ИНДОНЕЗИЯ (XVI - НАЧ. ХХ В.)

0 комментариев

Ч. 3. Индонезия в XVI - нач. ХХ вв. Ссылки на остальные части - см. в конце статьи. Библиография - см. ст. Индонезия (XXI в.).

Установление влияния в И. нидерландской Ост-Индской компании

В 1590-х в И. появились голландцы и англичане (экспедиции Дж. Ланкастера в 1591 и 1601, К. ван Хаутмана в 1595 и 1598, Якоба ван Нека в 1599). В 1602 голландцы создали Ост-Индскую компанию (ОИК, см. Нидерландская Ост-Индская компания), которая начала борьбу за господство на островах. В 1609 они вытеснили португальцев с Молукк, а в 1641 заняли Малакку. Под натиском Нидерландов португальцы потеряли все свои владения в И. за исключением Вост. Тимора.

В 1619 голландцем Яном Питерсзоном Куном (1587—1629) на территории Бантена был основан первый голландский форт на Яве. Выросший вокруг него город Батавия (совр. Джакарта) стал столицей быстро расширявшихся голландских колониальных владений в Индонезии — Нидерландской Индии.

Уйти с архипелага вскоре после этого оказались вынуждены и англичане. Соперничество с ними было чрезвычайно жестким. 10 марта 1623 голландцы обвинили служащих британской фактории на Амбоне во главе с капитаном Тауэрсоном в подготовке заговора, схватили их и казнили после мучительных пыток. Это было сделано для установления полной монополии на торговлю пряностями и предотвращения усиления соперников на Молуккских о-вах. После этого англичане постепенно уступали свои позиции в И.: в 1624 они покинули Батавию, а в 1684 — попавший под голландское влияние Бантен. Последнее владение англичан в И., Бенкулен, было передано Нидерландам в 1824 в обмен на Малакку.

После основания Батавии Бантен вел длительную борьбу с нидерландской ОИК. Их отношения особенно обострились при султане Агунге Абдулфатахе (1650—1682). Поддержав сына Абдулфатаха — Абдулкахара в междоусобной войне с отцом, голландцы в 1654 добились права на торговую монополию в Бантене и его отказа от притязаний на Черибон. В 1752 султан Зайнал Ашикин (1753—1777) признал сюзеренитет компании и передал ей владения в Лампонге.

Султан Матарама Агунг, осознав опасность со стороны голландцев, неоднократно (в 1620, 1621, 1628, 1629) пытался захватить Батавию. Но ни прямые атаки, ни осада города, ни хитрость (проникновение в город на корабле яванских воинов под видом торговцев рисом) не привели к успеху: голландский флот имел преимущество, а у матарамцев даже не было артиллерии. Потерпев ряд неудач, султан Агунг приобрел пушки у португальцев в Малакке и с помощью судостроителей со всей Явы вскоре создал огромный «москитный флот» из небольших, но быстрых и маневренных военных кораблей. В 1630—1634 он дезорганизовал морскую торговлю нидерландской ОИК, отваживаясь нападать даже на одиночные крупные корабли голландцев. Хотя Агунгу так и не удалось взять Батавию, но терпевшие огромные убытки от нападений матарамцев на море представители ОИК были вынуждены преподнести султану богатые дары и признать в 1634 зависимость Батавии от Матарама.

Усилению влияния ОИК на Яве способствовали внутренние междоусобицы. В 1674 здесь вспыхнуло восстание против власти Матарама, возглавленное мадурским вельможей Трунаджаей. Султан Матарама Амангкурат II (1677—1703) был вынужден обратиться к голландцам за помощью в подавлении мятежа. За это султан предоставил ОИК ряд торговых льгот и передал порт Семаранг. Последующие смуты: восстания Сурапати (1688—1703), яванских китайцев (1740—1743) и войны за престолонаследие (1704—1708, 1719—1723, 1749—1755) — привели к захвату голландцами в 1743 части территории Матарама (северного побережья Явы и Мадуры). Оставшиеся земли султаната, по договору 1755 в Гианти, разделили на два государства: Суракарту и Джокьякарту, которые признали сюзеренитет ОИК. Первым правителем Джокьякарты стал дядя последнего султана Матарама Мангкубуми с титулом Хаменгкубувоно (его до сих пор носят джокьякартские султаны). Династия правителей Суракарты, носивших титул Пакубувоно, возводила свой род к принцу Пугеру (Пакубувону I) — младшему сыну султана Матарама Амангкурата I (1646—1677). Династия Пакубувоно оставалась на престоле до мая 1946, когда Пакубувоно XII отрекся от трона и передал власть в Суракарте правительству И.

В XVII в. нидерландская ОИК вытеснила испанцев с Тидоре и принудила в 1667 местного султана подписать договор о вассальной зависимости. В 1680 голландцы возвели на престол своего ставленника, окончательно подчинив остров.

Проникновение голландцев на Тернате началось в начале XVII в. ОИК установила здесь монополию на торговлю пряностями, постепенно лишив правителей Тернате власти над большей частью зависимых островов. Население султаната заставляли разводить приносившие огромные прибыли пряности. Это неоднократно приводило к восстаниям (крупнейшее — в 1650—1656). В 1683 местный султан был вынужден признать себя вассалом ОИК, в XVIII в. в сельском хозяйстве этих остров начали вводить удобную для голландцев систему монокультур. В 1866 правительство Нидерландов превратило Тернате в резидентство, куда включили и Тидоре.

В 1609 ОИК основала факторию на Южн. Сулавеси. Используя внутренние раздоры в Гова-Талло (старое соперничество с бугийским княжеством Боне), ее войска под командованием будущего генерал-губернатора Нидерландской Индии Корнелиса Спелмана в союзе с восставшим князем Боне Ару Палаккой в ходе Макасарской войны 1666—1669 нанесли ряд поражений султану Гова-Талло — Хасануддину. В 1667 он был вынужден подписать так называемый Бонгайский трактат, по которому бугийские княжества получали независимость. Гова-Талло отказывалось от притязаний на Минахасу и Бутунг, а также передавало голландцам форт в Макасаре. Макасарская война окончательно подорвала политическую мощь Гова-Талло, что открыло путь для усиления Боне. При поддержке ОИК его правитель Арунг Палакка (1635—1696) распространил свою власть на всю территорию Южн. Сулавеси (Мандар, Лаву, Гова, Вайо). В последующие годы в Боне усилилось влияние голландцев, которые к 1859 установили над ним полный контроль.

Малаккский султанат Джохор являлся союзником голландцев в борьбе с Аче в 1-й половине XVII в. Позднее он безуспешно пытался бороться с торговой монополией ОИК. В 1699 старая джохорская династия пресеклась. Представители новой в 1755—1757 попытались опираться на ОИК в борьбе с захватившими реальную власть в султанате воинственными кланами бугов. В результате голландцы получили монополию на торговлю малайским оловом, но джохорские султаны так и не вернули свое политическое влияние. Объявленная бугскими князьями в 1783 «священная война» против ОИК закончилась в 1784 поражением Джохора и окончательным признанием его вассальной зависимости. По англо-голландскому договору 1824 Джохор перешел под контроль Великобритании.

ОИК использовала индонезийскую знать в качестве звена колониальной администрации. Принудительные поставки традиционных культур (в первую очередь специй) и внедрение новых (например, кофе на Яве в XVIII в., сахарного тростника, хлопка, индиго) приносили голландцам огромные доходы. Но это часто вело к голоду и массовому недовольству населения, вынужденного приспосабливать свое хозяйство к изменениям спроса в Европе: в середине XVII — середине XVIII в. неоднократно вспыхивали народные восстания. В ходе подавления волнений среди китайского населения в Батавии в сентябре 1740 погибли около 10 тыс. человек. Генерал-губернатор Адриан Валкенир (1737—1741) позже был отозван в Нидерланды по обвинению в преступлениях, связанных с этой резней. В 1799 разорившаяся нидерландская ОИК была упразднена, ее владения перешли к Батавской республике.

В 1811 в ходе Наполеоновских войн ост-индские владения Нидерландов, оказавшихся под властью Франции, были захвачены силами английской Ост-Индской компании. При губернаторе Т. Раффлсе (1811—1816) права местных султанов были значительно ограничены. Оккупировав Яву, англичане вынудили правителя Бантена Мухаммада передать им власть в этом султанате.

Нидерландская Индия в XIX — начале XX в.

К 1816 Нидерландам возвратили их владения в И., но при этом Бантен не был возрожден как государство. В том же году голландцы лишили султана Джокьякарты права сбора базарных, транспортных и иных пошлин и передали его на откуп китайским ростовщикам. Вместе с тем еще с начала XIX в. колониальная администрация вмешивалась и во внутренние дела султаната. В 1808 ему были навязаны «новые правила этикета и церемониала», подрывавшие веками сохранявшийся культ дева-раджи (бога-царя), разрушавшие культурные ценности и привычный образ жизни. Засухи начала 1820-х усугубили хозяйственный кризис и усилили недовольство происходившими в Джокьякарте переменами. Все это привело к восстанию под руководством принца из местного султанского рода Дипонегоро (1785—1855), известному также как Яванское восстание 1825—1830.

Дипонегоро, старший сын султана Хаменгкубувоно III, за антиголландские настроения был лишен права занять трон. В 1822 он отказался стать членом опекунского совета при малолетнем правителе-племяннике Хаменгкубувоно V, покинул Джокьякарту и обосновался в Тегалреджо. Попытка проведения независимой политики привела к конфликту с голландцами, в 1825 переросшему в открытую войну. Пользуясь недовольством голландцами и распространившимися в народе мессианскими настроениями, Дипонегоро смог сплотить вокруг себя часть знати, привлек на свою сторону крестьян и провозгласил борьбу за защиту ислама. Нидерландские колониальные власти с трудом справились с этим движением, во многом лишь благодаря существовавшим между лидерами восстания противоречиям. Постепенно волна народных выступлений утихла, а сам Дипонегоро в 1830 во время очередных переговоров с голландцами о своем признании султаном был арестован, а затем в 1834 вместе с семьей сослан в Макасар. В ссылке он написал воспоминания о Яванском восстании — ценный источник по истории и культуре острова конца XVIII — начала XIX в.

Социальная напряженность, вызванная недовольством действиями колониальной администрации, приводила к протестным движениям и в других частях И. На Южн. Молукках в 1817 вспыхнуло восстание под руководством Томаса Матулесси. Оно было спровоцировано введенной еще в XVII в. практикой «хонгитохт» — карательных экспедиций, предпринимавшихся голландцами на Молуккских о-вах. В ходе них вырубались посадки мускатного ореха и гвоздики для поддержания монополии на торговлю пряностями (отдельные их виды должны были выращиваться лишь на определенных островах), а нарушавшие ее деревни наказывались. 15 мая 1817 повстанцы захватили крепость Дюрстеде на о. Сапаруа близ Амбона и вырезали яванско-голландский гарнизон. Были уничтожены военные посты голландцев и сожжены их фактории. Лишь в ноябре властям, стянувшим на Молукки значительные войска, удалось разбить восстание. Его предводителя казнили. Тем не менее, практика «хонгитохт» после этих событий была отменена.

На юге Суматры военные экспедиции 1812—1825 привели к подчинению султаната Палембанга. А в западной части острова в 1821—1837 голландцы столкнулись с восстанием народа минангкабау, получившим название «Война падри» (от названия порта Педири на Сев. Суматре, откуда шел поток паломников в Мекку). Волнения начались еще в 1803 с выступлений мусульманских богословов и хаджи — последователей ваххабизма — против принятой по местному обычному праву (адату) передачи власти и имущества по материнской линии. Главным защитником адата являлась родоплеменная знать. Его противники под лозунгами утверждения шариата и «чистоты ислама» требовали лишить адатных старейшин прежних привилегий, особенно имущественных, дать простор товарно-денежным отношениям, частной собственности и инициативе. По мере вовлечения голландцев в эту борьбу на стороне старейшин, она переросла в национально-освободительное движение. Знать, защищавшая адат, признала суверенитет Нидерландов над значительной частью территории, населенной минангкабау (договор 1821). Противники адатной партии во главе с Имам Бонджолом попытались создать независимое мусульманское государство. В 1837, когда Имам Бонджол был взят в голландцами плен, сопротивление минангкабау пошло на убыль, но волнения в отдельных местах продолжались до 1847.

Опасаясь подчинения «неосвоенных» районов Нусантары англичанами и американцами, колониальная администрация решила в 1850-е продолжить экспансию в еще не подчиненные уголки региона, длившуюся вплоть до начала Первой мировой войны. В 1851 началось покорение голландцами Зап. Калимантана, в 1857, после кровопролитной войны, был упразднен расположенный на юге острова султанат Банджармасин. В 1858—1859 шла война против бугского султаната Боне на Сулавеси. В итоге часть его земель перешла под прямое управление голландцев, а правитель оставшихся признал зависимость от Нидерландов.

Еще раньше, в 1830, генерал-губернатор Нидерландской Индии Иоханнес ван ден Бос (1830—1833, после возвращения в Нидерланды в 1834—1840 — министр колоний) ввел так называемую систему «принудительных культур», просуществовавшую до 1870. Все «туземцы», занимавшиеся земледелием, должны были выделить часть (не более 1/5) обрабатываемой площади для возделывания экспортных культур (кофе, сахарный тростник, индиго, табак и др.) и сдавать их властям по низким ценам. Для крестьян это означало сокращение посевных площадей под рис — основной продукт питания — и изнурительный почти бесплатный труд на плантациях. Нередко они восставали, наносили урон плантациям, поджигали дома их хозяев, убегали в джунгли.

Один из чиновников колониальной администрации Эдуард Дауэс Деккер (1820—1887), проработав в Нидерландской Индии около 18 лет, после возвращения в Голландию в 1857 написал под псевдонимом Мультатули (от латинского «я много страдал») роман «Макс Хавелар, или Кофейные аукционы Нидерландского торгового общества» (1859, русский перевод 1925). В нем он ярко описал жестокую эксплуатацию индонезийцев. Роман получил широкую известность в Нидерландах и послужил там началом кампании за отмену системы принудительных культур. Под ее влиянием систему принудительных культур в 1870 отменили (сохранив лишь в отношении кофе, доходы от которого продолжали расти). Позже, в конце XIX — начале ХХ в. колониальная администрация начала проводить «этический курс», предполагавший создание современной инфраструктуры, коммуникаций, образования (особенно профессионально-технического), здравоохранения, кредита, систем ирригации, а также децентрализацию и дебюрократизацию управления экономикой Нидерландской Индией.

В 1873 началось подчинение расположенного на севере Суматры Аче — «Ачехская война», затянувшаяся до 1913 (основные военные действия закончились в 1904). Задолго до ее начала голландцы, заключая соглашения с зависимыми от Аче княжествами, серьезно подорвали торговую монополию этого султаната. Англо-голландский договор 1824 защищал суверенитет Аче, но к 1870-м британская политика в регионе изменилась, и в 1871 между Британией и Нидерландами был подписан Суматранский трактат, в соответствии с которым весь остров входил в сферу влияния голландцев. Война началась с предъявления голландцами в марте 1873 ультиматума о признании султаном Аче сюзеренитета Нидерландов.

На первом этапе войны (1873—1880) сопротивлением голландцам руководили представители обладавшей обширными владениями влиятельной знати: улубаланги и имамы в Великом Аче, раджи в зависимых от него княжествах побережья. После падения столицы султаната Кутараджи в январе 1874 усилия местной аристократии свелись в основном к защите собственных владений и привилегий. К 1880 большая часть знати столичного домена и оккупированных областей заключила соглашения с колониальной администрацией. При этом уже с 1876 антиголландские выступления крестьян приобрели массовый характер.

На втором, заключительном этапе войны (1881—1903) борьбу против власти Нидерландов возглавили представители духовенства и деревенской верхушки, объединившие крестьян под лозунгами джихада. Один из лидеров сопротивления улама Мохаммад Саман в начале 1880-х благодаря успешному применению тактики партизанской войны основал в районе Великого Аче теократическое государство, впрочем, сохранившее на подчиненных ему территориях власть прежних землевладельцев, власть которых была ограничена поставленными над ними духовными лидерами — улама. Оно просуществовало 15 лет, однако местное духовенство вскоре переродилось в новую владетельную знать, а попытки перенаправить недовольство ею крестьян в русло борьбы с «неверными» не были успешны, что подорвало созданное Мохаммадом Саманом государство изнутри. В государственном объединении, созданном в то же время на западном побережье Аче деревенским старостой Теуку Умаром, жестко ограничили власть вождей, но при этом там отсутствовало центральное управление, а отношения с государством Самана были враждебными. К 1896—1897 в ходе успешных военных кампаний голландцы захватили основные центры Великого Аче. В 1903 султан согласился на включение Аче в состав Нидерландской Индии, но отдельные аческие партизанские отряды продолжали действовать вплоть до 1913.

В своих попытках противостоять Нидерландам султанат Аче, ища помощь у других государств, неоднократно (1873, 1879, 1904) обращался и к Российской империи с просьбой о поддержке, а затем о принятии его владений под свое покровительство. Ачесцы действовали как через русские посольства и консульства в других странах, так и через капитана клипера «Всадник» А. П. Новосильского, на несколько часов заходившего в порт Пинанг на Малаккском п-ове. Россия отвергла просьбы Аче, так как подобный шаг привел бы к осложнениям отношений с Нидерландами.

Эти дипломатические усилия Аче во многом были связаны с усилением позиций Российской империи в бассейне Тихого океана во 2-й половине XIX в. С 1850-х русские эскадры во время своих плаваний заходили в порты Нусантары (в первую очередь — Явы). Экзотический растительный и животный мир, многообразие культурных традиций вызывали в России интерес к далекой нидерландской Ост-Индии.

В 1885 с целью развития прямых (а не идущих через метрополию) торговых связей с Нидерландской Индией в Батавии было открыто российское внештатное вице-консульство, в 1893 было решено открыть штатное консульство. Первым и единственным его консулом стал в 1894—1899 М. М. Бакунин, позднее опубликовавший записки о своем пребывании в И. За это время стало ясно, что перспективы развития торговых отношений с Нусантарой эфемерны, а импорт поставляемого туда из России керосина падает. В 1899 российское консульство вновь сделали внештатным, а в 1913 — закрыли. Дипломатические отношения с И. были вновь установлены лишь после Второй мировой войны.

Тем не менее, за время активизации отношений с Нидерландской Индией в конце XIX — начале XX в. в ней успели побывать ряд российских ученых (в первую очередь зоологов и ботаников, которых привлекал созданный колониальной администрацией ботанический сад в Бейтензорге на Яве), путешественников, а также горные инженеры и другие специалисты, занятые в разведке, добыче и переработке нефти на Суматре и Калимантане.

На рубеже XIX и XX вв. начался подъем освободительного движения. Его предвестницей стала индонезийская просветительница Раден Адженг Картини (1879—1904). Она выступала против старых порядков и обычаев, добивалась эмансипации женщин, считала просвещение главным фактором развития индонезийской нации, протестовала против бесправия индонезийцев и их угнетения колониальной администрацией. Ратуя за овладение передовой европейской культурой, Раден Адженг Картини в то же время призывала ценить свое культурное наследие и не терять национальный характер. Многие участники освободительного движения испытали определенное влияние ее идей.

Первый профсоюз в И. был образован в 1905 и сплотил железнодорожных служащих, вскоре появились объединения рабочих в других сферах. Начало XX в. ознаменовалось также массовыми крестьянскими выступлениями (на Яве и в других регионах), многие из которых возглавили общественные деятели: Ч. Мангункусомо (1896—1943), У. С. Чокроаминото (1883—1934) и др.

В начале XX в. в И. возникли первые национальные организации: «Буди утомо» (1908, основатель Вахидин Судирохусодо) и «Сарекат ислам» (1911—1912). Они критиковали колониальные порядки, а также «греховный» иностранный капитал, требовали создания парламента (как шага к самоуправлению) и обеспечения равенства индонезийцев с европейцами. Социально-миссионерская направленность «Сарекат ислама» была подхвачена неполитической модернистско-исламской организацией «Мухаммадья» (1912, основатель Х. А. Дахлан), ряды которой неуклонно росли, особенно быстро на Центральной Яве и Суматре.

Созданная в 1912 метисами-«индоевропейцами» (или «индо» — детьми от браков европейцев с местными жительницами) и некоторыми представителями индонезийской интеллигенции Индийская партия (первая политическая партия в И.) во главе с Дауэсом Деккером, дальним родственником Мультатули, выступила с общеиндонезийских позиций и впервые поставила вопрос о независимости страны. Колониальные власти вынудили ее самораспуститься, а в 1913 лидеров партии выслали из страны. Выдвинутые Индийской партией лозунги независимости, национального и государственного единства И. оказали большое влияние на все дальнейшее развитие национально-освободительного движения.

В 1914 образовался Индийский социал-демократический союз — первая социал-демократическая организация в Азии. Ее членами были видные деятели освободительного движения Тан Малака (1897—1949), Хенк Сневлит (1883—1942), Семаун (1899—1971) и Дарсоно (1893—1976).

57.jpg
Портрет принца Дипонегоро. 1835
58.jpg
Раден Адженг Картини
Смежные статьи

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты