Чунихин В. И. Жизнь и пастырская деятельность о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1909;

Бертенсон В. Б. За тридцать лет: (Листки из восп.) // ИВ. 1910. Т. 121. № 8. С. 459-466; он же. Из восп. о К. А. Скальковском. СПб., 1912;

Дударев П. И. Прот. И. И. Сергиев. Новочеркасск, 1910;

Описание исповеди в Кронштадтском Андреевском соборе у знаменитого пастыря о. Иоанна. СПб., 1910;

Опись движимого имущества в Бозе почившего прот. о. И. И. Сергиева (Кронштадтского). Кронштадт, 1910;

О. Иоанн Кронштадтский: (Отклики печати по поводу его кончины). Серг. П., 1910;

Орнатский И. Н., свящ. Неск. воспоминаний об о. Иоанне Кронштадтском. СПб., 1910; он же. Житие и труды приснопамятного прот. праведника о. Иоанна Кронштадтского. М., 1916;

Попов М. Я., свящ. Восп. о прозорливости и о чудесной молитве в Бозе почившего о. Иоанна Кроншт[адтск]ого // Кишиневские ЕВ. 1910. № 3. Отд. неофиц. С. 63-68;

Пустошкин В. Ф. Много шума из ничего. СПб., 1910; он же. Обличительные проповеди о. Иоанна Кронштадтского: Сказание о водке, табаке и сквернословии. СПб., 1910; он же. Столп Правосл. Церкви, всенародно чтимый пастырь и праведник. Пг., 1915;

Сб. стихов, в разное время посвященных настоятелю кронштадтского Андреевского собора митрофорному прот., члену Святейшего Синода о. Иоанну Ильичу Сергиеву. СПб., 1910;

Сила молитвы о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1910. Кн. 1-5;

Чудесные исцеления у гробницы великого праведника и чудотворца о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1910;

Воробьев В., прот. Наблюдения и впечатления от молитвенного единения и общения с о. Иоанном Кронштадтским. Саратов, 1911; З

емляницкий Т., прот. О. Иоанн Кронштадтский в с. Ильинской пустыни, Козмодемьянского у. Каз., 1911;

Кр. биография прот. о. И. И. Сергиева (Кронштадтского). СПб., 1911;

Памяти доброго рус. пастыря, прот. И. И. Сергиева (Кронштадтского). СПб., 1911;

Пастырский венок дорогому батюшке о. Иоанну Кронштадтскому. СПб., 1911. Джорд., 19582;

Последние дни и блаженная кончина о. Иоанна Кронштадтского. Высочайший рескрипт и чудеса у гробницы. СПб., 1911;

Тарасов И. Ф., свящ. Об о. прот. И. И. Сергиеве Кронштадтском по личным восп. Курск, 1911;

Ильменский С. П., прот. О. Иоанн Сергиев и гр. Лев Толстой. Саратов, 1912;

Платонова А. Ф. Пастырь-молитвенник: Очерк жизни о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1912;

Климентова Г. Предсказание исполнилось праведника Божия о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1912;

Чудесные знамения по молитвам о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1912. Вып. 2; М., 1995. Вып. 3;

Введенский В. Ф., свящ. Испытания в жизни и отношение к ним по соч. о. Иоанна Кронштадтского «Моя жизнь во Христе». Белев, 1913;

Детство о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1913;

О. Иоанн Кронштадтский в Духовной Академии. СПб., 1913;

О. Иоанн Кронштадтский как пастырь-благотворитель. СПб., 1913;

Тернии на пути о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1913;

Чудеса Божии в наши дни: Восп. из жизни о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1913;

Завет с свящ. гробницы приснопамятного о. Иоанна Кронштадтского. СПб., 1914;

Игнатов Ф., свящ. Восп. об о. И. Кронштадтском // Волынские ЕВ. 1914. № 6. С. 151-154;

Мигулин А. А. Светлой памяти незабвенного всерос. пастыря о. Иоанна Кронштадтского. Астрахань, 1914;

Сб. стихов, в разное время посвященных настоятелю Кронштадтского Андреевского собора митрофорному прот., члену Святейшего синода о. Иоанну Ильичу Сергиеву. Пг., 1914;

Витович А. Наследство о. Иоанна: Зап. судебного пристава по охранительной описи имущества о. Иоанна Кронштадтского. Пг., [1915];

Плотица А. И. О. Иоанн Кронштадтский. М., 1915;

Полянский И. В., прот. Клевета старообрядца [Ф. Е. Мельникова] на о. Иоанна Кронштадтского. М., 1915;

Правда дороже золота: Что говорят правосл. иерархи и иностранцы об о. Иоанне Кронштадтском. Пг., 1915;

Суждения иностранцев об о. Иоанне Кронштадтском. Пг., 1915;

Чудесные исцеления по молитвам о. Иоанна Кронштадтского за посл. годы. Пг., 1915;

Верховцова В. Т. Восп. об о. Иоанне Кронштадтском его духовной дочери. Серг. П., 1916;

Измайлов А. А. Принц и нищий: (Из восп. о К. М. Фофанове) // ИВ. 1916. Т. 144. № 5. С. 459-478;

Козеко Е. И. Неск. слов об о. Иоанне Кронштадтском // Там же. Т. 146. № 10. С. 195-200;

Левитский П. П., прот. Прот. И. И. Сергиев Кронштадтский: Нек-рые черты из его жизни, гл. обр. за 1902-1905 г. Пг., 1916;

О чудесах и чудесных исцелениях у гробницы о. Иоанна Кронштадтского. М., 1916;

Попов В. И. Совместное путешествие с о. Иоанном Ильичем Сергиевым (Кронштадтским) от г. Архангельска до Москвы в авг. 1890 г.: (Восп. и впечатления). Пг., 1916;

Смирнов Ф. В. Евхаристия или Таинство Св. Причащения, по учению о. Иоанна Кронштадтского. Пг., 1916;

Спасский И. Отец Иоанн Кронштадтский, как богослов: Канд. дис. / СПбДА. СПб., 1916 (РНБ ОР. Ф. 573. Оп. 2. Д. 220); Милость Божья и благодатная помощь по молитвам батюшки о. Иоанна Кронштадтского. Пг., 1917;

Никольский В., свящ. Великий проповедник. Пг., 1917;

Чудесные явления милости Божией и благодатной помощи по молитвам приснопамятного батюшки о. Иоанна Кронштадтского. [Пг., 1917];

О. Иоанн Кронштадтский: Его жизнь, подвиги, чудеса. П., 1929;

Шустин В., свящ. Запись об о. Иоанне Кронштадтском и об Оптинских старцах: Из личных восп. Белая Церковь, 1929. М., 1991;

Методий, иером. О. Иоанн Кронштадтский, 1829-1908. Сливен, 1938;

Четвериков С. И., прот. Духовный облик о. Иоанна Кронштадтского и его пастырские заветы. Вerlin, 1939;

Анастасия (Якимах), мон. Болезнь и кончина о. Иоанна Кронштадтского // Вечное. П., 1948. № 10. С. 16-23;

Мефодий, архим. Прот. И. И. Сергиев (Кронштадтский): 1908-1948 // Там же. С. 1-5;

Зверев В. Н. Памяти о. Иоанна Кронштадтского // Правосл. жизнь. Джорд., 1950. № 1. С. 8-15; № 2. С. 10-17;

Соллогуб А. А. О. Иоанн Кронштадтский: Жизнь, деятельность, избр. чудеса. Джорд., 1951;

Александр (Семёнов-Тян-Шанский), еп. О. Иоанн Кронштадтский. Н.-Й., 1955. P., 1990. Клин, 2002;

50-летие преставления приснопамятного о. Иоанна Кронштадтского, 1908-1958: Юбил. сб. Utica (N. Y.), 1958;

Помазанский М., прот. Очерк православного миросозерцания о. Иоанна Кронштадтского // 50-летие преставления приснопамятного о. Иоанна Кронштадтского, 1908-1958: Utica (N. Y.), 1958. С. 66-83;

Приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский и Лев Толстой: [Сб.]. Jord., 1960;

[Тихонов А. Н.] Время и люди: Восп. 1898-1905. М., 1960;

Юдин Н. И. Правда о петербургских «святынях». Л., 1962;

Аверкий (Таушев), архиеп. О. Иоанн Кронштадтский - пророк Божий, посланный России на вразумление. N. Y., 1963; он же. Св. прав. о. Иоанн Кронштадтский и Римско-католический папизм // С.-Петербургские ЕВ. 1995. Вып. 13. С. 79-82;

Житие св. прав. отца нашего Иоанна Кронштадтского чудотворца: Ко дню прославления 19 окт. 1964 г. / Под ред. архиеп. Аверкия (Таушева). Джорд., 1964;

Бартошевич Э. М. Печальной памяти «святой» Иоанн // НиР. 1965. № 5. С. 54-56; Св. прав. о. Иоанн Кронштадтский. Чудотворец. Мюнхен, 1965;

Восп. о чудесах и подвигах прав. о. Иоанна Кронштадтского. Сан-Франциско, 1967;

Белов А. Легенда и правда о кронштадтском чудотворце // НиР. 1971. № 8. С. 46-47;

Державин Н. И. Великий пастырь: (К 160-летию со дня рожд. прот. Иоанна Сергиева) // ЖМП. 1989. № 8. С. 22-25;

Ершов Н. М. Личность о. Иоанна Кронштадтского по архивным мат-лам: Отчет проф. стипендиата / ЛДА. Л., 1990. Маш.; он же. Дар чудотворной молитвы св. прав. Иоанна Кронштадтского: (По мат-лам архивов) // СПбЕВ. 1993. Вып. 11. Ч. 1. С. 34-38; Ч. 2. 85-87;

Житие св. прав. Иоанна, Кронштадтского чудотворца // ЖМП. 1990. № 10. С. 58-71;

Меньшиков М. О. Памяти своего пастыря // Рус. зарубежье в год 1000-летия Крещения Руси. М., 1991. С. 448-453;

Розанов В. В. Личность о. Иоанна Кронштадтского // Там же. С. 446-448;

Верещагин В. В. Об о. Иоанне Кронштадтском: Из зап. книжки / Вступ. и публ.: Г. П. Андреевский // Звезда. 1992. № 9. С. 172-174;

Нилус С. А. На берегу Божьей реки: Зап. православного. М., 1992. Ч. 2. С. 38-43;

Иоанн Кронштадтский: [Сб.] / Сост.: В. А. Десятников. М., 1992;

Иоанн (Самойлов), игум. Пастырские советы о. Иоанна совершителю богослужения // ЖМП. 1993. № 8. С. 99-106;

В мире молитвы: Св. прав. Иоанн Кронштадтский: [Сб.]. М., 1994;

Добрый пастырь: Биография о. Иоанна Кронштадтского. Письма к батюшке и восп. о нем. СПб., 1994;

Евлогий (Георгиевский), митр. Путь моей жизни. М., 1994п; Св. Иоанн Кронштадтский в восп. современников / Сост.: С. Л. Фирсов. М., 1994, 1998;

Сурский И. К., псевд. [Ильяшевич Я. В.] О. Иоанн Кронштадтский. М., 1994. Т. 1-2;

В честь дорогого батюшки о. Иоанна Кронштадтского: Восп. очевидцев. М., 1995;

О. Иоанн Кронштадтский и К. П. Победоносцев (1883) // «Река Времен»: Кн. истории и культуры. М., 1995. Кн. 2. С. 86-92;

Светильник веры и благочестия: Св. прав. Иоанн Кронштадтский чудотворец: Житие и новые чудеса / Ред.-сост.: А. Любомудров. СПб., 1996;

Св. прав. Иоанн Кронштадтский в восп. самовидцев / Сост.: А. Н. Стрижев. М., 1997. СПб.; М., 1998, 2004;

Вениамин (Федченков), митр. Великий служитель Божественной литургии // СПбЕВ. 1998. Вып. 20. С. 30-36; он же. О. Иоанн Кронштадтский. М., 2003, 2005;

Исакова Е. В., Шкаровский М. В. Церковь Св. Троицы на квартире св. прав. Иоанна Кронштадтского в доме причта Андреевского собора // С.-Петербургские ЕВ. 1998. Вып. 20. С. 126;

Константин (Зайцев), архим. О. Иоанн - наш православный путь // Там же. С. 90-96;

Никон (Рклицкий), иером. Утешение в скорбях: [Статья или речь через 34 г. после смерти о. Иоанна] // Там же. С. 83-89; Письма к св. прав. Иоанну Кронштадтскому // Там же. С. 106-110;

Украинский Г., свящ. Квартира о. Иоанна Кронштадтского // Там же. С. 133-135;

Шкаровский М. В. Св.-Иоанновский ставропигиальный жен. мон-рь: История обители. СПб., 1998; он же. Тайна перезахоронения мощей св. прав. о. Иоанна Кронштадтского // Приход. М., 2006. № 10. С. 51-57;

Берташ А. В. История захоронения св. Иоанна Кронштадтского в 1920-1940 гг. // Правосл. летописец С.-Петербурга. 2001. № 7. С. 92-101;

Из родословной семьи Сергиевых: И. И. Сергиев (Кронштадтский) и его семья / Сост.: Т. А. Санакина // Кронштадтский пастырь: Церк.-ист. альм. М., 2002. Вып. 1. С. 23-27;

Страницы метрических книг Сурского прихода Пинежского у. / Публ.: Т. А. Санакина // Там же. С. 28-32;

Дневники св. Николая Японского / Сост.: К. Никамура. СПб., 2004. Т. 2, 5, 6.

Иконография

Иоанна Кронштадтского обширна и многообразна. Сохранилось значительное количество его прижизненных изображений различного типа и техники: фотографий, натурных живописных портретов, рисунков, эстампов, скульптур. Они различаются по жанру: парадные портреты, репортажные снимки, массовые групповые фотографии, семейная хроника. Современное почитание Иоанна Кронштадтского столь широко, что его иконы находятся во многих православных храмах в России и за рубежом.

Поскольку еще при жизни Иоанна Кронштадтского его святость была очевидна, практически каждый шаг всенародно любимого пастыря был документирован; собранные в альбом и аннотированные фотоснимки могли бы составить подробную летопись жизни святого. Вскоре после кончины Иоанна Кронштадтского решением Святейшего Синода было определено поручить Издательской комиссии Училищного совета напечатать 40 тысяч портретов почившего и разослать их по всем церковным школам для размещения их там «на видном месте» (Св. прав. Иоанн Кронштадтский: Последние дни и блаженная кончина. М., 2000. С. 50). Большинство прижизненных изображений святого относится к 1890-1908 годов, более ранние портреты встречаются редко. Отсутствуют натурные изображения Иоанна Кронштадтского в детском и юношеском возрасте, фотографии его отца И.М. Сергиева; известен только фотоснимок матери, Ф.В. Сергиевой.

Фотографии Иоанна Кронштадтского можно условно разделить на выполненные в фотосалоне и натурные. К 1-й группе относятся поясные и ростовые портреты, сделанные в различных фотоателье Санкт-Петербурга и Кронштадта. Особую ценность представляют экземпляры, имеющие дарственные надписи и автографы Иоанна Кронштадтского. Многие снимки изготовлены специально для последующего тиражирования.

Во 2-й группе можно выделить: групповые постановочные фотографии, снятые во время путешествий и официальных встреч (на приеме у санкт-петербургского губернатора, во время встречи с духовенством Важеозерской пустыне, в усадьбе генерал-губернатора Н.И. Бобрикова в Ульянове, после освящения благотворительных обедов и др.); репортажные фотографии, как правило во время поездок по России (на родине в Суре, в Леушинском монастыре, в Вауловском скиту, в Ферапонтове и др.); фотографии в семейном кругу (с супругой, с племянником, на даче в Мартышкине); небольшое количество снимков, запечатлевших Иоанна Кронштадтского в богослужебном облачении (при закладке или освящении храма, во время проповеди, крестного хода и т.п.). За единичным исключением, отсутствуют снимки Иоанна Кронштадтского за богослужением в Андреевском соборе, что объясняется цензурным запретом на съемку внутри храмов. Наконец, значительная часть снимков выполнена во время траурной процессии и погребения Иоанна Кронштадтского (эти события запечатлены также на кинопленку; прижизненные кинокадры с Иоанном Кронштадтским не обнаружены).

Главным фотолетописцем Иоанна Кронштадтского был кронштадтский фотограф П.П. Шауман. Святого снимали известные санкт-петербургские мастера К. Булла, А.А. Оцуп, Ф.Ф. Осипов, И. Яковлев, Везенберг, И. Ленис, фотограф и художник С.В. Животовский, московский мастер М.Б. Тулинов и др. Фотографии Иоанна Кронштадтского хранятся во многих архивах, в музейных и библиотечных фондах, в частности в ЦГА кинофотодокументов Санкт-Петербурга, ГАРФ, РГБ, ГИМ, ГМИР, в Мемориальном музее-квартире Иоанна Кронштадтского в Кронштадте, в Иоанновском монастыре на Карповке в Санкт-Петербурге, в Пюхтицком монастыре в Эстонии, в Митрополичьих (Патриарших) палатах ТСЛ, в частных коллекциях. Благодаря совместной работе сотрудников музея-квартиры и санкт-петербургского фотографа Д.Н. Горячева снимки из коллекции ЦГА кинофотодокументов Санкт-Петербурга были отпечатаны непосредственно со стеклянных негативов, неоднократно экспонировались, публиковались и таким образом введены в научный оборот.

Были изданы фотоальбомы, иллюстрирующие эпизоды из жизни Иоанна Кронштадтского: «Альбом отца Иоанна Кронштадтского» с 20 снимками Шаумана (СПб., фототипия А.И. Вильборга, 1891); «Село Сура Архангельской губернии Пинежского уезда, родина отца Иоанна, протоиерея Кронштадтского Андреевского собора. Пребывание его в селе Суре с 3-го июня по 4-ое июля 1891 года и освящение нового храма» (издание фотографа Шаумана. Кронштадт, 1891 год; см.: ГАРФ. Ф. 1067. Оп. 1. Д. 27. С. 1-22). Богатые материалы содержатся в книгах Животовского «На Север с отцом Иоанном Кронштадтским» (СПб., 1903) и иеромонахом Михаила (Семёнова) «Отец Иоанн Кронштадтский: Полная биография с иллюстрациями» (СПб., 1903).

Газетно-журнальные публикации и книги конца XIX - начала ХХ веков, хотя и не отличаются хорошим качеством изображений, нередко содержат уникальные фотодокументы. Среди наиболее значимых - журнал «Русский паломник» (прижизненные публикации разных лет); биография Иоанна Кронштадтского «Источник живой воды» с многочисленными иллюстрациями, составленная Н.И. [Артамоновым]-Большаковым (СПб., 1909). Ряд уникальных жанровых снимков в Леушинском монастыре опубликован в книге «Беседы с настоятельницею Иоанно-Предтеченского Леушинского 1-классного монастыря игуменкой Таисиею» (Пг., 19152). Эти издания и публикации 1990-2009 годов являются важнейшим источником не только для исследователей жизни Иоанна Кронштадтского, но и для иконописцев и художников.

Созданные при жизни портреты Иоанна Кронштадтского передают восприятие пастыря его современниками, дополняя цветом фотографические образы. Живописные портреты Иоанна Кронштадтского образуют 2 группы: писанные с натуры и выполненные на основе фотографий (или других изображений). К натурным относится поясной портрет святого 1891 года художника М.В. Брянского (Иоанновский женский монастырь на Карповке в Санкт-Петербурге). Слева автограф автора: «М.В. Брянскiи. маiя, 4. 1891 года». На обороте холста идентичная по почерку надпись: «В С. Петербургѣ. 4 маiа 1891 года. Написанъ съ натуры, въ пять сеансовъ. Собственность дочери художника - Мариi Михаiловны Брянской. Благословение Отца Iоанна». Иоанн Кронштадтский представлен прямолично, в темной рясе, на груди наперсный крест с украшениями, голова не покрыта, рук не видно. Поясной портрет Иоанна Кронштадтского - вполоборота вправо, в бордовой рясе, с наперсным крестом и орденскими звездами святого Владимира и святой Анны - выполнен П.Н. Троянским в 1910 году (ГМИР, поступил в 1937 из ГЭ).

В 1999 году настоятелем Оптинского подворья в Санки-Петербурге игуменом Ростиславом (Якубовским) в Мемориальный музей-квартиру Иоанна Кронштадтского в Кронштадте был передан небольшой погрудный портрет святого конца XIX века (по версии Т.И. Орнатской, правнучатой племянницы Иоанна Кронштадтского, мог быть написан И.Е. Репиным, так как, по семейным воспоминаниям, художник выполнял в их доме набросок с натуры). Известен другой поясной портрет подвижника коца XIX века из музея-квартиры в Кронштадте, а также изображение Иоана Кронштадтского в зимней одежде, хранящееся в Пюхтицком монастыре.

Другие портреты Иоанна Кронштадтского основаны на известных фотоснимках: поясные изображения 1888 года письма художника Баранова (Пюхтицкий монастырь; см.: Шпякина Г. Н., Шемякина С. И. Поездка в Пюхтицкий Успенский жен. мон-рь: Музей св. прав. о. Иоанна Кронштадтского // СПбЕВ. 2005. Вып. 33. С. 241) и конца XIX века художника К.Б. Венига (Мемориальный музей-квартира Иоанна Кронштадтского в Кронштадте); погрудный портрет (хромолитография?) конца XIX века (Иоанновский монасырь; опубл.: Св. прав. Иоанн Кронштадтский. 2006. С. 408) - Иоанн Кронштадтский в малиновой рясе, с 2 наперсными крестами, с крестом в память Крымской войны, с орденом святой Анны и со знаком кандидата богословия. К этому же времени относится поколенный акварельный портрет сидящего Иоанна Кронштадтского в голубой рясе, со многими наградами, правая рука лежит на столике (Иоанновский монастырь - Там же. С. 158).

Существует поколенный портрет Иоанна Кронштадтского (в правой руке книга), исполненный в 1900 году художником Н.Е. Бекряшевым (частное собрание, Украина). Погрудное изображение Иоанна Кронштадтского, выполненное неизвестным художником-любителем в начале ХХ века (анфас, в голубой рясе), находится в Вауловском скиту Ярославской епархии. Плохо сохранился погрудный портрет Иоанна Кронштадтского конца XIX века в овале - святой в синей рясе, с крестами и орденами (Полоцкий художественный музей). С фотографии написан и небольшой живописный портрет Иоанна Кронштадтского в светлой фелони и митре, с кропилом и крестом в руках (музей при Никольском соборе в Кисловодске). Подобные ростовые изображения, отпечатанные на металле, встречаются даже в Сибири (церковь святого Николая Чудотворца в посёлке Листвянка на берегу озера Байкал). Небольшой скульптурный бюст Иоанна Кронштадтского начала ХХ века изготовлен в технике каслинского литья (Мемориальный музей-квартира Иоанна Кронштадтского в Кронштадте; дар Пюхтицкого монастыря). На обороте клеймо: «Подделка запрещена. Художественная мастерская О. Добродеева. СПб, Ковенский, 14».

Интерес российского общества к личности Иоанна Кронштадтского был настолько велик, что в конце XIX - начале ХХ веков многие его изображения тиражировались в техниках гравюры, литографии, хромолитографии и т.п. Наиболее значительной является хромолитография на металле - поясной портрет, напечатанный при участии ж. «Русский паломник» в 1899 году Иоанн Кронштадтский изображен вполоборота вправо, с наградами, внизу факсимиле автографа. Этот портрет наиболее распространен (экземпляры в Иоанновском монастыре, ЦАК МДА), именно его упоминает А.П. Чехов в описании острова Сахалин. На мастерски исполненном в технике офорта портрете 1900 года гравера В.А. Боброва (ГРМ, ГИМ, Мемориальный музей-квартира Иоанна Кронштадтского в Кронштадте) Иоанн Кронштадтский представлен в небольшом повороте вправо, с 2 наперсными крестами, с орденом и со звездой святой Анны 1-й степени. На нижнем поле справа - ремарка с проектом собора Иоанновского монастыря на Карповке.

Одно из литографированных изображений Иоанна Кронштадтского 1912 года по рисунку А. Смоликова, изданное в типографии П.П. Сойкина в Санкт-Петербурге, составлено из букв текстов его проповедей (ОПИ ГИМ. Ф. 1. Ед. 114. Л. 118; лист поступил в 1904-1924 в составе коллекции А.П. Бахрушина; согласно подписи, «бесплатное приложение к журналу «Русский паломник» за 1912 год»). Идентичны по иконографии (Иоанн Кронштадтский вполоборота влево, по пояс, в бордовой рясе, с наперсным крестом, рук не видно, отличия в цветовом решении) московские хромолитографии, отпечатанные в мастерских И.Д. Сытина (1892, 1899 годы), М.Т. Соловьёва (1896, 1901 годы), тоновый вариант 1893 года - литография И.М. Мешкова, изданная Е.И. Коноваловой (листы из собрания Румянцевского музея в РГБ, некоторые из ГИМ).

Высоким художественным уровнем отличается хромолитография 1890 года, отпечатанная в мастерской Штадлера и Паттинота в Санкт-Петербурге, издание журнала «Русский паломник» (РГБ). На тоновой литографии 1887 года мастерской Соловьёва (РГБ) - редкое изображение Иоанна Кронштадтского в камилавке. Известны также хромолитографии 1888 года с факсимиле автографа Иоанна Кронштадтского (мастерская Р.В. Хорна в Санкт-Петербурге, издание Н.Ф. Фёдорова, ГИМ), 1894 год мастерской «Веферса и Ко» (ОПИ ГИМ. Ф. 9. Ед. 571. Л. 21); тоновая литография 1895 года В. Тиля, выполненная в Одессе (в овальной золотой тисненой рамке, РГБ); ксилография 1890 года (санкт-петербургская типография Дома призрения малолетних бедных, РГБ); московские тонолитография 1888 года и литография 1892 года - издания Е. Захарова и Сытина (ГИМ); хромолитография начала XX века с тиснением (ГИМ); портреты Иоанна Кронштадтского в технике офсетной печати начала XX века (типография «Надежда» в Санкт-Петербурге, издание журнала «Кронштадтский маяк» и др., РГБ). Кроме того, в 1899-1903 годах в Санкт-Петербурге были изготовлены небольшие серебряные штампованные портреты Иоанна Кронштадтского (мастер-монограммист Т.Ф., ГИМ). Бытовали кружки с поясным изображением Иоанна Кронштадтского (музей при Никольском соборе в Кисловодске).

Несомненный исторический и художественный интерес представляют несколько жанровых картин, рисунков и сюжетных эстампов с образом Иоанна Кронштадтского (например, литография «Благословение адмирала С.О. Макарова», 1904 год, журнал «Русский паломник»). На большом полотне 1904 года с подписью автора: «М. Альгейм» (Митрополичьи палаты ТСЛ) - кронштадтский пастырь показан во время общей исповеди в Андреевском соборе (современная копия - в Иоанновском монастыре). Наиболее подробные иллюстрации биографии Иоанна Кронштадтского выполнил Животовский для упомянутой книги 1903 года. Поскольку художник сопровождал Иоанна Кронштадтского в поездке, большинство зарисовок можно считать натурными.

На хромолитографии «Отец Иоанн Ильич Сергиев Кронштадтский, посещающий болящую» братьев И. и В. Морозовых (1892 год, ГИМ; 1897, РГБ) Иоанн Кронштадтский представлен в левой части композиции, в рясе и епитрахили, с книгой в руке. На литографии «Коронование государя императора Николая II в Успенском соборе Московского Кремля 14 мая 1896 года» (Св. прав. Иоанн Кронштадтский. 2006. С. 398), выполненной с картины художника К.В. Лебедева (1896 год), крайним слева изображен Иоанн Кронштадтский. На плакате-хромолитографии санкт-петербургской мастерской Э.И. Маркуса по рисунку художника. Н.Н. Каразина 1901 года («собственность автора и издателя К.Д. Ростовцева», экземпляры в РГБ, ГИМ, Мемориальном музее-квартире Иоанна Кронштадтского в Кронштадте) помещены поясной портрет Иоанна Кронштадтского, изображения различных мест, связанных с жизнью и со служением святого: Андреевского собора, дома на родине, детского приюта и Дома трудолюбия, основанных Иоанном Кронштадтским в Кронштадте; центральная композиция - проповедь святого перед народом. На эстампе также напечатаны стихи, посвященные Иоанну Кронштадтскому, факсимиле его автографа; вверху надпись: «Во свете Твоем узрим свет». Этот лист можно считать своеобразным предшественником житийных икон Иоанна Кронштадтского.

Написание икон Иоанна Кронштадтского связано с историей его почитания. Первые иконы появились в 1964 году, к его канонизации в РПЗЦ. Архимандрит Киприан (Пыжов) изобразил святого по пояс, в сиреневой рясе, в красной епитрахили, с развернутым свитком в руках (текст: 1 Кор 13. 4). Тогда же была создана икона другого извода: Иоанн Кронштадтский благословляет правой рукой, в левой держит потир. Этот образ широко тиражировался типографией в Джорданвилле и был отправлен в Россию, впоследствии данный извод стал самым популярным в иконографии Иоанна Кронштадтского.

В России иконы Иоанна Кронштадтского стали писать еще до официальной канонизации. Одна из первых написана священником Георгием Иващенко в 1988 году на основе 2-го иконографического типа: благословляющий Иоанн Кронштадтский в голубой фелони с красным оплечьем и с наперсным крестом, в левой руке - потир. К прославлению Иоанна Кронштадтского в 1990 году в иконописной мастерской СДМ была выполнена канонизационная икона святого - поясной прямоличный образ Иоанна Кронштадтского в зеленой фелони, с золотым наперсным крестом; в левой руке - потир, на который он и указывает правой рукой (иконописец И.В. Волочкова, рук. И.В. Ватагина). К такому изводу (различия в цвете и деталях облачения, в жесте правой руки) относятся иконы письма С.И. Голубева, В.О. Фронтинского, И.А. Кусова, А. Кудрявцевой, А.В. Ивониной и многих других (см.: Современная правосл. икона. 2003. С. 268; Образ Божий. 2009. С. 226-229).

Благодаря многочисленным фотографиям и портретным изображениям современные иконописцы имеют возможность максимально точно передать внешнее сходство с Иоанном Кронштадтским Этим, очевидно, объясняется распространение икон святого, выполненных в реалистической манере. Один из первых подобных образов был создан в Джорданвилле: Иоанн Кронштадтский изображен на фоне неба, в красной фелони, со свитком в руках. В 1999 году этот извод повторен художницей С.Е. Большаковой для Мемориального музея-квартиры Иоанна Кронштадтского в Кронштадте, но с некоторыми отличиями в трактовке лика, в форме наперсного креста (прототипом стал крест, подаренный святому почитателями, к-рый хранится в музее-квартире); текст на свитке взят из проповедей Иоанна Кронштадтского.: «Православная вера и Церковь, как солнце, сияют в небесах и могут спасти всякого человека» (в 2001 году в Москве икона экспонировалась на выставке «Обретение портрета», многократно публиковалась, см., напр.: Акафист св. прав. о. Иоанну Кронштадтскому. СПб., 2008. Обл.).

Широко известен поясной образ Иоанна Кронштадтского с приложенной к нему внизу епитрахилью святого, созданный А. С. Ефимовым в 1992 году для Иоанновского монастыря. Тип изображения соответствует иконе, написанной в СДМ к канонизации, но манера исполнения более реалистична. Впоследствии образ был повторен для Троицкого Измайловского собора в Санкт-Петербурге и для нового храма во имя Иоанна Кронштадтского в Брянске (2008 год, иконописец Большакова).

Реалистические тенденции в иконографии Иоанна Кронштадтского получают иногда оригинальное воплощение. Так, на иконе, выполненной иноком Варсонофием на Святой Горе Афон в 2001 году и вложенной в Пюхтицкий монастырь, одежды святого писаны по образцу подлинной ризы Иоанна Кронштадтского, хранящейся в музее Пюхтицкой обители. Интересной с художественной точки зрения представляется икона, созданная Ю.Б. Хуторским для Иоанновского монастыря в 2008 году (подарена супруге Президента России С.В. Медведевой).

Иконы Иоанна Кронштадтского, исполненные в реалистической манере, отличаются разнообразием. Нередко иконописцы акцентируют те или иные события подвижнической жизни Иоанна Кронштадтского, местные реалии и особенности почитания. Примером является образ, подаренный худож. В. Куликовым Свято-Духову монастырю в Боровичах. Он был написан в октябре 2002 года под впечатлением от Таисиинских чтений, впервые проходивших в Боровичах. Автор стремился создать образ Иоанна Кронштадтского, благословляющего современную Россию, под покровом новопрославленной иконы Божией Матери «Аз есмь с вами и никтоже на вы». Кронштадтский пастырь изображен в темном подряснике с Леушинской иконой Божией Матери в руках, покрытых белым платом. В этом же ряду - образ Иоанна Кронштадтского в коричневом подряснике на фоне Сурского Иоанно-Богословского монастыря, выражающий идею духовного покровительства Иоанна Кронштадтского своей малой родине.

Иконописцы, работающие в визант. и древнерусской манере, часто используют иконографию, соответствующую традиционному типу изображения святителя: поясной образ с благословляющей десницей, в левой руке - Евангелие. К этой группе принадлежит икона из Иоанновского монастыря (иконописец А.Б. Прокофьева), которая стала известна после мироточения. Святой изображен на золотом фоне, в голубой фелони с богато украшенным золоченым оплечьем, с Евангелием в левой руке. Другой подобный образ в византийском стиле (Иоанн Кронштадтский в красной фелони, с Евангелием) написан санкт-петербургскими иконописцами Н.А. и Н.Г. Богдановыми к 100-летию преставления Иоанна Кронштадтского. В 2008 году он был принесен в дар русскому Пантелеимонову монастырю на Афоне от Мемориального музея-квартиры Иоанна Кронштадтского в Кронштадте.

Ростовые иконы Иоанна Кронштадтского разнообразны по иконографии; художники предлагают новые пространственные решения, связанные с общим замыслом. Одним из наиболее интересных является образ, выполненный архимандритом Зиноном (Теодором) в 1997 году (Зинон (Теодор), архим. Беседы иконописца. М.; Псков, 2003. С. 89; позднее повторен для частного собрания в Финляндии). Иоанн Кронштадтский представлен вполоборота вправо, в светлом облачении, в молении к благословляющему Спасителю в сегменте неба, фон золотой. В левой руке святого развернутый свиток со словами: «Величие несказанное и дар неизреченный, причащение преч». Развитием этой темы является икона Я. Прокофьева, где Иоанн Кронштадтский с потиром в руке обращен к Иисусу Христу, на фоне возвышается собор Иоанновского монастыря (Образ Божий. 2009. С. 226).

В 1997 году санкт-петербургским иконописцем Г.В. Гашевым для Преображенского собора в Санкт-Петербурге создан репрезентативный ростовой образ, который развивает тип поясных икон Иоанна Кронштадтского с потиром в руке (Современная православная икона. 2003. С. 85). Святой представлен прямолично на золотом фоне, в золотисто-оранжевой фелони; образ выделяется обилием ассиста в отделке одежд. Ряд икон выполнен в живописно-реалистической манере: образ А.О. Педаяса и Б. Голованова (2002 год; см.: Кутейникова. 2005. C. 107), икона мастерской Александро-Свирского монастыря для подворья обители в Санкт-Петербурге, многократно опубликованный в различных изданиях образ из Иоанновского монастыря (Св. прав. Иоанн Кронштадтский. 2006. С. 487): Иоанн Кронштадтский представлен стоящим на облаке, в зеленом облачении и митре, с благословляющей десницей, в левой руке - крест (2000 год, иконописец И.А. Мельничук). На иконе Н.С. Грищенко (собственность автора, Новороссийск) традиционный фронтальный образ святого с потиром в руке представлен на фоне голубого неба, на заднем плане, как туманный мираж, показан собор.

Отдельную группу ростовых икон Иоанна Кронштадтского составляют образы, композиционно напоминающие известную фотографию пастыря с крестом и кропилом в руках (Там же. С. 421), которые восходят к древнерусской традиции (изображения святого Николая Можайского и др.). В частности, это икона, написанная в каноническом стиле в мастерской Антониева Сийского монастыря (Иоанн Кронштадтский в пасхальном облачении, с поднятыми и разведенными руками, в левой - потир; см.: Акафист св. прав. о. Иоанну Кронштадтскому. 2008. С. 15); образ 2008 года, выполненный для будущего Андреевского собора в Кронштадте (освящен в монастыре Симонопетра на Афоне; находится в церкви апостола Иоанна Богослова подворья Леушинского монастыря): Иоанн Кронштадтский держит в правой руке крест, в левой - Андреевский собор; фигура заключена в арку на фоне неба, на заднем плане - храмы, монастыри и др. здания, связанные с жизнью святого.

Редкий оплечный образ Иоанна Кронштадтского работы И.И. Пивника был освящен 16 сентября 2000 года, в день 115-летия Леушинского монастыря (собственность Орнатской). Благодаря тому что на иконе лик Иоанна Кронштадтского изображен максимально крупным планом, создается впечатление близкого молитвенного общения со святым. Известны примеры введения образа Иоанна Кронштадтского в деисусный чин иконостаса, например в нижнем храме Всех святых, в земле Российской просиявших, церкви святого Николая Чудотворца в Клённиках в Москве (написан с потиром в руке). После канонизации Иоанна Кронштадтского его образ включался в группу Петербургских чудотворцев на иконах «Все святые, в земле Русской просиявшие» (2004-2005 годы, иконописец Н.В. Масюкова, ц. святитель Николая Чудотворца на Глинках в Вологде), повторяющих с дополнениями композицию, разработанную мон. Иулианией (Соколовой) под руководством святителя Афанасия (Сахарова).

На многих иконах Иоанн Кронштадтский представлен вместе с другими чудотворцами. Наиболее часто встречаются небесные покровители Санкт-Петербурга. Это парные изображения Иоанна Кронштадтского и блаженной Ксении Петербургской (иконописцы В. и С. Гук), благоверного великого князя Александра Невского и Иоанна Кронштадтского (2001 год, иконописец Х.Г. Прохорова, Успенский (Блокадный) храм в Санкт-Петербурге; см.: Современная православная икона. 2003. С. 199), многофигурный образ «Собор Санкт-Петербургских святых» письма С.Н. Алёшина (2003, дар Патриарху Алексию II; см.: Там же. С. 223), где представлены благоверный великий князь Александр Невский, преподобный Серафим Вырицкий, Иоанн Кронштадтский и блаженная Ксения, вверху ангелы несут Казанскую икону Божией Матери, которая по традиции считается покровительницей города. Поля иконы обрамлены окладом из серебра с позолотой, перегородчатой эмалью и бериллами (2003 год, ювелир А.Н. Донцов). В Собор новопрославленных Санкт-Петербургских святых на иконе А. Козлова включены Иоанн Кронштадтский, священномученики митрополит Серафим (Чичагов), митрополит Вениамин (Казанский) и протоиерей Иоанн Кочуров. Образ является парным к иконе с изображением преподобного Серафима Вырицкого, святителей Феофана Затворника, Игнатия (Брянчанинова) и протоиерея священномученика Философа Орнатского (Образ Божий. 2009. С. 238).

Написание образа 3 святых Иоаннов - Иоанна Кронштадтского вместе с его небесными покровителями преподобным Иоанном Рильским и апостолом Иоанном Богословом - является закономерностью в развитии иконографии Иоанна Кронштадтского (одна из таких икон находится в Иоанновском монастыре; см.: Св. прав. Иоанн Кронштадтский. 2006. С. 501). Образ святого помещен С. Богатовой в одной из композиций 4-частной иконы (Там же. С. 236), в центре святительского чина, в окружении новопрославленных святых - святого Патриарха Тихона, священномученика Вениамина (Казанского), священномученика Серафима (Чичагова), исповедника Луки (Войно-Ясенецкого) и святого Игнатия (Брянчанинова). Икона выполнена в стиле палехского миниатюрного письма.

Наименее распространенная группа икон Иоанна Кронштадтского - житийные, что объясняется трудоемкостью выполнения таких образов и сложностью формирования иконографии житийного цикла. Одной из первых икон стал образ «Явление Божией Матери праведному Иоанну Кронштадскому» (1998 год, церковь апостола Иоанна Богослова подворья Леушинского монастыря, иконописец священник Николай Груздев). Основой для разработки иконографии послужил образ Пресвятой Богородицы, написанный сестрами Пюхтицкой обители и подаренный Иоанну Кронштадтскому в 1894 году (Шпякина Г.Н., Шемякина С.И. Поездка в Пюхтицкий Успенский женский монастырь: Музей святого праведника отца Иоанна Кронштадтского // СПбЕВ. 2005. Вып. 33. С. 243). Позднее этот извод был взят за основу композиции, созданной сестрами Иоанновского мон-астыря, однако фоном служат не горы и леса близ Пюхтицкой обители, а стены скромной кельи Иоанна Кронштадтского.

В конце 90-х годов XX века выполнена икона, находящаяся в Иоанновском монастыре (Кутейникова. 2005. С. 111). В среднике изображен Иоанн Кронштадтский в рост, в красном подризнике и зеленой фелони, с потиром в руке. Житийный ряд включает 14 клейм: 1. Крещение младенца Иоанна. 2. Явление ангела отроку Иоанну. 3. Обучение в Санкт-Петербургской семинарии. 4. Рукоположение во иерея. 5. Служение Иоанна Кронштадтского в Андреевском соборе Кронштадта. 6. Помощь Иоанна Кронштадтского бедным. 7, 8. Исцеление больных. 9. Благословение монахинь Иоанновского монастыря. 10. Написание Иоанном Кронштадтским богословских трудов. 11. Явление Божией Матери Иоанну Кронштадтскому 12. Погребение Иоанна Кронштадтского 13. Обретение гробницы Иоанна Кронштадтского 14. Прославление Иоанна Кронштадтского Особенностью иконы является совмещение разных стилистических тенденций - символического языка и стремления к реалистической трактовке образа.

Более последовательным в стилистическом решении стал житийный образ Иоанна Кронштадтского, разработанный М. Мещерской под руководством С.И. Голубева в иконописной школе СПбДС в 2003 г. (позднее подарен Патриарху Алексию II). Икона написана в стиле русской иконописи XVI века. Центральный поясной образ Иоанна Кронштадтского в белых ризах, с золотым наперсным крестом и с потиром в руке окружен 14 клеймами, которые в иконографической справке (хранится в музее СПбДА) названы автором таким образом: 1. Рождество Иоанна Кронштадтского 2. Моление Иоанна Кронштадтского о разумении грамоты. 3. Видение Иоанна Кронштадтского во сне Андреевского собора в Кронштадте. 4. Рукоположение Иоанна Кронштадтского во пресвитера. 5. Иоанн Кронштадтский раздает свое имение нищим. 6. Иоанн Кронштадтский обучает детей Закону Божию. 7. Исцеление болящей. 8. Строительство Дома трудолюбия. 9. Общая исповедь в Андреевском соборе. 10. Молитва Иоанна Кронштадтского на литургии. 11. Исцеление бесноватой. 12. Освящение храма во имя 12 апостолов в Иоанновском монастыре в 1902 году 13. Погребение Иоанна Кронштадтского 14. Прославление Иоанна Кронштадтского. В 2007 году выпускницей иконописной школы при МДА С.В. Колотовой написана икона святого с 18 клеймами жития (церковь во имя Иоанна Кронштадтского в Санкт-Петербурге).

Образ Иоанна Кронштадтского с 4 житийными клеймами в обрамлении картушей по углам иконы исполнен в традициях ярославской иконописи в начале 2000-х годов иконописцем С. Гусевым в мастерской «София» в Ярославле. Святой изображен в фелони, с крестом и наградами на груди и с потиром в руке. Над образом Иоанна Кронштадтского - в окружении облаков благословляющий Господь Саваоф в сиянии. Сюжеты житийных клейм (явление ангела отроку Иоанну; труды Иоанна Кронштадтского; проповеди и служение Иоанна Кронштадтского) в основном те же, что и на других иконах. Новой является композиция причащения Иоанну Кронштадтскому умирающего в Ливадии император Александра III (Там же. С. 110).

Для Мемориального музея-квартиры Иоанна Кронштадтского в Кронштадте и для собрания ГМИР в 2005 году Большаковой были написаны житийные иконы святого, сходные по композиции, но отличающиеся по составу клейм. В центральной части - поясной образ Иоанна Кронштадтского в пасхальном облачении, с благословляющей десницей, в левой руке - потир. Житийный цикл иконы из ГМИР состоит из 14 клейм, расположенных в следующем порядке: 1. Крещение младенца Иоанна. 2. Явление ангела отроку Иоанну. 3. Обучение отрока Иоанна в Архангельске. 4. Рукоположение Иоанна Кронштадтского 5. Иоанн Кронштадтский служит литургию в Андреевском соборе. 6. Иоанн Кронштадтский пишет душеполезные книги. 7. Иоанн Кронштадтский раздает милостыню и исцеляет болящих. 8. Общая исповедь в Андреевском соборе. 9. Иоанн Кронштадтский благословляет народ с балкона дома. 10. Основание Дома трудолюбия. 11. Смерть императора Александра III. 12. Путешествие Иоанна Кронштадтского на родину в Суру. 13. Погребение Иоанна Кронштадтского в Иоанновском монастыре. 14. Прославление Иоанна Кронштадтского в лике святых. В житийный ряд иконы из музея-квартиры внесены изменения: в 9-м клейме представлено явление Пресвятой Богородицы Иоанна Кронштадтского; в 10-м клейме показаны Иоанн Кронштадтский и игумен Таисия (Солопова) с Леушинской иконой Божией Матери; в 13-м клейме - Иоанн Кронштадтский с сестрами Вауловского скита. Кроме того, изображения Иоанна Кронштадтского встречаются в клеймах житийных икон других святых, в частности правоверного Алексия Мечёва, старца Московского (2000 год, иконописец Ватагина, церковь святого Николая Чудотворца в Клённиках в Москве).

В последние годы появилось значительное количество образов Иоанна Кронштадтского в монументальных росписях, мозаиках, скульптуре, шитье. В качестве примеров можно упомянуть настенные росписи 1998 года работы Мельничука в нижнем храме преподобного Иоанна Рильского Иоанновского монастыря (Иоанн Кронштадтский изображен в рост, в зеленой фелони, с потиром в руке), роспись 1999 года художника Я.О. Шкандрия в церкви преподобного Максима Грека в Сеуле (Южная Корея; см.: Современная правосл. икона. 2003. С. 285), мозаичные образы на стене Владимирского крепостного собора в Кронштадте (святой в рост, с храмом и развернутым свитком в руках; см.: Крепостной собор Владимирской иконы Божией Матери в Кронштадте: История, возрождение к жизни // СПбЕВ. 2005. Вып. 33. С. 162) и на стене нового храма во имя Иоанна Кронштадтского в Санкт-Петербурге (поясной образ Иоанна Кронштадтского со свитком по типу иконы архимандрита Киприана (Пыжова)).

Одним из наиболее значимых скульптурных образов святого является памятник, установленный в 2008 году в сквере перед Мемориальным музеем-квартирой Иоанна Кронштадтского в Кронштадте (скульптор А.В. Соколов, автор проекта создания мемориальной зоны архитектором Г.Н. Бойко; см.: Там же. С. 204-207). Поясной образ Иоанна Кронштадтского со свитком выполнен О.А. Стенинг-Фронтинской в технике золотного лицевого шитья на хоругви для церкви Казанской иконы Божией Матери (подворье Валаамского монастыря) (Божий храм. СПб., 2009. С. 85).

Иконы Иоанна Кронштадтского получили широкое распространение не только в России, но и за рубежом. Особенно часто они встречаются в православных храмах Финляндии. Один из оригинальных поясных вариантов письма авторитетного в Финляндии иконописца П. Сасаки, японца по происхождению, находится в Линтульском монастыре (1995 год, икона написана к 100-летнему юбилею обители). Иоанн Кронштадтский показан со свитком, поднятым вверх по типу древних пророческих изводов, в 2 медальонах помещены миниатюрные оплечные образы Спасителя и Богородицы. Другой необычный образ святого, обращенного к благословляющей его Богородице в облаках, с изображением на фоне обители в горах, вероятно, является интерпретацией сюжета «Явление Божией Матери правоверному Иоанну Кронштадтскому» (написан учеником иконописной школы в Нововалаамском монастыре в Финляндии). На фресках иконостаса церкви во имя Иоанна Кронштадтского в Гамбурге (Германия) помещен образ святого с 6 клеймами жития (2007-2008 годы, иконописец А.В. Зданович, руководил А.Н. Солдатов).

Таким образом, в современой иконографии Иоанна Кронштадтского можно отметить следующие тенденции. В редких случаях за основу композиции избирается определенное прижизненное изображение (фотография, портрет), как правило, это собирательный образ. Требование сходства с реальным лицом привело к появлению большого количества изображений в живописно-реалистической манере. Повсеместное почитание святого стало причиной значительного разнообразия стилей, манер и техник исполнения образов. Наиболее распространенным иконографическим изводом является поясной прямоличный образ с богослужебными атрибутами - потиром, Евангелием. На иконах Иоанна Кронштадтского, прославленного в РПЦ в чине праведника, прослеживаются иконографические признаки святительского чина, чина преподобных, праведников, существуют отдельные примеры изображения атрибутов пророков. Такая широкая трактовка образа Иоанна Кронштадтского оправдана особенностями его личности и подвижнического служения.

Дополнительная литература: 

Духовные светочи России. С. 252-253. Кат. 231-233;

Обретение портрета: Св. прав. Иоанн Кронштадтский: Кат. выст. М., 2001;

Современная правосл. икона: Альбом. СПб., 2003; Кутейникова Н. C. Иконописание России 2-й пол. XX в. СПб., 20052. С. 98-112;

СПбЕВ. 2005. Вып. 33: [Юб. вып. к 300-летию основания г. Кронштадта];

Образ Божий: Икона, стенопись, мозаика. СПб., 2009.

Иллюстрации:

Прав. Иоанн Кронштадтский. Офорт В. А. Боброва. 1900 г. (ГИМ);

Прав. Иоанн Кронштадтский с сестрами Анной и Дарьей. Фотография. 1900 г. (РГБ);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Фотография. 70-е гг. XIX в. (РГБИ);

«Отец Иоанн Сергиев Кронштадтский на молебне о здравии болящего». Хромолитография П. П. Щеглова. 1893 г. (ГИМ);

«Отец Иоанн Ильич Сергиев Кронштадтский, посещающий болящую». Хромолитография И. и В. Морозовых. 1892 г. (ГИМ);

Прав. Иоанн Кронштадский. Литография. 1892 г. (ГИМ);

Дом трудолюбия в Кронштадте. 1882 г. Архитекторы В. О. Титов, А. Я. Силин. Репродукция с рисунка нач. XX в. (РГБ);

Прав. Иоанн Кронштадтский и иером. Геннадий из Задне-Никифоровской пуст. в Олонецкой губ. Фотография П. П. Шаумана. 1891 г. (РГБ);

Прав. Иоанн Кронштадтский на прогулке по родным местам. Фотография П. П. Шаумана. 1891 г. (РГБ);

Прав. Иоанн Кронштадтский с супругой. Фрагмент фотографии К. Буллы. Нач. XX в. (ЦГА кинофотодокументов С.-Петербурга);

Прав. Иоанн Кронштадтский с семьей. Фотография К. Буллы. Нач. XX в. (ЦГА кинофотодокументов С.-Петербурга);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Фотография. 1906 г. (РГБ);

Иоанновский мон-рь на Карповке в С.-Петербурге. Фотография. 2007 г.;

Надгробие над мощами прав. Иоанна Кронштадского в Иоанновском мон-ре в С.-Петербурге. Фотография. 2007 г.;

Прав. Иоанн Кронштадтский. Акварель. Кон. XIX в. (Иоанновский мон-рь, С.-Петербург);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Хромолитография Штадлера и Паттинота. 1890 г. (РГБ);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Фотография. Нач. XX в. (ЦГА кинофотодокументов С.-Петербурга);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Икона. 2004 г. Иконописец Г. В. Гашев (собор ап. Андрея Первозванного, С.-Петербург);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Икона. Кон. XX в. Иконописец А. Б. Прокофьева (Иоанновский мон-рь, С.-Петербург);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Фотография П. П. Шаумана. 1907 г. (РГБ);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Портрет. Худож. М. В. Брянский. 1891 г. (Иоанновский мон-рь, С.-Петербург);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Портрет. Худож. П. Н. Троянский. 1910 г. (ГМИР);

Проповедь прав. Иоанна Кронштадтского. Худож. М. Альгейм. 1904 г. (Митрополичьи палаты ТСЛ);

«Во свете Твоем узрим свет». Хромолитография. 1901 г. Мастер Э. И. Маркус по рис. Н. Н. Каразина (ГИМ).

Прав. Иоанн Кронштадтский. Икона. 1964 г. Иконописец архим. Киприан (Пыжов) (собор в честь иконы Божией Матери «Знамение» в Нью-Йорке);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Икона. 1999 г. Иконописец С. Е. Большакова (Мемориальный музей-квартира прав. Иоанна Кронштадтского в Кронштадте);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Икона. 2008 г. (ц. ап. Иоанна Богослова подворья Леушинского мон-ря);

Явление Божией Матери прав. Иоанну Кронштадского. Икона. 1998 г. Иконописец свящ. Николай Груздев (ц. ап. Иоанна Богослова подворья Леушинского мон-ря);

Прав. Иоанн Кронштадтский, с житием. Икона. Кон. 90-х гг. XX в. (Иоанновский мон-рь, С.-Петербург);

Прав. Иоанн Кронштадтский. Роспись ц. прп. Максима Грека в Сеуле. 1999 г. Мастер Я. О. Шкандрий;

Прав. Иоанн Кронштадтский. Икона. 1999 г. Иконописец С. Е. Большакова (Мемориальный музей-квартира прав. Иоанна Кронштадтского в Кронштадте).

 

© Православная энциклопедия

i200.jpg
i200 (1).jpg
i200 (2).jpg
i200 (3).jpg
i200 (4).jpg
i200 (5).jpg
i200 (20).jpg
i200 (21).jpg
i200 (22).jpg
i200 (23).jpg
i200 (24).jpg
i200 (25).jpg
i200 (26).jpg
i200 (27).jpg
i200 (28).jpg
i200 (29).jpg
i200 (30).jpg
i200 (19).jpg
i200 (18).jpg
i200 (17).jpg
i200 (16).jpg
i200 (15).jpg
i200 (14).jpg
i200 (13).jpg
i200 (12).jpg
i200 (11).jpg
i200 (10).jpg
i200 (9).jpg
i200 (8).jpg
i200 (7).jpg
i200 (6).jpg
Литература
  • Киценко Н. Святой нашего времени: О. Иоанн Кронштадтский и рус. народ. М., 2006
  • Сухова Н.Ю. Высшая духовная школа в период обучения св. прав. Иоанна Кронштадтского // ЕжБК. 2009. Т. 1. С. 357-364
  • Скурат К.Е. Святой праведный Иоанн Кронштадтский // Он же. Русские святые - их наставления. Яхрома - Троицкий собор, 2009. С. 247-831
  • Модестов. О. Иоанн Кронштадтский и иерей Евгений Модестов // Правосл. жизнь. Б. г., б. м.
  • Кронштадтский пастырь: Церк.-ист. альм. Вып. 2 (в печати)

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты