Греции Древней мифология и религия

0 комментариев

Гре`ции Дре`вней мифоло`гия и рели`гия. Совокупность мифов (греч. μυθολογία, от μῦθος — «предание», «сказание»), существовавших у эллинов на всем протяжении истории Греции Древней, с исключительной полнотой и в разных формах отразилась в философии, литературе и искусстве Эллады и поэтому оказала огромное влияние на культуру последующих эпох, начиная с Рима Древнего и до наших дней. Историческое изучение мифологии сопряжено с рядом трудностей, прежде всего источниковедческого характера: от древнейшей эпохи сохранились лишь единичные упоминания некоторых божеств в микенских табличках II тысячелетия до н. э.; мифы известны по письменным источникам не ранее VIII—VII вв. до н. э. (Гомер, Гесиод). За это время греческое общество проделало длительную эволюцию, успела измениться и мифология, так что ее древнейший пласт приходится восстанавливать из поздних письменных источников, дополняя их данными археологии, антропологии и других вспомогательных дисциплин. Создание общей картины осложняется еще и тем, что в политически раздробленной Греции не было единого пантеона. Вместе с тем заключение отдельными городами-государствами политических союзов с такими культовыми центрами, как Дельфы, Делос и др., а также основание общегреческих игр (Олимпийских, Пифийских, Истмийских и Немейских) содей­ствовало выработке общих мифологических сюжетов и циклов мифов, которые начали складываться еще в микенский период. К периоду классики сформировался олимпийский пантеон греков. Хотя божеств было великое множество, включая нимф, дриад, сатиров, нереид и прочих, олимпийцами считались только великие — это боги последнего, третьего (после изначальных богов и титанов) поколения. Они живут не на небе, как их предшественники, а на высокой горной вершине на севере Греции, в Фессалии. Верховным богом становится Зевс, возглавивший триаду богов-братьев, отвечающих за три главные сферы космоса — небо, море (Посейдон) и подземное царство (Аид). Пантеон четко организован по семейному принципу: Зевс, «отец богов и людей» — глава семьи, Гера, его сестра-жена и их родня — сыновья Гефест и Арес, сестра Гестия (богиня домашнего очага), сестра Деметра (богиня земледелия), дочь Афродита (покровительствует красоте и любви), любимая дочь мудрая Афина (отвечает за ремесла и военное искусство), близнецы стреловержец Аполлон и охотница Артемида — тоже дети Зевса, как и путеводитель, бог плутов, хитрецов, воров, проводник душ умерших Гермес. Позже в число олимпийцев был включен Дионис. Существовало несколько списков олимпийцев (популярно было число 12). Так, вместо Гестии включали Диониса, Гефеста или Аида. Особое место занимает мифология эллинистического и римского времени, характеризующаяся синкретизмом мифологических представлений. При этом Греция, хотя и извлекла пользу из контактов с Востоком, никогда не находилась под его преобладающим влиянием. Мифы восточных соседей служили катализатором для ее собственной мифологической мысли. Выделяются следующие этапы становления и развития М.: хтонический (от греч. χθών — «земля»), или доолимпийский, олимпийский и классический (героический). При этом в каждом мифе сосуществуют черты предыдущей эпохи и новые мотивы. О рудиментах хтонического периода свидетельствует мотив оборотничества (Зевс превращается в быка, в золотой дождь, в перепелку, Аполлон — в дракона, змея, ворона). Позже «звериные» рудименты становятся атрибутами богов: сова или змея — Афины, орел — Зевса, лебедь или лавр — Аполлона. При этом у греков, в отличие от египтян, не было представлений о зверообразных богах. В Греции четче, чем на Древнем Востоке, выражена специализация богов, сопровождаемая функциональными рудиментами: громовержец Зевс потрясает перунами, бог моря Посейдон — трезубцем, Аид (букв. «Невидимый») носит шлем-невидимку, посланник богов Гермес — жезл-кадуцей и крылатые сандалии. В целом доолимпийский этап мифологии характеризуется фетишизмом и анимизмом, связанным с представлениями о демонах как о некоей силе, определяющей судьбу человека (порожденные Геей-Землей титаны, циклопы, сторукие и т. п.). Главной характеристикой олимпийского периода является антропоморфизм в представлениях о богах. Появляются герои, которые побеждают всевозможных чудовищ (Беллерофонт, Геракл, Тесей). Во главе всех божков и демонов становится верховный бог Зевс, воцаряющийся на Олимпе (отсюда «олимпийские боги», «олимпийская мифология»). Классический (героический) период нашел отражение в гомеровском эпосе. Герои Гомера ведут себя дерзко, бросая вызов самим богам: Диомед нападает на Афродиту и наносит рану ей и богу войны Аресу, Геракл ранит не только страшного для всех смертных Аида, но даже саму царицу богов Геру поражает стрелой. Мифология этого периода характеризуется сильными богоборческими мотивами (Тантал, Сизиф, Титий, Иксион и др.). Дальнейшее развитие мифологии шло по пути ее самоотрицания. Олимпийская религия с ее крайним антропоморфизмом и отсутствием четких моральных ориентиров оказалась не способной удовлетворить растущие духовные потребности человека, и это побуждало к религиозным поискам. Однако мистицизм и этика Элевсинских мистерий, орфизма и пифагореизма с их пантеистическими тенденциями представляли собой сугубо индивидуалистические духовные течения и так же, как и философское творчество, были достоянием меньшинства. Из культа Диониса возникла греческая трагедия, использовавшая мифы в качестве материала; перерабатывала их, подвергала резкой критике или откровенному осмеянию комедия, низвергая древнюю религию и мифологию. Резко критический взгляд на мифологическую традицию выразил поэт и философ VI в. до н. э. Ксенофан из Колофона. Другой тип мифологического самоотрицания связан с образом титана Прометея, двоюродного брата Зевса, который создал людей, вылепив их из глины и воды, и подарил им божественный огонь, украв его у олимпийцев, что сделало человека разумным существом. Кроме того, он научил людей различным искусствам и ремеслам. Вооруженный такими знаниями и умениями человек стал почти равен богам, и разгневанный Зевс приковал Прометея к скале в горах Кавказа, а его орел каждый день клевал страдальцу печень. Со временем Зевс смягчился и после определенных договоренностей простил Прометея. Примирение означает торжество титана, сделавшего человечество независимым от богов. Так Прометей, будучи сам богом, расшатывал веру в богов и мифологическое восприятие мира. Мифология классического периода так же отличается от мифологии периода архаического, как и от мифологии эллинистического времени, а все вместе — от мифологии эпохи единой имперской греко-римской культуры. Каждой из этих эпох по­священо множество исследований, в которых мифология рассматривается как отдельно, так и на фоне истории религии (культов, ритуалов, праздников и иных форм религиозных практик) древних греков. О религии крито-микенской эпохи сохранились лишь скудные сведения, однако очевидно, что корни греческой религии следует искать там. В табличках линейного письма B обнаружены не только имена некоторых греческих богов, но и элементы культовой практики. Микенцы поклонялись антропоморфным божествам, преимущественно женским, у них существовал культ животных (быков, змей, птиц), солнца и луны, камней и деревьев; само устройство дворцовых царств было теократическим: цари (анакты) являлись верховными жрецами. В период «темных веков» завершается складывание греческого пантеона и культа, впервые получивших отражение в поэмах Гомера, а затем Гесиода, остававшихся для греков главными авторитетами в религиозных вопросах на протяжении всей Античности; однако эти поэмы не являлись неприкосновенным каноном и были открыты для критики. Греческий пантеон, в целом сложившийся ко времени Гомера и Гесиода, не оставался неизменным, он пополнялся и в более поздний период, адаптируя чужеземных богов, таких как фригийские Кибела и Сабасис, египетские Исида, Осирис и Аммон, персидский Митра и др. Для греческой религии характерен адогматизм, отсутствие священных книг и, как следствие, строгих норм и регламентаций человеческого поведения; этика была связана скорее с человеческой мудростью, чем с религиозными предписаниями. Религия не диктовала моральных норм: боги часто поступали аморально, имели все человеческие недостатки (зависть, коварство, похоть и т. д.), а сила богов заключалась лишь в их власти над природой и людьми. Поэтому богов следовало умилостивлять подарками и жертвами; различные способы умилостивления богов, т. е. ритуальные действия являлись основной составляющей греческой религии. От богов ожидали прежде всего житейских радостей: здоровья, материального благополучия, продолжения рода и т. п., духовные искания были мало присущи прагматичной греческой религии. У греков не было разделения между сакральной и светской жизнью, сакральными и светскими институтами и лицами: полис играл определяющую роль в организации и финансировании религии, не существовало духовного сословия, а роль служителей культа — жрецов могли исполнять все граждане. И хотя во многих полисах существовали жрецы, принад­лежавшие к тем или иным знатным родам и исполнявшие свои функции пожизненно (как пережиток более ранних институтов, когда общество и религия находились под управлением аристократических родов), полис осуществлял над ними контроль и позволял быть лишь частью общеполисной религиозной системы. То же самое относится к частным религиозным объединениям: эти небольшие по размеру сообщества поклонялись, как правило, иноземным или малопопулярным божествам, однако их члены как граждане полиса обязаны были участвовать в общих полисных ритуалах и праздниках. Уклонение от обязательных полисных обрядов могло караться, как это случилось с Сократом, осужденным и казненным за то, что «не чтил богов, которых чтит город», хотя в целом религиозная нетерпимость не была свойственна грекам и многие известные мыслители слыли безбожниками, не неся за это никакого наказания (например, Демокрит, Фукидид, Еврипид). Полис возводил храмы и алтари, устраивал множество религиозных праздников, частью которых являлись жертво­приношения, театральные и спортивные агоны, посредством выборов назначал жрецов и вспомогательный культовый персонал. Храмы считались жилищами богов и не были предназначены для общественных богослужений; в храмах хранились статуи божеств и приношения верующих. Алтари возводились повсюду — на открытых и общественных местах и в частных домах. Храмы и алтари считались неприкосновенными, и прибегавшие к ним с мольбой о защите пользовались правом убежища (ἀσυλία). Священные участки, посвященные богу, могли располагаться где угодно, доходы от них шли на нужды культа. Храмы, алтари и священные участки принадлежали общинным структурам (полисам или более мелким административным единицам) и лишь в единичных случаях находились во владении небольших культовых объединений. Храмовых хозяйств, наподобие древневосточных, в Греции не существовало, исключениями являлись очень крупные храмовые структуры, такие как храм Аполлона в Дельфах, бывший своего рода «тео­кратическим государством»; однако и его сокровища находились под контролем дельфийского полиса. Служителями культа являлись прежде всего жрецы. В царский и архаический период жрецами могли быть цари и члены аристократических родов, но по мере демократизации полисов жречество превращалось в полисную магистратуру, а жрецом мог быть избран любой гражданин или гражданка (как правило, магистратура была годичной). Некоторые роды сохранили за собой право наследственного жречества, однако культы, которые они обслуживали, в большинстве случаев стали полис­ными, и лишь единичные культы остались во владении отдельных родов. Для организации праздников в помощь жрецам избирались иеропеи, эпистаты, бооны (закупщики быков) и др. К младшему культовому персоналу относились неокоры и закоры, наблюдавшие за порядком в храмах и помогавшие жрецам. При этом название и число жреческих должностей могло быть различным в разных полисах, так же как и сроки службы: в некоторых полисах жрецы исполняли свои должности пожизненно или на протяжении нескольких лет, в позднюю эпоху участились случаи покупки жреческих должностей. Главным ритуальным действием у греков являлось жертвоприношение богам, с помощью которого испрашивали помощь, выражали благодарность за милость, производили очищение, осуществляли гадание, подтверждали клятву и т. п. Жертвоприношение могло быть кровавым (в жертву приносили животных, а в самые ранние периоды истории и людей) и бескровным (лепешки, вино, масло, благовония, а также различные дары в виде украшений, фигурок людей и животных и т. п.). Жертвоприношение бывало общественным, если проводилось от имени и на средства полиса в храме или другом общественном месте с по­мощью жреца или какого-либо магистрата, или частным, если жертвователями выступали частные лица, в этом случае оно могло происходить не только в храме, но и дома. Жертвоприношение обычно сопровождалось молитвой. Другим видом ритуальной практики у греков являлась мантика (гадание): гадали по внутренностям жертвенных животных, птицам и разного рода знамениям. Мантикой занимались прорицатели, обычно получавшие свое ремесло в наследство: существовали известные роды прорицателей, практиковавшие мантику на протяжении многих поколений и зарекомендовавшие себя среди греков. Еще один распространенный вид ритуальной практики древних греков — оракулы. Греки часто обращались к помощи оракулов, причем в качестве просителей могли выступать как целые государства, так и отдельные лица. Знаменитыми и уважаемыми прорицалищами греческого мира являлись Дельфийский и Дидимский (близ Милета) оракулы Аполлона, Додонский оракул Зевса в Эпире, оракулы Асклепия и Амфиарая (Эпидавр, Кос, Пергам, Трикка, Ороп). Одним из видов ритуальной практики греков, имевшим общественный характер и широко распространенным в каждом полисе, были полис­ные праздники. Греки не знали светских праздников, все их праздники были посвящены какому-либо божеству; каждый включал в себя жертвоприношения и молитвы, часто праздничные шествия, иногда — спортивные и драматические агоны; все зависело от величины праздника. В дни особо торжественных празд­ников (например, Олимпийские игры) полисы приостанавливали военные действия, рабы освобождались от работ, заключенные от оков, должники от преследования. Самым значительными общегреческими праздниками были Олимпийские, Пифийские, Немейские и Истмийские игры. Каждый полис справлял свои местные праздники (например, в Афинах величайшими праздниками были Панафинеи и Дионисии). Особым видом греческой ритуальной практики были мистерии — посвящения в тот или иной тайный культ. Некоторые мистерии являлись частью полисных культов и находились под контролем полиса, другие совершались частными лицами и культовыми объединениями. Посвященные были обязаны хранить в тайне все подробности посвящения. Самыми знаменитыми были Элевсинские мистерии в Афинах, Самофракийские на о. Самофракия, Критские мистерии Зевса и куретов. В условиях полисной раздробленности ритуальная практика грече­ского мира отличалась необычайной пестротой и в каждом полисе могла иметь местные особенности и разновидности. Для греческой религии характерно необычайное разнообразие и хаотичность представлений о богах: в каждом полисе наряду с олимпий­скими богами почиталось множество местных божеств и героев; религиозная система греков отличалась пластичностью и легко вбирала в себя новых божеств и новые формы культов. Особенно интенсивный поток чужеземных богов хлынул в Грецию в V—IV вв., когда многие полисы включили в свои пантеоны фригийские, фракийские, карий­ские и иные божества. Несмотря на отдель­ные случаи преследований за веру (связанные обычно с конкретными историческими условиями), греческая религиозная система отличалась веротерпимостью и спокойно могла существовать в окружении философских материалистических и даже атеистических школ. Несмотря на то, что греческая религия была далека от каких-либо духовных «откровений» и исканий и в целом имела прагматический характер, существовали отдельные религиозные сообщества, разработавшие собственную философию. Они отвергали традиционные верования и культы и особую роль придавали духовным поискам. Наиболее известными среди них были общества орфиков и пифагорейцев. Орфики учили, что человеческой душе изначально свойственна греховность, которую следует искупить путем перехода души через разные тела и серию перерождений. Душу они объявляли высшим началом, а телу отводили подчиненную роль. В целях сокращения или прекращения цикла реинкарнаций, орфики предлагали практику уединенной «орфической жизни»; очистившиеся подобным образом и посвященные в орфические мистерии получали в загробном мире блаженство, неочистившиеся — наказание. Пифагорейцы обоготворяли «высшую гармонию» и «высший порядок», символом которого для них выступал бог искусства и света Аполлон. К высшей гармонии можно было приобщиться путем «божественного знания», высшей формой которого являлась математика, а также музыка. Пифагорейцы культивировали особый уклад жизни, требовавший соблюдения меры и гармонии в мыслях и поступках. Лит.: Андреев Ю. В. Цена свободы и гармонии. Несколько штрихов к портрету древнегреческой цивилизации. СПб., 1998; Буркерт В. Греческая религия. Архаика и классика / Пер. с нем. СПб., 2004; Голосовкер Я. Э. Логика мифа. М., 1987; Доддс Э. Греки и иррациональное. СПб., 2000; Зайцев А. И. Греческая религия и мифология. М. — СПб., 2005; Зелинский Ф. Ф. Древнегреческая религия. Петроград, 1918; Иванов Вяч. И. Дионис и прадионисийство. М., 1994 (1-е изд. Баку, 1923); Кагаров Е. Г. Культ фетишей, растений и животных в Древней Греции. СПб., 1913; Кессиди Ф. Х. От мифа к логосу. М., 1972; Латышев В. В. Очерк греческих древностей. Богослужебные и сценические древности. СПб., 1997; Лосев А. Ф. Античная мифология в ее историческом развитии. М., 1957; Его же. Мифология греков и римлян. М., 1996; Мелетинский Е. М. Поэтика мифа. М., 2012; Мифология: Большой энциклопедический словарь / Гл. ред. Е. М. Мелетинский. Изд. 4-е. М., 1998; Надь Г. Греческая мифология и поэтика / Пер. с англ. М., 2002; Нильссон М. Греческая народная религия. СПб., 1997; Парандовский Я. Мифология / Пер. с пол. М., 1971; Радциг С. И. Античная мифология. М.—Л., 1939; Селиванова Л. Л. Сравнительная мифология (Мифы о возрождении в древнем мире). Ч. II. Античный мир. М., 2003. Тахо-Годи А. А. Грече­ская мифология. М., 1989; Фестюжьер А. Личная религия греков. СПб., 2000; Фрэзер Дж. Дж. Золотая ветвь. М., 1983; Bremmer J. Greek Religion. Oxford, 1994; Garland R. Religion and the Greeks. London, 1994; Gernet L., Boulanger A. Le génie grec dans la religion. Paris, 1970; Farnell L. R. The Cults of the Greek States. Vol. 1—5. Oxford, 1896—1909; Greek Religion and Society / Ed. P. E. Easterling. Cambridge, 1985; Kerényi K. Die Mythologie der Griechen. Zürich, 1951; Kirk G. S. The Nature of Greek Myths. Harmondsworth, 1978; Lexicon Iconographicum Mythologiae Classicae. 8 vols. Zürich, 1981—1999; Mikalson J. Ancient Greek Religion. Oxford, 2005; Nilsson M. P. Cults, Myths, Oracles and Politics in Ancient Greece. Lund, 1951; Idem. Geschichte der griechischen Religion. München, 1967; Idem. The Mycenaean Origin of Greek Mythology. Berkeley, 1972; Parke H. Festivals of the Athenians. London — Ithaca (NY), 1977; Idem. Athenian Religion: A History. Oxford, 1996; Idem. On Greek Religion. Ithaka (NY) — London, 2011; Price S. Religions of the Ancient Greeks. Cambridge, 1998; Price S., Kearns E. The Oxford Dictionary of Classical Myth and Religion. Oxford, 2004; Roscher W. H. Ausführliches Lexikon der griechischen und römischen Mythologie. I—VI. Leipzig, 1884—1937; Rose H. J. Griechische Mythologie. München, 1961; Vernant J.-P. Mythe et pensée chez les Grecs. Paris, 1965. В. С. Ленская,

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты