МАКСИ́М ГРЕК

0 комментариев

МАКСИМ ГРЕК (Ми­ха­ил Три­во­лис) - пи­са­тель, бо­го­слов, пе­ре­во­дчик, фи­ло­лог; свя­той.

Из об­ра­зо­ван­ной греческой се­мьи, по­лу­чил до­маш­нее об­ра­зо­ва­ние; вла­дел кал­ли­гра­фическим искусством.

В 1492 году вме­сте с Ласкарисом (смотри в статье Лас­карь Иоанн), со­вер­шав­шим по по­ру­че­нию Ло­рен­цо Ме­ди­чи по­езд­ку по Гре­ции в по­ис­ках древ­них ру­ко­пи­сей, от­пра­вил­ся в Ита­лию. Во Фло­рен­ции Максим Грек обу­чал­ся у Лас­ка­ри­са и, ве­роят­но, уча­ст­во­вал в его из­да­тель­ской дея­тель­но­сти в 1493-1494 годы. Был свя­зан с греческой ди­ас­по­рой, иг­рав­шей боль­шую роль в куль­тур­ной жиз­ни Ита­лии то­го вре­ме­ни; пе­ре­пи­сы­вал со­чи­не­ния ан­тич­ных и хри­сти­ан­ских ав­то­ров (Фео­кри­та, Стра­бо­на, Фео­до­ри­та Кир­ско­го и другие). Максим Грек со­че­тал обу­че­ние в Ве­не­ции, Па­дуе, Вер­чел­ли, Бо­ло­нье, Фер­ра­ре и других го­ро­дах со служ­бой у пред­ста­ви­те­лей дви­же­ния гу­ма­низ­ма и влия­тель­ных особ. В 1498-1502 годы со­сто­ял на служ­бе у Джо­ван­ни Фран­чес­ко Пи­ко дел­ла Ми­ран­до­лы, пле­мян­ни­ка Джо­ван­ни Пи­ко дел­ла Ми­ран­до­лы. В до­ме Джо­ван­ни Фран­чес­ко, воз­мож­но, по­зна­ко­мил­ся с дос­ти­же­ния­ми куль­ту­ры Воз­ро­ж­де­ния. Максим Грек с со­чув­ст­ви­ем от­но­сил­ся к дея­тель­но­сти Дж. Са­во­на­ро­лы, слу­шал его про­по­ве­ди. Воз­мож­но, в 1502-1503 годы Максим Грек пре­бы­вал в монастыре Святого Мар­ка во Фло­рен­ции в ка­чест­ве но­ви­ция (пос­луш­ни­ка). Около 1503-1504 годов в Ве­не­ции со­труд­ни­чал с из­да­те­лем Ма­ну­ци­ем Аль­дом Стар­шим. Друзь­я­ми Максима Грека бы­ли бли­жай­шие со­труд­ни­ки Аль­да по фор­ми­руе­мой в те го­ды Но­вой Ака­де­мии (Сци­пи­он Кар­те­ро­мах, Ио­анн Гри­го­ро­пу­лос, Марк Му­су­рос).

Около 1506 года Максим Грек уда­лил­ся на Афон, при­нял по­стриг в монастыре Ва­то­пед, где име­лись бо­га­тые книж­ные со­б­ра­ния. Мо­на­ше­ское по­слу­ша­ние со­че­тал с учё­ны­ми тру­да­ми и ли­тур­гическим твор­че­ст­вом (со­ста­вил «Ка­нон святому Ио­ан­ну Кре­сти­те­лю»).

Из­вест­ны его поэ­тические опы­ты на греческом языке.

В 1516 году в от­вет на от­прав­лен­ную на Афон прось­бу великого князя мо­с­ков­ско­го Ва­си­лия III Ива­но­ви­ча при­слать пе­ре­во­д­чи­ка Максим Грек был на­прав­лен в Мо­ск­ву, куда при­был в мар­те 1518 года. Вся его даль­ней­шая дея­тель­ность бы­ла свя­за­на с Рос­си­ей. За пер­вые 7 лет жиз­ни в Рос­сии он пе­ре­вёл с греческого языка круп­ные тру­ды по эк­зе­ге­ти­ке и го­ми­ле­ти­ке: Тол­ко­вый Апо­стол (1518-1521 годы), Тол­ко­вую Псал­тирь (1521-1522 годы), Бе­се­ды святого Ио­ан­на Зла­то­ус­та на Еван­ге­лия от Мат­фея и Ио­ан­на (ме­ж­ду 1523 и началом 1525 годов), ко­то­рые ста­ли поль­зо­вать­ся боль­шой по­пу­ляр­но­стью и ак­тив­но пе­ре­пи­сы­ва­лись, а так­же статьи из эн­ци­кло­пе­дического лек­си­ко­гра­фического сборника Су­да, ряд пос­ла­ний па­три­ар­ха Кон­стан­ти­но­поль­ско­го Фо­тия и других; с латинского языка пе­ре­вёл со­чи­не­ние Энея Силь­вия Пик­ко­ло­ми­ни (смотри в статье Пий II) «О взя­тии Кон­стан­ти­но­по­ля тур­ка­ми». Максим Грек пред­при­нял ис­прав­ле­ние бо­лее ран­них пе­ре­во­дов Псал­ти­ри и других цер­ков­ных книг; в 1524-1525 годы по греческому ори­ги­на­лу ис­пра­вил Цвет­ную Три­одь. В этот же пе­ри­од Максим Грек на­пи­сал мно­го­численные со­чи­не­ния: о свя­то­гор­ских мо­на­сты­рях, про­стран­ные по­ле­мические трак­та­ты про­тив ла­ти­нян. В хо­де оп­ро­вер­же­ния ут­верж­де­ний адеп­тов аст­ро­ло­гии раз­ра­ба­ты­вал уче­ние о сво­бо­де во­ли («са­мо­вла­стии че­ло­ве­чес­ком»). Максим Грек про­яв­лял ин­те­рес к русской ис­то­рии, в част­но­сти к на­ча­лу го­су­дарст­вен­но­сти и Кре­ще­нию Ру­си. Со­глас­но позд­ним ис­точ­ни­кам, был еди­но­мыш­лен­ни­ком Вас­сиа­на (Пат­ри­ке­ева) в его про­те­сте про­тив раз­во­да Ва­си­лия III с же­ной Со­ло­мо­ни­ей Са­бу­ро­вой.

Не позд­нее 15 февраля 1525 года Максим Грек аре­сто­ван. Доп­ра­ши­вал­ся и как сви­де­тель, и как об­ви­няе­мый в хо­де след­ст­вия по де­лу И.Н. Бер­се­ня-Бек­ле­ми­ше­ва. В мае 1525 года цер­ков­ным су­дом об­ви­нён в ере­си (ошиб­ках, яко­бы до­пу­щен­ных, по мне­нию книж­ни­ков-тра­ди­цио­на­ли­стов, в хо­де пе­ре­во­да и прав­ки бо­го­слу­жеб­ных книг), ли­шён при­ча­ще­ния, со­слан в Иоси­фо-Во­ло­ко­лам­ский монастырь; ему бы­ло за­пре­ще­но пи­сать, об­щать­ся с внеш­ним ми­ром, был ог­ра­ни­чен круг его чте­ния. В 1531 году, ве­ро­ят­но, в ре­зуль­та­те хо­да­тай­ст­ва о Максиме Греке про­та (на­стоя­те­ля) Святой Го­ры Афон его де­ло бы­ло рас­смот­ре­но на су­де вто­рич­но. Суд, ссы­ла­ясь на от­сут­ст­вие по­кая­ния Максима Грека, не снял с не­го цер­ков­но­го пре­ще­ния и на­ка­за­ния (поз­же Максим Грек пи­сал, что три­ж­ды про­сил про­ще­ния у су­див­ше­го его Свя­щен­но­го со­бо­ра). Од­на­ко его по­ло­же­ние бы­ло нес­коль­ко об­лег­че­но: ему раз­ре­ши­ли пи­сать, он был пе­ре­ве­дён (хо­тя, ве­ро­ят­но, не сра­зу) в Твер­ской От­роч мо­на­стырь, где ему по­кро­ви­тель­ст­во­вал епи­скоп Твер­ской Ака­кий.

Пат­ри­ар­хи Ие­ру­са­лим­ский Ио­а­ким (в 1545 году) и Кон­стан­ти­но­поль­ский Дио­ни­сий (в 1546 году) на­пра­ви­ли по­сла­ния великому князю мо­с­ков­ско­му Ива­ну IV Ва­силь­е­ви­чу с прось­бой об ос­во­бо­ж­де­нии Максима Грека. Митрополит Мо­с­ков­ский Ма­ка­рий снял с Максима Грека цер­ков­ное пре­ще­ние, а Иван IV пе­ре­вёл его из Тве­ри, ве­ро­ят­но, в Мо­ск­ву (1547-1548 годы). Около 1551 года по хо­да­тай­ст­ву игу­ме­на Трои­це-Сер­гие­ва монастыря Ар­те­мия Максим Грек был пе­ре­ве­дён в этот мо­на­стырь, где пре­бы­вал до кон­ца жиз­ни.

В 1530-х - начала 1550-х годов Максим Грек сам со­ста­вил 2 со­б­ра­ния сво­их из­бран­ных со­чи­не­ний, ко­то­рые пред­став­ле­ны ру­ко­пи­ся­ми с его соб­ст­вен­но­руч­ной прав­кой (ред­кость в средневековой книж­но­сти). За­ду­ман­ные пер­во­на­чаль­но как оп­рав­да­ния по вы­дви­ну­тым про­тив не­го об­ви­не­ниям, со­б­ра­ния пе­ре­рос­ли в из­ло­же­ние по­зи­ций ав­то­ра по важ­ней­шим во­про­сам государственной, цер­ков­ной и куль­тур­ной жиз­ни Рос­сии то­го вре­ме­ни. Сре­ди со­чи­не­ний вы­де­ля­ют­ся «Ис­по­ве­да­ние пра­во­слав­ной ве­ры...», 2 «Сло­ва» об ис­прав­ле­нии рус­ских книг, в ко­то­рых пред­став­ле­ны развёр­ну­тые обос­но­ва­ния прак­ти­ки пе­ре­во­да и пра­вомер­но­сти про­из­ве­дён­ной Максимом Греком прав­ки бо­го­слу­жеб­ных тек­стов. В «Ис­по­ве­да­нии...» в об­ра­ще­нии к цер­ков­ным и свет­ским вла­стям Максим Грек во­про­шал, не выз­ва­но ли его об­ви­не­ние в ере­си его об­ли­че­ния­ми стя­жа­тель­ской прак­ти­ки, взи­ма­ния про­цен­тов («мзды»), жад­но­сти и так далее. В сочинении «Сло­во, из­ла­гаю­щее с жа­ло­стию не­строе­ния и бес­чи­ния ца­рей и вла­сти­те­лей по­след­не­го ве­ка се­го», в ко­то­ром ис­сле­до­ва­те­ли об­на­ру­жи­ва­ют влия­ние Дан­те, Максим Грек ал­ле­го­рически опи­сы­ва­ет со­стоя­ние цар­ст­ва, по­ру­ган­но­го пра­ви­те­ля­ми и вла­сти­те­ля­ми. Вме­няв­шая­ся в ви­ну Максиму Греку кри­ти­ка русских чу­до­твор­цев - ос­но­ва­те­лей мо­на­сты­рей - обу­сло­ви­ла по­яв­ле­ние его главных «не­стя­жа­тель­ских» со­чи­не­ний (смотри в статье Не­стя­жа­те­ли).

Со­ци­аль­ная по­зи­ция Максима Грека со­стоя­ла не в от­ри­ца­нии цер­ков­ной соб­ст­вен­но­сти как та­ко­вой, а в об­ли­че­нии стя­жа­тель­ской прак­ти­ки соб­ст­вен­ни­ков, рос­тов­щи­че­ст­ва, бес­че­ло­веч­но­го от­но­ше­ния к кре­стья­нам. Важ­ное ме­сто в сис­те­ме по­ли­тических воз­зре­ний Максима Грека за­ни­ма­ет ут­вер­жде­ние пра­ва ду­хов­ных и свет­ских лиц на со­ве­ты ца­рю. Максиму Греку при­над­ле­жат по­сла­ния-на­став­ле­ния Ва­си­лию III и Ива­ну IV, а так­же по­ли­тические со­чи­не­ния бо­лее ши­ро­ко­го ха­рак­те­ра («Гла­вы по­учи­тель­ны на­чаль­ст­вую­щим пра­во­вер­но»). Максим Грек ре­ко­мен­до­вал Ива­ну IV обес­пе­чить ко­ор­ди­на­цию по­ли­тических сил, при­вле­кая к это­му не толь­ко бо­яр­ст­во и ду­хо­вен­ст­во, но и во­ин­ст­во и слу­жи­лых лю­дей. В воп­ро­се об ав­то­ке­фа­лии Русской церк­ви Максим Грек ис­хо­дил не из её от­ри­ца­ния, а из убеж­де­ния, что она мо­жет быть ус­та­нов­ле­на по ре­ше­нию («гра­мо­те») Кон­стан­ти­но­поль­ско­го па­три­ар­ха­та.

Со­чи­не­ния Максима Грека со­об­ща­ли русскому чи­та­те­лю о Ве­ли­ких гео­гра­фи­че­ских от­кры­ти­ях (об острове Ку­ба, о Мо­лукк­ских островах), зна­ко­ми­ли с приё­ма­ми фи­ло­ло­гической кри­ти­ки тек­ста, вы­ра­бо­тан­ны­ми в ви­зантийской и ре­нес­санс­ной куль­ту­рах, рас­ска­зы­ва­ли о Ма­ну­ции Аль­де, пе­чат­ной кни­ге и так далее.

Мо­лит­вен­ное по­чи­та­ние Максима Грека су­ще­ст­во­ва­ло с середины XVII века, также и сре­ди ста­ро­обряд­цев. Ка­но­ни­зи­ро­ван РПЦ в 1988 году; дни па­мя­ти - 21 января (3 февраля) и 21 ию­ня (4 ию­ля), а так­же в со­бо­рах Афон­ских, Мо­с­ков­ских, Ра­до­неж­ских и Твер­ских свя­тых.

Исторические источники:

Суд­ные спи­ски Мак­си­ма Гре­ка и Иса­ка Со­ба­ки / Под ред. С. О. Шмид­та. М., 1971; Си­ни­цы­на Н. В. Ска­за­ния о пре­по­доб­ном Мак­си­ме Гре­ке. М., 2006.

Сочинения:

Со­чи­не­ния. Ка­зань, 1859-1862. Ч. 1-3;

Со­чи­не­ния. Св.-Тро­иц­кая Сер­гие­ва лав­ра, 1910-1911. Ч. 1-3;

Ду­хов­но-нрав­ст­вен­ные сло­ва. Сер­ги­ев По­сад, 2006; Со­чи­не­ния. М., 2008-. Т. 1.

Дополнительная литература:

Бе­ло­ку­ров С.А. О биб­лио­те­ке мо­с­ков­ских го­су­да­рей. М., 1898;

Икон­ни­ков В.С. Мак­сим Грек и его вре­мя. К., 1915;

Ржи­га В.Ф. Опы­ты по ис­то­рии рус­ской пуб­ли­ци­сти­ки ХVI в. Мак­сим Грек как пуб­ли­цист // Тру­ды От­де­ла древ­не­рус­ской ли­те­ра­ту­ры. Л., 1934. Т. 1;

Denissoff E. Maxime le Grec et l’Oc­cident. P.; Louvain, 1943;

Ива­нов А.И. Ли­те­ра­тур­ное на­сле­дие Мак­си­ма Гре­ка. Ха­рак­те­ри­сти­ка, ат­ри­бу­ция, биб­лио­гра­фия. Л., 1969;

Ков­тун Л.С., Си­ни­цы­на Н.В., Фон­кич Б.Л. Мак­сим Грек и сла­вян­ская Псал­тырь // Вос­точ­но­сла­вян­ские язы­ки. М., 1973;

Ков­тун Л.С. Лек­си­ко­гра­фия в Мо­с­ков­ской Ру­си ХVI - на­ча­ла ХVII в. Л., 1975;

Си­ни­цы­на Н.В. Мак­сим Грек в Рос­сии. М., 1977; она же. Мак­сим Грек. М., 2008; она же. Не­стя­жа­тель­ское уче­ние пре­по­доб­но­го Мак­си­ма Гре­ка // Рус­ская пат­ро­ло­гия. Сер­ги­ев По­сад, 2009;

Бу­ла­нин Д.М. Пе­ре­во­ды и по­сла­ния Мак­си­ма Гре­ка. Л., 1984.

Фи­ло­ло­ги­че­ские взгля­ды Максима Грека.

От­но­ше­ние Максима Грека к цер­ков­но­сла­вян­ско­му язы­ку оп­ре­де­ля­лось западно-ев­ропейской гу­ма­ни­стической фи­ло­ло­гической тра­ди­ци­ей, со­глас­но ко­то­рой фор­маль­ная пра­виль­ность язы­ка свя­зы­ва­лась с его фи­ло­ло­гической «об­ра­бо­тан­но­стью», а его функ­ци­ональ­ный ста­тус - с по­зи­ци­ей в куль­тур­но-язы­ко­вой ие­рар­хии. По­сколь­ку цер­ков­но­сла­вян­ский язык воз­ник в ре­зуль­та­те пе­ре­во­да греческих бо­го­слу­жеб­ных тек­стов, функ­цио­наль­но до­ми­ни­рую­щий и фор­маль­но об­ра­бо­тан­ный греческий язык рас­смат­ри­вал­ся как об­ра­зец пра­виль­но­сти. Ошиб­ки в цер­ков­но­сла­вян­ских тек­стах Максим Грек объ­яс­нял тем, что пер­вые пе­ре­во­дчи­ки и по­сле­дую­щие пе­ре­пис­чи­ки не­дос­та­точ­но вла­де­ли греческим язы­ком и не бы­ли обу­че­ны грам­ма­ти­ке, ри­то­ри­ке и по­эти­ке. Со­от­вет­ст­вен­но пра­виль­ность цер­ков­но­сла­вян­ского языка мог­ла быть дос­тиг­ну­та по­сред­ст­вом фор­маль­но-се­ман­тического со­от­не­се­ния греческого и цер­ков­но­сла­вян­ского язы­ков. Эта ус­та­нов­ка наи­бо­лее по­сле­до­ва­тель­но реа­ли­зо­ва­лась в про­цес­се пе­ре­во­да Тол­ко­вой Псал­ти­ри и прав­ки Цвет­ной Трио­ди. Стрем­ле­ние Максима Грека к грам­ма­ти­че­ски од­но­знач­ной пе­ре­да­че греческого тек­ста и то, что при этом он не учи­ты­вал слу­чаи не­сов­па­де­ния фор­маль­но-се­ман­тических па­ра­мет­ров греческого и цер­ков­но­сла­вян­ско­го язы­ков, при­во­ди­ли к ря­ду за­мен, на­ру­шав­ших тра­диционное тол­ко­ва­ние славянского тек­ста и, как след­ст­вие, к уп­рё­кам в ад­рес Максима Грека в ере­ти­че­ской пор­че книг. Стре­мясь оп­ро­верг­нуть воз­ве­дён­ные на не­го об­ви­не­ния, Максим Грек всту­пал в по­ле­ми­ку со славянскими книж­ни­ка­ми: раз­вёр­ну­тые обос­но­ва­ния прак­ти­ки пе­ре­во­да и книж­ной спра­вы пред­став­ле­ны в соз­дан­ных им по­сле су­да 1525 года сочинениях «Ис­по­ве­да­ние пра­во­слав­ныя ве­ры…», «Сло­во от­ве­ща­тель­но о ис­прав­ле­нии книг рус­ских», «Сло­во от­ве­ща­тель­но о книж­ном ис­прав­ле­нии…». Прин­ци­пы и кон­крет­ные па­ра­мет­ры книж­ной спра­вы Максима Грека, а так­же ха­рак­тер язы­ко­вой по­ле­ми­ки на­шли про­дол­же­ние в ни­ко­нов­ской спра­ве и в спо­ре ни­ко­ни­ан и ста­ро­об­ряд­цев.

В рам­ках фи­ло­ло­гической ра­бо­ты над цер­ков­но­сла­вян­ским языком Максим Грек стре­мил­ся при­спо­со­бить к славянскому ма­те­риа­лу лек­си­ко­гра­фические и ри­то­ри­ко-по­этические со­чи­не­ния. Фи­ло­ло­гическое тол­ко­ва­ние за­им­ст­во­ван­ных слов пред­став­ле­но в его сло­ва­ре «Тол­ко­ва­ние име­нам по ал­фа­ви­ту», ко­то­рый це­ли­ком или фраг­мен­тар­но был ис­поль­зо­ван со­ста­ви­те­ля­ми всех славянских аз­бу­ков­ни­ков. В сочинении «О при­шель­цах фи­ло­со­фех» Максим Грек про­де­мон­ст­ри­ро­вал ри­то­ри­ко-по­этический при­ём пе­ре­ра­бот­ки од­но­го ви­да сти­ха в дру­гой, со­стоя­щий в из­ме­не­нии сти­хо­твор­но­го мет­ра пу­тём из­ме­не­ния по­ряд­ка слов.

С име­нем Максима Грека со­вре­мен­ни­ки свя­зы­ва­ли и грам­ма­тические ста­тьи, в ко­то­рых грам­ма­ти­ка рас­смат­ри­ва­лась как уче­ние о 8 час­тях «сло­ва», при этом ис­поль­зо­ван­ные в дан­ных ра­бо­тах тер­ми­ны от­ли­ча­лись от на­зва­ний час­тей ре­чи в ано­ним­ном ру­ко­пис­ном трак­та­те «О ос­ми час­тех сло­ва». По­ни­ма­ни­ем пра­виль­но­сти цер­ков­но­сла­вян­ского языка как ори­ен­та­ции на грам­мати­ку объ­яс­ня­ет­ся и тот факт, что ав­тор­ст­во грам­ма­ти­ки, из­дан­ной в Мо­ск­ве в 1648 году без ука­за­ния име­ни Ме­ле­тия (Смот­риц­ко­го), мог­ли при­пи­сы­вать Максиму Греку, чьи со­чи­не­ния ак­тив­но ци­ти­ро­ва­лись московскими книж­ни­ка­ми в но­вом пре­ди­сло­вии, со­став­лен­ном к это­му из­да­нию.

Исторические источники:

Ягич В. Рас­су­ж­де­ния юж­но-сла­вян­ской и рус­ской ста­ри­ны о цер­ков­но­сла­вян­ском язы­ке. СПб., 1896.

Дополнительная литература: 

Keipert H. Nil Kurljatev und die rus­si­sche Sprachgeschichte // Litterae slavicae medii aevi. Münch., 1985.

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)

Литература
  • Wilson N. From By­zantium to Italy: Greek studies in the Ita­lian Renaissance. L., 1992
  • Жи­вов В.М. Гу­ма­ни­сти­че­ская тра­ди­ция в раз­ви­тии грам­ма­ти­че­ско­го под­хо­да к сла­вян­ским ли­те­ра­тур­ным язы­кам в XV-XVII вв. // Сла­вян­ское язы­ко­зна­ние. XI Ме­ж­ду­на­род­ный съезд сла­ви­стов. Док­ла­ды рос­сий­ской де­ле­га­ции. М., 1993
  • Жи­вов В.М., Ус­пен­ский Б.А. Grammatica sub specie theologiae: Пре­те­рит­ные фор­мы гла­го­ла бы­ти в рус­ском язы­ко­вом соз­на­нии XVI-XVIII вв. // Ус­пен­ский Б.А. Из­бран­ные тру­ды. М., 1997. Т. 3
  • Ро­мо­да­нов­ская В.А. «Се­де одес­ную От­ца» или «си­дел еси»? // Проб­ле­мы ис­то­рии, рус­ской книж­но­сти, куль­ту­ры и об­щест­вен­но­го соз­на­ния. Но­во­сиб., 2000
  • Ус­пен­ский Б.А. Ис­то­рия рус­ско­го ли­те­ра­тур­но­го язы­ка (XI-XVII вв.). 3-е изд. М., 2002
Статью разместил(а)

Ручкина Александра Юрьевна (модератор Дробышев)

редактор

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты