ИНДИЯ (XVI - XVIIIВ.)

0 комментариев

Ч. 5. Индия в XVI - XVIII вв. Ссылки на другие части - см. в конце статьи. Библиография - см. ст. Индия (XVIII в. - нач. XX в.).

Империя Великих Моголов (1526—1707, формально до 1858)

Сложившаяся в начале XVI в. ситуация на севере И. способствовала успеху правителя Кабула Захир-ад-дина Бабура. Не сумев отстоять власть в вотчине Тимуридов — Центральной Азии, Бабур был вытеснен в Афганистан, откуда и предпринял поход в И. Он сравнительно легко разгромил армию последнего делийского султана в сражении при Панипате (к северу от Дели) 21 апреля 1526, занял Дели и основал новое государство. Все свое недолгое правление Бабур (1526—1530) утверждал свою власть в Северной И. Происходящая от него династия в европейской литературе получила название Великих Моголов и создала Могольскую империю — наиболее могущественное индийское государство в доколониальный период.

6 падишахов этой державы вполне заслуживали титула Великие Моголы: Бабур, Хумаюн (1530—1540, 1555—1556), Акбар (1556—1605), Джахангир (1605—1627), Шах Джахан (1628—1658) и Аурангзеб (1658—1707). Хумаюн правил с перерывом в 15 лет. В эти годы власть в Дели захватил афганский род Сур, наиболее яркий представитель которого Шер-шах успел провести несколько административных и налоговых реформ, значительно укрепивших государство. Вернувшийся на престол после смерти Шер-шаха Хумаюн и его сын Акбар во многом продолжили мероприятия Суров.

Подлинным создателем империи — ее административного устройства, прочной системы управления и налогообложения, структуры армии, атмосферы единства государства, опиравшегося на все слои имущего населения — явился Акбар. Он существенно расширил державу, завоевав Гуджарат, Бенгалию, Синд, Белуджистан, Кашмир, значительную часть Афганистана (Кабул и Кандагар), Малву, Хандеш, Джаунпур, Ориссу, бóльшую часть Ахмаднагара. Ему удалось установить нормальные, дружеские отношения с большинством раджпутских князей, которые стали верной опорой падишаха. Этому способствовала религиозная политика Акбара, направленная на консолидацию всех конфессий.

Империя делилась на 15 провинций (суба), те — на саркары. Еще более мелкими административными единицами считались паргана — крупные сельские общины во главе со своими вождями. Была упорядочена система государственной службы (мансабдари). Военачальники и чиновники были разделены на 33 ранга, или чина (зат), называвшихся по числу всадников, которых символически обязан был содержать каждый служащий империи. Ранги имели градацию от «десятитысячника» до «десяцкого». В соответствии с чином служащий (мансабдар) получал определенное жалование, которое могло выдаваться из казны, или же в виде пожалования права на сбор налога с соответствующей территории (джагир). Владельцев джагиров называли джагирдарами. Акбар старался не раздавать джагиры, сохранять большую часть земли в ведении налогового ведомства и переводить мансабдаров на денежное довольствие. Позже его потомки Джахангир и Шах Джахан выдавали джагиры более свободно. Джагирдары обязаны были содержать воинские отряды (меньшие по численности, чем их чины), которые в сумме составляли большую часть имперской армии.

Впервые в И. появилась четкая система налогов. Они фиксировались в денежном выражении на уровне трети от средней стоимости урожая за 10 лет. Правда, на окраинах империи сохранялись более примитивные системы: уплата доли урожая или определение размера налога методом «оценки» (насак). Упорядоченность системы сбора налогов позволяла Акбару содержать большую армию, вести завоевательные походы и значительные строительные работы, но в то же время не разорять страну. В дальнейшем, хотя налоги повышались, вводились новые и экономическое состояние страны ухудшалось, все же система Акбара сохранялась как основа налогообложения.

Религиозная политика Акбара была примером веротерпимости. Он стремился преодолеть враждебность между индусами и мусульманами, создать атмосферу уважения к чуждым мусульманам религиозным воззрениям, превратить верхи индусской общины, брахманов и раджпутов, в социальную опору власти. Превалировали при этом политические задачи, но играли роль и собственные религиозные искания Акбара. Он официально провозгласил политику веротерпимости (солх-и-кул). Раджпуты и брахманы стали непременной составной частью двора. Поощрялось изучение индуистских культов, было разрешено строительство индусских храмов, проведение индусских празднеств. В 1562—1564 отменили налог на индусских паломников и джизью — подушную подать с немусульман. Был запрещен убой священных для индусов коров. В 1579 Акбар объявил себя высшим авторитетом в вопросах ислама, а затем основал новую религию Дин-и-иллахи («Божественная вера»), в догматах которой сочетались черты многих религий. Однако это начинание падишаха не имело успеха.

Сын Акбара Джахангир с определенным успехом продолжал завоевательную политику отца. Но он мало занимался государственными делами, больше любил удовольствия и гаремные утехи. Образ жизни Джахангира вызвал недовольство знати, которым воспользовался его сын. Свергнув отца, он стал следующим падишахом под именем Шах Джахан. При нем Моголы присоединили к своим владениям остатки султаната Ахмаднагар и поставили под контроль Биджапур и Голконду. Это было самое благоприятное для империи время. Ко времени правления Шах Джахана относятся наиболее значительные архитектурные памятники, в том числе Тадж-Махал — мавзолей любимой жены Шах Джахана, где впоследствии был похоронен и он сам. В сентябре 1657 Шах Джахан заболел, и началась война между его сыновьями за престол.

Верх в этой войне одержал младший сын Аурангзеб. Он был фанатично религиозен, читал только научную и теологическую литературу, не любил поэзию, изобразительные искусства, ненавидел музыку, вел аскетический образ жизни, не позволял себе никаких развлечений, выполнял все предписания религии, лично переписывал Коран и гордился тем, что тратит на себя только то, что зарабатывает, продавая экземпляры Корана на базаре. Империя при Аурангзебе расширилась, охватив почти весь субконтинент и значительную часть Афганистана. Однако к концу его правления Могольская империя начала распадаться.

Аурангзеб поставил перед собой невыполнимую задачу: превратить И. в дар-уль-ислам, «страну ислама». Для этого нужно было, прибегая к насилию или экономическому принуждению заставить индусов переходить в «истинную веру». Индусские торговцы облагались высокой пошлиной, в то время как мусульманские от нее освобождались. Было приказано приступить к уничтожению брахманских школ и индусских храмов. Притесняли даже тех индусов, что служили в административном аппарате, хотя без них империя обойтись не могла. В 1695 индусам, кроме раджпутов, было запрещено передвигаться в паланкинах, ездить на слонах и чистокровных лошадях, носить оружие.

Результатом стал ряд мятежей и войн. В 1669 начались восстания касты джатов в окрестностях столиц — Дели и Агры. В 1671 в Бунделкханде взбунтовался Чхатрасал, вождь раджпутского клана бунделов. Мирные отношения между Моголами и княжествами Раджпутаны, установившиеся при Акбаре и Джахангире, были нарушены. Начались военные действия против Марвара и Мевара.

Но наиболее опасными для будущего империи оказались движения сикхов в Панджабе и маратхов в Махараштре. Одна из сект направления бхакти, последователи гуру Нанака (1469—1539), образовала религиозную общину. Первоначально это была мирная секта, привлекавшая мелкий городской люд. Затем большинство в общине стали составлять сельские жители, прежде всего из землевладельческой касты джатов, и она значительно разрослась численно. Секта была организована по образцу суфийских орденов. Во главе стоял гуру («учитель»), остальные были его «учениками» (сикхами).

Сикхи учили, что Бог един, не имеет формы и имени, что в мире борются светлые и темные силы и преодолеть последние можно путем самоусовершенствования, ведя благочестивую, умеренную жизнь. Сикхи решительно отвергали аскетизм как путь к спасению. Но им запрещалось употребление алкогольных напитков и табака. Спасение, по учению сикхов, доступно всем, вне зависимости от касты. Более того, они боролись с кастовыми предрассудками, принимали в свою среду всех желающих и устраивали совместные обеды, чтобы подчеркнуть, что не признают возможности ритуального осквернения одной касты другой. Основным объектом поклонения стала «Ади-Грантх» («Первоначальная книга»), или «Грантх сахиб» («Господин-книга»), составленная из гимнов и стихов нескольких гуру.

Территория, контролируемая сикхами, постепенно обретала подобие государственности: гуру назначали в районы своих наместников, в обязанности которых входил сбор взносов и пожертвований в общую казну. Сикхи создали свое правительство и собственную армию. Начались преследования секты со стороны Моголов, но они так и не смогли снова поставить Панджаб под контроль. Десятый гуру Говинд Сингх (1675—1708) в 1699 произвел реформу, упразднившую пост гуру, до этого передававшийся по наследству. Говинд Сингх остался военным руководителем, но заявил, что руководство религиозными делами переходит ко всей общине, которая была названа хальсой («общиной чистых»). Сикхи вступали в общину после обряда окропления водой, взболтанной кинжалом. Им предписывался образ жизни раджпутов, воинской касты. Таким образом, вся деятельность общины была подчинена задаче военного противостояния Моголам.

В Махараштре значительной властью пользовались местные вожди, имевшие свои замки и крепости, претендовавшие на статус кшатриев и усвоившие образ жизни, аналогичный раджпутскому в Сев. И. Главной их опорой служила доминирующая земледельческая и землевладельческая каста кунби, за которой нередко шли и остальные жители деревень. Один из вождей, Шиваджи из рода Бхонсле, был особенно удачлив. Он захватил несколько важных крепостей и дважды нанес поражения большим биджапурским армиям. Аурангзеб, завоевав Биджапур, начал борьбу против маратхов, но окончательно разбить Шиваджи падишаху не удалось. В 1674 Шиваджи короновался как независимый государь с титулом чхатрапати. Оборона его владений базировалась на крепостях, которых к концу жизни Шиваджи (1680) было 240. Он создал также флот из 400 судов. После смерти Шиваджи правителем маратхов стал его сын Самбхаджи (Шамбхуджи, 1680—1689), который был разбит и казнен Аурангзебом. Но маратхи продолжили борьбу против Моголов, и 20 февраля 1707 Аурангзеб умер в Ахмаднагаре, практически осажденном маратхами. В XVIII в. маратхские князья создали конфедерацию, которая боролась за преобладание по всей И.

Могольская империя на протяжении 2-й половины XVI и почти всего XVII в. была могучим и довольно централизованным государством, доминировавшим на субконтиненте. Система управления замыкалась на императоре (падишахе). От его личных качеств зависело функционирование всех ее звеньев. Количество провинций постепенно увеличивалось. При Аурангзебе их стало 21. Кроме того, сохранялись вассальные княжества раджпутских и прочих раджей, платившие дань, но сохранявшие самостоятельность во внутренних делах.

Правящий слой присваивал себе право на сбор и перераспределение налога, который охватывал более половины возможных доходов от земли. Налоговое ведомство устанавливало ставки налогов со всех земель и собирало их в казну с земель, находившихся в прямом государственном управлении, а на территориях джагиров налоги поступали соответствующим джагирдарам. Они нередко собирали в свою пользу и множество дополнительных незаконных сборов (абвабов). Джагиры были временными владениями, обусловленными службой, и не могли переходить по наследству. Кроме того, джагирдары часто перемещались с места на место.

Верхнему слою господствующего класса, члены которого имели земли на правах джагирдари, противостоял слой деревенских землевладельцев, которые чаще всего назывались заминдарами («владельцами земли»), а также маликами («собственниками»), арбаб-и-замин («господами земли»), мирасдарами («наследственными владельцами») и рядом других терминов. Тот же слой в налоговых документах назывался райятами («стадо», «подданные», «крестьяне»), так как для налогового аппарата деревенские землевладельцы были только и исключительно налогоплательщиками. Но общинники, будучи «райятами» в глазах сборщиков налога, сами себя райятами не считали и применяли этот последний термин к тем, кто работал на них. Собственность на землю этого слоя являлась податной, обремененной обязанностью платить высокий налог, но довольно прочной: наследственной и отчуждаемой. Она была несколько ограничена общиной, коллективом местных землевладельцев из доминирующей касты. Но эти ограничения не были велики, в том числе при продаже земли.

Общинники-землевладельцы имели определенные возможности отстаивать свои интересы. Они принадлежали к высоким или средним кастам, обладали клановой и кастовой спаянностью на значительных территориях, оружием и воинскими навыками и традициями. Между налогообязанным слоем заминдаров в той или иной местности и имперскими войсками возникали постоянные вооруженные конфликты. Индийская сельская община состояла из лиц разных каст. Одна из них, обычно ритуально высокая («чистая»), владела землей и осуществляла самоуправление. Территориальные советы (панчаяты) на уровне деревни или группы деревень являлись советами одной доминирующей касты.

Члены ряда других каст включались в общину на правах обслуживающего персонала. Он был единообразен по всей стране. В «штате» деревенских «служащих» обычно были староста, писец, брахман; кузнец, плотник, золотых дел мастер, гончар, кожевенник, медник, цирюльник, прачка, члены неприкасаемых каст. Продукты и услуги, предлагавшиеся членами этих каст, оплачивались натурой, причем не сдельно, а путем отчислений от зерна или иных культур во время сбора урожая, обычно два раза в году, или предоставлением небольших участков земли. Этот нетоварный обмен подчинялся строгим правилам, отличался наследственностью, традиционностью и приводил к установлению тесных личностных отношений. Право на обслуживание некоторого круга клиентов считалось своего рода «собственностью» ремесленника. Оно могло разделяться при наследовании отцовского имущества между сыновьями ремесленника и даже продаваться. В современной социологической литературе такая система получила наименование джаджмани.

Эта система, выполняя ряд экономических функций (обеспечение сельскохозяйственного производства), главной целью имела ритуальное обслуживание (ограждение от ритуального загрязнения) доминирующей касты. Система джаджмани не предполагала полной натуральности общинной экономики. В нее никогда не включались ремесленники (ткачи, маслобойщики, кондитеры), деятельность которых не была ритуально оскверняющей. Деревенские жители продавали зерно, хлопок, различные семена масличных культур (кунжут, сезам, клещевину и др.). Они покупали металлы, соль, ткани, растительное масло и прочее. Деревенские рынки играли большую роль в экономической и социальной жизни индийской деревни.

Хотя И. была сельскохозяйственной страной, в городах проживало примерно 15 % населения. В империи Акбара насчитывалось 120 крупных городов и 3200 торгово-ремесленных поселков. Спустя столетие, при Аурангзебе, городов всех типов уже насчитывалось около 5 тыс. Торговцы и ремесленники составляли также заметную долю сельского населения. Торговцы могли защищать свои интересы, так как имели свои кастовые или иные профессиональные организации, обладали денежными средствами, позволявшими обеспечивать благосклонность вельмож на всех уровнях власти. Однако самоуправления города не имели и находились под жесткой властью котвала (градоначальника). Ремесленники в основном были небогаты и часто обременены долгами, что было связано с их низким кастовым положением, презрительным отношением к ним высших слоев общества и скупкой их продукции по заниженным ценам.

И. являлась одним из крупнейших производителей железа. Металлургическое производство вели мелкие артели примитивным сыродутным методом с использованием древесного угля. Каменный уголь не использовался, доменный процесс не был известен. Однако таких артелей было много, и в сумме они производили достаточное количество металла для нужд армии и хозяйства. На мировом рынке ценилась индийская сталь. Добыча алмазов стала в XVII в. одним из важных производств. Особенно славились копи Голконды. Богатые купцы брали на откуп алмазоносные участки и разрабатывали их при помощи наемных землекопов, отдавая губернаторам часть найденных камней. Довольно развито было судостроение. Большие джонки обеспечивали торговлю и другие перевозки между портами побережья, по основным рекам, а также в Аравию и страны Юго-Вост. Азии.

Наиболее развитой отраслью индийской промышленности была текстильная. Производилось около 150 сортов тканей, главным образом хлопчатобумажных, но также шелковых и шерстяных и тканей из волокна кокосового ореха (койры). Хлопчатобумажные ткани производились повсеместно, как грубые, предназначенные для массового потребления, так и высококачественные и дорогие. И. славилась красителями, употреблявшимися для окрашивания тканей. Наибольшее значение имело производство синей краски из листьев растения индиго.

Проникновение европейцев

С конца XV в. в Южн. Азию начинают проникать европейцы. 20 мая 1498 эскадра Васко да Гамы, обогнув мыс Доброй Надежды, бросила якоря в порту Кожикоде (Каликут) в Керале, на западном побережье И. Вскоре португальцы основали несколько факторий по обоим побережьям И., а также на Цейлоне. О. Гоа стал административным центром всех португальских владений к востоку от мыса Доброй Надежды: анклавов на восточном берегу Африки, в устье Красного моря и Персидского залива, на побережье И. и Шри-Ланки, на п-ове Малакка и в Китае.

К XVII в. прибыльную восточную торговлю вели также купцы Нидерландов, Англии, Дании и Франции. Они основали Ост-Индские компании, получившие от своих правительств монопольное право на торговлю с Востоком. Начавшаяся между ними борьба привела сначала к ограничению португальского проникновения в И., затем к почти полному вытеснению из этой страны голландцев и, наконец, к англо-французским войнам. Центром французских владений в И. стал Пондишери (Путтуччери), основанный в 1674. Опорными пунктами англичан на Западном побережье с 1613—1616 был Сурат, а с 1668 — Бомбей (ныне Мумбаи), на Восточном побережье — Мадрас (с 1639, ныне Ченнаи), в Бенгалии — Калькутта (c 1690, ныне Колката).

До XVIII в. европейцы в основном стремились приобрести на Востоке местные товары и продать их в Европе по монопольным ценам. Сначала такими товарами служили пряности: перец, кардамон, корица, гвоздика и т. п. Затем к ним прибавились хлопчатобумажные ткани. Большое значение имел также вывоз селитры, необходимой для производства пороха, красителей (прежде всего индиго), хлопка, пряжи, сахара, шелка. В обмен европейцы предлагали свои товары: медь, ртуть, оружие, шерстяные ткани. Но товаров, уравновешивавших импорт из стран Востока, у европейцев в то время не было. Экономика этих стран была слишком самодостаточной и замкнутой. Спрос на различные изделия оставался стабильным, устоявшимся веками. Европейцам приходилось расплачиваться золотом и серебром. В этой связи европейские фактории в И. испытывали постоянную нужду в деньгах.

В первые столетия присутствия европейцев в И. их политическая роль была незначительной. Правители Виджаянагара, Голконды, Биджапура, Могольской империи и других государств в основном были заняты соперничеством друг с другом. Влияние европейской торговли на экономическое состояние субконтинента было более значительным, но на первых порах скорее благотворным. Европейские купцы платили пошлины, пополнявшие казну местных государей, закупали местные товары, способствуя расширению производства. Их можно было использовать как незначительную, но надежную военную силу в борьбе с соседями. Поэтому проникновение европейцев на первых порах не вызвало настороженности у правителей и у местных купцов. Более того, местный торговый капитал способствовал европейской торговле: индийские купцы сколачивали крупные капиталы, пользуясь тем, что их товары благодаря европейцам вышли на мировой рынок.

Расширение внешних рынков привело к определенному развитию производства в И. Увеличились посевы продовольственных культур, пряностей, хлопка, индиго. В XVII в. появились табак, томаты, красный перец-чили, привезенные европейцами из Америки. Бум испытывало производство хлопчатобумажных и шелковых тканей. Однако этот подъем не сопровождался совершенствованием орудий, технологических приемов или организации труда. Огромные массы золота и серебра, поступавшие с Запада, оседали в сокровищницах султанов, навабов, раджей и падишаха. Дополнительные доходы, которые могли бы получить земледельцы и загруженные заказами ремесленники (в первую очередь ткачи), съедались возросшими налогами. Не происходила концентрация производства: хозяйства оставались мелкими, семейными. Ремесленники могли работать, лишь получая авансы под будущую продукцию, при этом попадая в долговую кабалу к скупщику. Купцы (они же скупщики и ростовщики) не стремились вкладывать средства в производство на новой основе, что могло бы привести к его укрупнению. Они видели путь к увеличению прибылей только в расширении массы подчиненных им ремесленников. Основы традиционного экономического строя в И. не были подорваны, и это привело к экономическому упадку в следующий период, когда политика европейцев на Востоке изменилась.

36.jpg
Памятник Самбхаджи в Тулапуре, Индия
37.jpg
Собор Непорочного зачатия Св. Марии в Путтучери, Индия
Смежные статьи

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты