ГЛЕБ ВАСИЛЬЕВИЧ

0 комментариев

ГЛЕБ ВАСИЛЬЕВИЧ - благоверный князь ростовский и белозерский (память 23 мая - в Соборе Ростово-Ярославских святых), младший сын ростовского князя-мученика Василия [Василько] Константиновича и княгини Марии Михайловны († 1271), дочери черниговского князя-мученика Михаила Всеволодовича, родоначальник белозерских князей.

Неизвестно, когда в составе обширного Ростовского княжества был выделен для Глеба Васильевича Белозерский удел: по завещанию отца, мученически погибшего от рук татар в 1238 году, либо позже - по инициативе матери (управлявшей княжеством в годы малолетства сыновей) или старшего брата Глеба Васильевича - Бориса Васильевича, который, повзрослев, начал княжить в Ростове. Самостоятельное правление Глеба Васильевича началось, видимо, в 1251 году, под которым летописи сообщают, что он «поеха… на Белоозеро в свою отчину» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 473). Будучи белозерским князем, Глеб Васильевич сохранял тесную связь с Ростовом, часто бывал там и, по-видимому, играл важную роль в политической и церковной жизни Ростовской земли. Вместе с братом и матерью он выступил инициатором прославления князя-мученика Михаила Черниговского и строительства посвященного ему храма в Ростове, в 1261 году по благословению Киевского митрополита Кирилла II вместе с братом и благоверным князем Александром Ярославичем Невским принимал участие в определении святого Игнатия, архимандрита Авраамиева ростовского в честь Богоявления монастыря, в помощники состарившемуся Ростовскому епископу Кириллу II.

Активными были контакты Глеба Васильевича с ордынскими властями. Один или вместе с другими князьями он несколько раз ездил ко двору монгольских ханов и около 1257 года первым из потомков Рюрика женился на знатной монголке (в Крещении Феодоре), за которой ездил в Каракорум; в 1277 году вместе с сородичами участвовал в походе ордынского хана Менгу-Тимура на алан (ясов), в 1278 году отправил для участия в новой ханской войне сына Михаила. Однако (вопреки мнению А.Н. Насонова) нет оснований говорить о «протатарской» ориентации Глеба Васильевича. В отношении монголо-татар он (как и Борис Васильевич) придерживался, как следует думать, той же политической линии, что и благоверный князь Александр Невский, который в условиях непрекращающегося военного и конфессионального натиска католического Запада видел в лояльности к Орде средство оградить Русь от новых набегов, сохранить православную веру и создать условия для накопления сил внутри страны. Ростовская литература 3-й четверти XIII века пронизана идеей духовного противостояния чужеземному игу, а оформившееся в Ростове в это время почитание князя-мученика Михаила Черниговского характеризовалось заметной антиордынской тенденцией.

После смерти брата в 1277 году Глеб Васильевич занял ростовский стол. Недолгое его правление в Ростове было ознаменовано оживлением придворного княжеского летописания, почти угасшего в предыдущие годы. От брака с Феодорой († 1273) Глеб Васильевич имел сыновей, о числе которых источники сохранили противоречивые сведения. До зрелых лет дожил по крайней мере один - Михаил († 1293), которого в 1278 году отец женил на дочери благоверного князя Феодора Ростиславича Чёрного.

Глеб Васильевич был погребен в ростовском Успенском соборе, однако спустя 9 недель по распоряжению Ростовского епископа святого Игнатия останки князя были перезахоронены в основанном княгиней Марией Михайловной ростовском Спасском на Песках монастыре. Можно предположить, что епископ сделал это под давлением нового ростовского князя Дмитрия Борисовича, не признававшего прав покойного дяди на Ростов и не желавшего видеть его могилу в усыпальнице ростовских князей. Митрополит Кирилл II расценил перезахоронение Глеба Васильевича как незаконное и повелел епископу каяться «за то дело» «до своея смерти» (ПСРЛ. Т. 18. С. 77). В настоящее время местоположение могилы Глеба Васильевича неизвестно. В городе Белозерске сохранялось устойчивое предание, записанное впервые не позднее конца XVI века, что останки Глеба Васильевича покоятся в покинутом жителями в конце XIV века город Белоозеро, в часовне, построенной на месте городского собора во имя святителя Василия Великого (часовня и курган, на котором она стояла, были разрушены в 50-х годы XX века). В рукописи РГБ. Ф. 178. № 3445. Л. 183 об. сохранился рисунок середины XVII века с изображением часовни и припиской, что там «почивает благоверныи князь Глеб Василевич Белоозерьскии» и находится «гроб князя Глеба».

О храмоздательной деятельности Глеба Васильевича сообщается в составленном вскоре после смерти летописном некрологе. Глеб Васильевич, по словам летописи, «церкви многи създа и украси иконами и книгами» (ПСРЛ. СПб., 1913. Т. 18. С. 76). Более поздние источники, частично опирающиеся на местные предания и содержащие многочисленные противоречия и анахронизмы, рассказывают об основании князем 2 монастырей. «Указ о кормах праздничных и задушных» Усть-Шехонского монастыря (конец XVI века) и Повесть об Усть-Шехонском монастыре (начало XVII века) сообщают, что, после того как ослепший сын Глеба Васильевича Михаил получил исцеление от чудотворного образа Святой Троицы, князь построил на одном из островов Белого озера у истока реки Шексны деревянный Троицкий храм и создал вокруг него монастырь, обеспечив его всем необходимым; Усть-Шехонский во имя Святой Троицы монастырь стал первой иноческой обителью в белозерских землях (есть серьезные основания считать, что Усть-Шехонская обитель могла быть основана на рубеже XIV и XV веков; смотри: Макаров, Охотина-Линдское Сказание о Троицком Усть-Шехонском монастыре). С еще большей осторожностью следует относиться к сведениям, приведенным Паисием (Ярославовым; † 1501) в Сказании о Спасо-Каменном монастыре. Сказание повествует, как во время путешествия по Кубенскому озеру белозерский князь «Глеб Борисович [так! - А.Л.], внук князя Константина Ростовскаго Всеволодича» был застигнут штормом и дал обет поставить церковь и основать монастырь во имя того святого, на память которого судно достигнет берега. В праздник Преображения Господня княжеский насад вынесло к Каменному острову, где подвизалась небольшая община иноков, не имевшая своей церкви. Исполняя обет, князь повелел поставить на острове деревянный Преображенский храм, снабдил его иконами и книгами, а также дал богатую милостыню на устроение обители. Кроме того, источник сообщает о строительстве по приказу князя 2 каналов на реках Сухоне и Вологде, призванных облегчить судоходство и впоследствии получивших наименование «Княже-Глебовых простей» (память о них сохранилась в Вологодской губернии еще в XIX веке). Рассказ об основании Спасо-Каменного монастыря в Сказании изобилует анахронизмами и ошибками: например, плавание князя по Кубенскому озеру отнесено к 1341 (или 1342) году с уточнением, что было это «при великом князе Иване Даниловиче» (1328-1340 годы), в данный период эти земли входили в другое княжество - Ярославское,- и др.

Почитание

В летописном некрологе о Глебе Васильевиче сказано, что он был богобоязненным, смиренным и щедрым, выкупал попавших в плен к татарам русских, помогал обездоленным: «Многи христианы, обидимыа от них (татар.- А.Л.), избави и печалныа утешая, брашно свое и питие нещадно требующим подавая» (ПСРЛ. Т. 18. С. 76). Согласно «Указу о кормах» Усть-Шехонского монастыря, в конце XVI века в обители выставлялся «корм болшеи по благоверномь по князе Глебе Васильевиче Ростовском» в день его именин - 24 июля. По свидетельству С.П. Шевырёва, побывавшего в Белозерске в 1847 году, Глеб Васильевич почитался в городе (Шевырёв С.П. Поездка в Кирилло-Белозерский монастырь в 1847 году. М., 1850. Ч. 2. С. 87). В XIX веке на память святых Бориса и Глеба по Глебу Васильевичу совершалась панихида в Васильевской часовне. О Глебе Васильевиче писали агиографы на рубеже XIX и XX веков: архимандрит Леонид (Кавелин) назвал его в числе святых с днем памяти 24 июля (Святая Русь. С. 158-159), архиепископ Димитрий (Самбикин) поместил жизнеописание Глеба Васильевича под 13 декабря (день кончины) и отнес к местночтимым святым (Месяцеслов. 1895. Вып. 4: Декабрь. С. 113-115, 227), архиепископ Сергий (Спасский) упомянул его в списке неканонизированных подвижников (Месяцеслов. Т. 3. С. 555). В 1964 году, при установлении празднования Собору Ростово-Ярославских святых, Глеб Васильевич был включен в состав Собора (Минея МП. Май. Ч. 3. С. 36).

Иконография.

Иконография Глеба Васильевича представлена на миниатюрах Лицевого летописного свода 70-х годов XVI века, в частности 1-го Остермановского тома, куда включены основные события жизни благоверного князя: женитьба в Орде, возвращение Васильковичей в Ростов (молитва у иконы Божией Матери и благословение святителя Кирилла и матери великой княгини Марии), рождение у Глеба Васильевича сына Михаила, длительная болезнь после поездки к татарам (изображен на одре и в молитве пред иконой), присутствие на постриге перед смертью благоверного князя Димитрия Святославича, преставление княгини Феодоры, поездка князей в Орду, вокняжение Глеба Васильевича в Ростове (восседает на престоле, с жезлом в руке, в окружении слуг), война с ханом Менгу-Тимуром, молитва после возвращения в Ростов, венчание сына и пир в Ярославле, Глеб Васильевич посылает сына «в татары на войну», преставление и погребение блаоверного князя (несколько миниатюр с рассказом о его добродетелях), перезахоронение гроба в монастыре (БАН. 30.7.30. С. 20, 25-26, 42, 56, 100-102, 153, 178, 187-191, 194-198, 200-206, 226). В ранний период Глеб Васильевич изображен молодым, безбородым, в традиционных княжеских одеждах, на ростовском княжении - средовеком, с кудрявыми волосами и короткой бородой, тоже без индивидуальной характеристики и нимба.

На миниатюре, иллюстрирующей текст Сказания о Каменном монастыре в составе сборника житий Вологодских святых конца XVII века (ГИМ. Увар. № 107. Л. 174), судно Глеба Васильевича во время шторма прибивает волной к Каменному острову (где «изыдоша в сретение его старцы пустынножители»), юный Глеб Васильевич, с кудрявыми волосами, молится впереди слуг (в надписи ошибочно назван Глебом Константиновичем), на него указывает монах, стоящий у кельи (Шульгина Э.В. Лицевой сб. житий вологодских святых XVII века (ГИМ. Увар. № 107-1°) // Хризограф. М., 2005. Вып. 2. С. 253).

Исторические источники:

ПСРЛ. Т. 1. Вып. 1. Стб. 466, 469, 472-477; Вып. 2. Стб. 520-521, 523-525; Т. 4. Ч. 1. С. 219, 221, 232, 234, 243, 631-632; Ч. 2. С. 211, 213, 222, 224, 231; Т. 6. Вып. 1. С. 295, 298; Т. 7. С. 143, 159, 161, 163, 168, 173-174; Т. 10. С. 104, 113, 129, 137-139, 141-143, 147, 150, 152-158; Т. 15. С. 33-34 (1-я паг.), 373, 395, 400, 403, 404 (2-я паг.); Т. 18. С. 58, 60, 69-77; Т. 20. Ч. 1. С. 158, 163-165, 168-169; Т. 21. Ч. 1. С. 263, 266, 308; Т. 23. С. 76, 83, 85, 90-91; Т. 24. С. 93, 101-102; Т. 25. С. 129, 141, 143, 144, 148, 152; Т. 26. С. 74-75, 94; Т. 27. С. 52; Т. 28. С. 53, 57-58, 61, 211, 216-217, 220; Т. 30. С. 87, 90-93, 95-96; Т. 33. С. 67, 71-72, 74-75; Т. 34. С. 87, 97, 99-100; Т. 37. С. 30, 70; Т. 42. С. 114, 118, 120;

«Никифора, патриарха Цесаряграда, летописець въскоре» // АЕ за 1960 год. М., 1962. С. 239;

Летописец русский // Материалы по истории СССР. М., 1955. Т. 2. С. 293-296;

Макаров Н.А., Охотина-Линд Н.А. Сказание о Троицком Усть-Шехонском монастыре и круг произведений по истории Белозерья // Florilegium: К 60-летию Б.Н. Флори. М., 2000. С. 201-202 [«Указ о кормах праздничных и задушных»], 204-205 [Повесть об Усть-Шехонском монастыре];

Прохоров Г.М. Сказание Паисия Ярославова о Спасо-Каменном монастыре // Святые подвижники и обители Русского Севера / Издание подготовил: Г.М. Прохоров, С.А. Семячко. СПб., 2005. С. 10-11 [Летописн. изв. за 6808 г.], 33-34 [Сказание о Спасо-Каменном монастыре]; он же. Повесть об Усть-Шехонском Троицком монастыре и рассказы о городе Белозерске // Там же. С. 317-320 [Повесть об Усть-Шехонском монастыре].

Дополнительная литература:

[Г.С.] Историческоеописание соборных и приходских церквей, в Российской империи находящихся, с показанием времени построения оных. М., 1828. С. 18;

Муромцов И. Глеб Василькович, князь Белозерский // ЖМНП. Приб. 1846. Кн. 2. С. 30-36;

Богословский Н. [Г.] Материалы для истории, статистики и этнографии Новгородской губернии, собрание из описаний приходов и волостей // Новгородский сборник. Новгород, 1865. Вып. 1. С. 5-6, 9, 47-50;

Экземплярский А.В. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 годы. СПб., 1891. Т. 2. С. 154-157;

Копанев А.И. История землевладения Белозерского края XV-XVI веков. М.; Л., 1951. С. 16-20;

Голубева Л.А. Весь и славяне на Белом озере, X-XIII века. М., 1973. С. 60, 62, 195;

Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X-XIV веках. М., 1984. С. 120.

©Православная энциклопедия

Литература
  • Насонов А.Н. «Русская земля» и образование территории Древнерус. гос-ва. Монголы и Русь. СПб., 2002. С. 261-268
  • Лаушкин А.В. К истории возникновения ранних проложных сказаний о Михаиле Черниговском // ВМУ: Ист. 1999. № 6. С. 10-12; он же. Малоизученный эпизод ростовского летописания 2-й пол. XIII в. // ИКРЗ, 2001. Ростов, 2002. С. 6-13
  • Макаров Н.А., Захаров С.Д., Бужилова А.П. Средневековое расселение на Белом озере. М., 2001. С. 181-183
  • Пресняков А.Е. Образование Великорус. гос-ва. М., 1998. С. 83, 350
  • Макаров Н.А., Захаров С.Д. Древности затопленного Белоозера // Белозерье: Ист.-лит. альм. Вологда, 1994. Вып. 1. С. 9, 10

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты