ЕВГЕ́НИЙ МЕТРОПОЛИ́Т

0 комментариев

ЕВГЕНИЙ МЕТРОПОЛИТ (Болховитинов Евфимий Алексеевич) - митрополит Киевский и Галицкий, историк, археограф, библиограф.

Биография.

Родился в семье священника Ильинской церкви (после перестройки в 1767-1770 годах освящена в честь Входа Господня в Иерусалим). Предки Евгения происходили из города Болхова, во 2-й половине XVII века числились детьми боярскими Острогожского гарнизона, прадед Евгения Стефан Федосеевич был уже священником, дед Андрей Стефанович служил в канцелярии Воронежского митрополита Пахомия (Шпаковского). В 1776 году Евфимий потерял отца. Мать, оставшаяся с 3 детьми, отдала его певчим в архиерейский хор воронежского Благовещенского собора. В 1777 году Е. Болховитинов был зачислен в Воронежскую ДС. Летом 1785 года Воронежский епископ Тихон (Малинин) удовлетворил его прошение о переводе в Москву для продолжения обучения и снабдил юношу рекомендательным письмом к митрополиту Московскому Платону (Левшину), ректору Славяно-греко-латинской академии. Болховитинов был зачислен слушателем академии, которую окончил в 1788 году. В свободное время он посещал лекции в Московском университете, где познакомился с членами литературного кружка Н.И. Новикова, подрабатывал корректором в типографии М.П. Пономарёва. В Москве произошло знакомство Болховитинова с архивистом и археографом Н.Н. Бантыш-Каменским, во многом определившее научные интересы будущего архиерея.
После возвращения в родной город Болховитинов в январе 1789 года был назначен преподавателем в Воронежскую ДС. В разное время вел курсы риторики, французского языка, греческих и римских древностей, философии, богословия, церковной истории, герменевтики и др. В 1790 году был назначен префектом семинарии и заведующим семинарской библиотекой, с целью пополнения которой неоднократно ездил в Москву, в 1797 году стал начальником открытой при ДС бурсы. Сплотившиеся вокруг молодого ученого единомышленники из среды формирующейся местной интеллигенции составили болховитиновский кружок, выступивший в 1798 году инициатором создания губнскойер типографии. В 1793 году Болховитинов женился на дочери липецкого купца А.А. Расторгуевой. В 1795 году было удовлетворено поданное им вместе с братом Алексеем в 1791 году прошение о причислении Болховитиновых к дворянскому сословию. 25 марта 1796 года Болховитинов был рукоположен во пресвитера и возведен в сан протоиерея Спасо-Преображенского собора города Павловска Воронежской губернии с оставлением при семинарии в прежних должностях, одновременно определен присутствующим в Воронежской консистории.

В 1799 года протоерей Евфимий овдовел, к тому времени скончались и все трое его детей. Благодаря рекомендательному письму Бантыш-Каменского протоерей Евфимий был приглашен Санкт-Петербургским митрополитом Амвросием (Подобедовым) в столицу, 3 марта 1800 года определен префектом, преподавателем философии и высшего красноречия в СПбДА. 9 марта принял монашеский постриг с именем Евгений в Александро-Невской лавре в честь Святой Троицы, 11 марта возведен в сан архимандрита, назначен настоятелем Зеленецкого во имя Святой Троицы монастыря, 15 марта определен присутствующим в Санкт-Петербургской консистории. 15 сентября 1801 года участвовал в коронации императора Александра I в Москве, был пожалован алмазным наперсным крестом. 27 января 1802 года назначен архимандритом санкт-петербургской Троице-Сергиевой мужской пустыни, 5 апреля стал учителем богословия в СПбДА, являлся членом санкт-петербургского комитета Благодетельного общества.

17 января 1804 года Евгений был хиротонисан во епископа Старорусского, викария Новгородской епархии. Евгений стал одним из авторов реформы системы духовного образования, проведенной в России в 1808-1814 годах. После обсуждения проектов реформы с митрополитом Амвросием Евгений получил задание составить «Предначертание о преобразовании духовных училищ». Согласно проекту Евгения, представленному Александру I в 1805 году, духовные академии, подобно университетам, должны были стать центрами духовных учебных округов, наделенными функциями книгоиздания, цензуры и надзора за духовными школами более низких ступеней. Евгений предлагал сократить курс изучения латыни, придать духовному образованию более научный и менее дидактический характер. За составление «Предначертания...» Евгений был награжден орденом святой Анны 1-й степени. Живя в Варлаамиевом Хутынском в честь Преображения Господня монастыре, Евгений подружился с Г.Р. Державиным, который посвятил ему несколько сочинений, в т. ч. стихотворение «Евгению. Жизнь званская», написанное в 1807 году, когда Евгений гостил в имении поэта. Переписка Евгения с Державиным продолжалась до смерти последнего в 1816 году.

24 января 1808 года Евгений был назначен на Вологодскую кафедру, 19 июля 1813 года - на Калужскую, 7 февраля 1816 года - на Псковскую кафедру с возведением в сан архиепископа. В Пскове Евгений благословил совершать службу в кафедральном Троицком соборе в дни кончины местночтимых угодников святого князя Довмонта (Тимофея) и блаженного Николая Саллоса, учредил крестный ход вокруг собора с Чирской иконой Божией Матери, почти забытой к тому времени в Пскове. В 1818 году вошел в Комиссию для составления законов Российской империи. 24 января 1822 года Евгений был определен на Киевскую кафедру, 16 марта возведен в сан митрополита, стал членом Синода. В начале декабря 1824 года уехал в Санкт-Петербург для присутствия в Синоде, 25 февраля 1825 года назначен членом Комиссии духовных училищ и секретного комитета о раскольниках. 14 декабря 1825 года вместе с Санкт-Петербургским митрополитом Серафимом (Глаголевским) на Сенатской площади обратился к восставшим войскам с призывом сложить оружие. За усердие с опасностью для жизни Евгений был награжден панагией, украшенной драгоценными камнями, и удостоен рескрипта императора Николая I. Впоследствии был назначен членом особого совета по делам декабристов. Евгений, как и многие другие архиереи, был противником созданного в 1813 году в России Библейского общества (смотри Библейские общества). За некоторое время до 12 апреля 1826 года он, так же как и митрополит Серафим, обратил внимание императора Николая I на тот вред, который, по его мнению, наносило Библейское общество. В том же году общество было закрыто. В начале 1827 года Евгений вернулся в Киев, где через 10 лет плодотворной научной и пастырской деятельности скончался. Согласно завещанию, архиерей был похоронен в Сретенском приделе киевского Софийского собора, в стене за правым клиросом. Библиотека Евгения (около 8,5 тысяч томов, более 3 тысяч рукописей) была завещана Софийскому собору, консистории, КДА и Киевской ДС.

Научные труды и сочинения.

Известно 107 работ Евгения (102 на русском и 5 на латинском языке), из них 85 опубликованы, 22 хранятся в рукописном виде. Первыми литературными произведениями молодого ученого были выполненные по поручению Новикова переводы работ Л. Кокле, П. Марешаля, Ф. Фенелона, а также примечания, сделанные к переводу «Краткого описания жизни древних философов».
В Воронеже под руководством Болховитинова была написана «История Воронежской семинарии». Он составил «Конспект учения, по которому в Воронежской семинарии лекции преподаваемы быть имеют». В сентябре 1792 года приступил к работе над книгой для юношества «Российская история», но не закончил ее из-за нехватки книг и источников и обратился к краеведению. Научную разработку истории родного края Болховитинов начал с написания и опубликования «Слова надгробного преосвященному Иннокентию, епископу Воронежскому... С приложением краткого летописца преосвященных Воронежских» (М., 1794) и «Полного описания жизни преосвященного Тихона» (СПб., 1796). Не имевший аналогов фундаментальный труд «Историческое, географическое и экономическое описание Воронежской губернии» (Воронеж, 1800) оказал значительное влияние на становление отечественного краеведения («местнографии»). По словам С.О. Шмидта, Евгений «рано определил для себя основные задачи и формы творческой деятельности историка - выявление, сохранение, введение в научный обиход источниковой базы науки отечественной, особенно церковной, истории (включая историю литературы и вообще письменности), разработка самой методики исторического исследования и создания трудов научно-справочного назначения» (Шмидт. 2001. С. 12).

В 1800 году митрополит Амвросий поручил Евгению составить ответ на представленный императору Павлу I генералом иезуитского ордена Г. Грубером проект соединения православной и католической Церквей. Результатом работы стала записка Евгения «О незаконности и неосновательности папской власти в Церкви Христовой». Проект Грубера был отвергнут русской стороной. Беседа с находившимся в Санкт-Петербурге Ахталинским епископом Варлаамом (Эристави; впоследствии митрополит и экзарх Грузии) побудила Евгения к написанию работы «Историческое изображение Грузии в политическом, церковном и учебном ее состоянии» (СПб., 1802). В 1803 году Евгению была поручена миссионерская работа среди духоборцев села Чудова, о чем он писал в «Записке о разговоре с двумя духоборцами» (опубл.: ЧОИДР. 1874. Кн. 4. Отд. 5. С. 137-145) и в «Исследовании исповеди духоборческой секты», одобренных Синодом. В этот период под наблюдением Евгения был сделан перевод труда А.Л. Шлёцера «Нестор», посвященного раннему русскому летописанию (1-й том издан в 1809 году). В опубликованном под редакцией А. Щекатова и Л.М. Максимовича «Географическом словаре Российского государства» (М., 1801-1809 годы. 7 частей) Евгению бесспорно принадлежит 59 статей.

Пребывание Евгения в Новгороде ознаменовалось изучением христианизации Новгородской земли, выявлением и спасением от уничтожения древнерусских рукописных памятников, в т. ч. XI века. Здесь ученый написал «Исторические разговоры о древностях Великого Новгорода» (М., 1808), «Всеобщее хронологическое обозрение начала и распространения духовных российских училищ» и «Критические замечания на рецензию моравского дворянина Гаке де Гакенштейна». Раскопки, проведенные под руководством Евгения в 1807 г.оду у Георгиевского собора Юрьева новгородского мужского монастыря, привели к открытию древнего некрополя. В библиотеке новгородского Софийского собора Евгений нашел один из древнейших отечественных памятников письменности - пергаменную грамоту Юрьеву монастырю великого князя Киевского Мстислава (Феодора) Владимировича и его сына святого князя Всеволода (Гавриила) Мстиславича (ныне обычно датируется 1130 годом). Евгений сделал полный дипломатико-палеографический анализ документа, тем самым став одним из родоначальников отечественной палеографии и сфрагистики (Примечания на грамоту великого князя Мстислава Володимеровича и сына его Всеволода Мстиславича, удельного князя новгородского, пожалованную новгородскому Юрьеву монастырю // ВЕ. 1818. Ч. 100. № 15/16. С. 201-255; То же // Тр. и зап. ОИДР. 1826. Ч. 3. Кн. 1. С. 3-64). В 1813 году с вопроса об издании этой работы в Москве началась продолжительная и плодотворная переписка Евгения с коллекционером графом Н.П. Румянцевым. Евгений был причастен к археографической деятельности румянцевского кружка, являлся сторонником издания «сводных» (реконструированных) древнерусских текстов («Повести временных лет», «Хожения» игумена Даниила и проч.).

В Вологде Евгений составил, в частности, «Описание Пекинского монастыря», «Исторические сведения о Вологодской епархии и о Пермских, Вологодских и Устюжских архиереях», «Исследование о личных собственных именах у славяноруссов» (ВЕ. 1813. Ч. 70. № 13. С. 16-28), «О древностях вологодских и зырянских» (Там же. Ч. 71. № 17. С. 27-47) и др. Евгений был инициатором написания и по сути соавтором изданной в Москве в 1807-1815 годах Пензенским епископом Амвросием (Орнатским) «Истории Российской иерархии» (6 томов в 7 книгах, 7-й том не опубликован). Материалы для этого труда Евгений начал собирать в конце XVIII века в Воронеже, на рубеже XVIII и XIX веков продолжил в Санкт-Петербурге, с 1804 года - в Новгороде, где и привлек к этой работе префекта Новгородской семинарии священика Амвросия. С 1813 года Евгений разрабатывал эту тему в Калуге, где его помощником стал В.Г. Анастасевич, впоследствии выдающийся библиограф. Большая археографическая работа была проделана в епархиальных и монастырских архивах (особенно следует выделить период пребывания Евгения на Вологодской кафедре, когда он с целью поиска исторических документов посетил все монастыри своей епархии). Многое было им позаимствовано из рукописных (в 1812 году сгоревших в Москве) «Записок по истории Российской иерархии» Бантыш-Каменского. Над внесением поправок и дополнений в «Историю...» и подготовкой ее нового издания Евгений продолжал трудиться до конца своих дней. Написанное Евгением в этот же период «Всеобщее введение в историю монастырей Греко-Российской Церкви» посвящено апологии монашества, нередко подвергавшегося нападкам со стороны светского общества. В 1812 году Евгений представил в Российскую академию текстологическое исследование церковнославянского перевода Священного Писания, однако отмеченные автором разночтения в славянских списках стали причиной цензурного запрета на публикацию сочинения.

В Пскове Евгений, продолжая интенсивную исследовательскую деятельность, заложил основу местного краеведения трудами по истории Изборска (Летопись древнего славенорусского княжеского города Изборска // Отечественные записки. 1825. Ч. 22. № 61. С. 189-250; отд. изд.: СПб., 1825), 6 монастырей Псковской епархии (Описание Благовещенской Никандровой пуст. Дерпт, 1821; Описание Иоанно-Предтечева псковского монастыря. Дерпт, 1821; Описание монастырей Иоанно-Богословского Крыпецкого и Рождество-Богородицкого Снетогорского: С приб. списка преосвящ. архиереев Псковских. Дерпт, 1821; Описание Псково-Печерского первокл. монастыря. Дерпт, 1821; Описание Святогорского Успенского монастыря. Дерпт, 1821) и Пскова. Фундаментальная «История княжества Псковского» (в 4 частях) была завершена вчерне в 1818 году, но издана в 1831 году в Киеве. В 1-й части содержится общая характеристика истории Псковского княжества и Пскова, во 2-й - сведения о псковских князьях, посадниках, тысяцких, генерал-губернаторах, губернаторах и губернских дворянских предводителях с прибавлением псковских грамот, в 3-й - история Псковской церковной иерархии, в 4-й издан сокращенный сводный текст Псковской летописи. При работе над «Историей княжества Псковского» автор привлекал широкий круг источников, в т. ч. не сохранившиеся до настоящего времени документы «поповской избы» Пскова. В рукописях Евгения имеется краткое жизнеописание святого князя Всеволода (Гавриила). В результате проведенных в Пскове под руководством Евгения раскопок были открыты древние деревянные мостовые.

Почти 40 лет Евгений, ведя обширную переписку, посвятил сбору материалов для фундаментального «Словаря исторического о бывших в России писателях духовного чина Греко-Российской Церкви». «Словарь...» печатался сначала по частям в журнале «Друг просвещения», к 1812 году был полностью готов, в 1818 году вышло его отдельное издание, в 1827 году - 2-е, значительно исправленное и дополненное издание. 2-я часть «Словаря...» была переиздана в 1845 году М.П. Погодиным под названием «Словарь исторический о писателях, российских и чужестранцах, в России водворившихся и для россиян что-нибудь писавших, с присовокуплением многих известий, вообще для ученой, гражданской и церковной истории относящихся» (в 2 томах). В «Словарь...» вошли биографические сведения о 719 русских ученых, писателях, композиторах, церковных деятелях, изложенные Евгением на основании изучения рукописного материала, консультаций с архивистами, в частности с К.Ф. Калайдовичем, Бантыш-Каменским. Д.И. Абрамович писал о том, что «с появлением «Словаря» Евгения началось в наших университетах систематическое преподавание русской литературы».

Возглавив в 1823 году Конференцию КДА, Евгений превратил ее в координирующий научный центр в Киеве. Научная деятельность Евгения и его сотрудников имела характер комплексных исторических исследований с использованием вспомогательных дисциплин. В 1831 году при КДА было основано Церковно-археологическое общество, занимавшееся сбором, изучением и сохранением памятников старины. В 1835 году в Киеве распоряжением министра народного просвещения С.С. Уварова был создан Комитет для изыскания древностей, куда был введен и Евгений. При содействии Евгения в 1822-1825 годах возведено новое здание КДА, в 1828-1830 годах - здание Киевской ДС.

Уже через несколько лет после назначения на Киевскую кафедру Евгений опубликовал фундаментальные работы «Описание Киево-Софийского собора и Киевской иерархии» (К., 1825) и «Описание Киево-Печерской лавры: С присовокуплением различных грамот и выписок, объясняющих оное, также планов лавры и обеих пещер» (К., 1826). В 1824 и 1836 годах Евгений издавал в Киеве с собственными комментариями «Синопсис» архимандрита Иннокентия (Гизеля). Предпринимая архивные разыскания в местных монастырях, Евгений обнаружил много важных документов и рукописей, начал составлять план древнего Киева и его окрестностей. В Киеве, как и в другмх городах, где Евгений был правящим архиереем, он организовал первые систематические археологические раскопки, официальное начало которых относится к 17 октября 1824 года, когда приступили к поискам фундамента Десятинной церкви, обнаруженного в том же году вместе с остатками фресок. Отчет о раскопках был опубликован в следующем году (План первобытной киевской Десятинной церкви с объяснением оного // Отечественные записки. 1825. Март. Ч. 24. Кн. 59. С. 380-403). 2 августа 1828 года Евгений освятил закладку новой Десятинной церкви. В 1832 году киевский археолог-любитель К.А. Лохвицкий, хорошо зарекомендовавший себя при первых раскопках, по поручению Евгения произвел археологическое исследование на холме, где, по преданию, водрузил крест апостол Андрей (ранее при Евгении была начата реставрация церкви апостола Андрея Первозванного 1767 года), а также раскопки городского вала на месте бывшых Золотых ворот XI века, остатки которых в 1750 году были засыпаны землей. В 1833 году были раскопаны остатки храма, который Евгений отождествил с церковью монастыря святой Ирины XI века. Евгений объехал многие исторические места Киевской губернии, составил план ее археологического обследования.

Евгений состоял действительным членом императорской Российской академии (1806), почетным членом АН (1826), почетным членом всех российских университетов, СПбДА, КДА, многочисленных ученых обществ: санкт-петербургского Общества любителей наук, словесности и художеств (1810), санкт-петербургской «Беседы любителей русского слова» (1811), московского Общества любителей российской словесности (1812), Общества истории и древностей российских при Московском университете (1813), Общества любителей отечественной словесности при Казанском университете (1814), санкт-петербургского Вольного общества любителей российской словесности (1818), Королевского копенгагенского общества северных антиквариев (1834) и др. Евгений был награжден орденами: святого Владимира 2-й степени (1814), святого Александра Невского (1823), апостола Андрея Первозванного (1826). В память о Евгении в Воронеже с середины 80-х годов XX века проводятся Болховитиновские чтения.

Иконография.
Иконография Евгения включает немало живописных и графических портретов, относящихся в основном ко времени его пребывания на Киевской кафедре. Наиболее ранним, запечатлевшим Евгения в сравнительно молодом возрасте, в период его служения в Вологодской епархии, является поясной портрет на холсте 1-й половины XIX века (ВГИАХМЗ), происходящий из Димитриева Прилуцкого монастыря. Изображение принадлежит к изводу, представляющему иерарха вполоборота влево, с русыми волосами и небольшой вьющейся бородой, в довольно редком облачении - в архиерейской мантии, омофоре и митре, с панагией, крестом и орденом святой Анны на груди, в правой руке - жезл с навершием в виде посоха, на сулоке вышит вензель Е (епископ Евгений). В иконографии Евгения этот тип облачения практически не встречается, уступив место «кабинетному» варианту. Из-за отсутствия подписи памятник считался портретом неизвестного архиерея, однако черты лица изображенного полностью совпадают с обликом Евгения на гравюре 1816 г.ода работы А.А. Осипова, сделанной по заказу П.П. Бекетова в технике пунктира (помещена в издании: [Бекетов П.П.] Портреты именитых мужей Российской Церкви, с прил. их кр. жизнеописания. М., 1843; экземпляры - ГПИБ, ЦАК МДА). На эстампе иерарх представлен в другом одеянии - в рясе и черном клобуке, с панагией, орденами святого Владимира и святой Анны на лентах и с орденскими звездами, правой рукой придерживает книгу. Внизу подпись: «Евгенiй Архiепископъ Псковскiй, Лифляндскiй и Курляндскiй, и орденовъ Святого Владимiра 2-й степени и Святой Анны 1-го класса Кавалеръ». Возможно, и живописный портрет, и гравюра созданы на основе несохранившегося раннего образца с изображением Евгения в ранние годы архиерейского служения.

К неизвестному оригиналу восходят и многочисленные поясные изображения иерарха «киевского» извода 20-х годов XIX - начала XX веков из собраний НКПИКЗ (11 полотен), ГИМ и др. Евгений представлен старцем с седой бородой средней величины, в рабочем кабинете возле стола, вполоборота вправо, в синей рясе и белом клобуке с крестом, с панагией, наперсным крестом и многочисленными наградами - орденами апостола Андрея Первозванного, святого Александра Невского, святого Владимира, святой Анны и орденскими звездами, в левой руке четки. В соответствии с академической портретной традицией он изображен на фоне колонны с зеленой драпировкой, в левом верхнем углу - пейзаж с видом Киево-Печерской лавры со стороны Днепра, справа - полка с книгами, на которой стоит митра. Надпись на обороте портрета, происходящего из Голосеевской пустыни (НКПИКЗ), указывает не только дату, но и час смерти Евгения («...въ 9ть часовъ»), что дает основание считать произведение прижизненным, а текст - добавленным вскоре после кончины митрополита.

Портрет использовался в качестве образца художниками, выполнявшими и точные копии, и упрощенные реплики с изображением только фигуры Евгения (смотри, например: «I монастир той подiбний небу». К., 2005. С. 146). Среди списков имеется миниатюра на роговой пластине (12,8×8,2 см), исполненная архиепископом Анатолием (Мартыновским) (НКПИКЗ). Подобный портрет был написан для Российской императорской академии, действительным членом которой являлся Евгений, в год его кончины художожником А.А. Калашниковым с оригинала, находившегося в архиерейском доме при соборе Святой Софии в Киеве (Ровинский. Словарь гравированных портретов. Т. 4. Стб. 255, 258, 293; Русские портреты XVIII и XIX веков: Изд. вел. кн. Николая Михайловича Романова / Отв. ред.: С.А. Никитин. М., 2000р. Т. 4. С. 61, 296-299. № 71). На копии, хранящейся в настоящее время в собрании музея ИРЛИ (ПД), митрополит запечатлен за работой, с пером в руке. Литография около 1835 года А. Мошарского по рисунку. Калашникова (ГИМ), выпущенная в составе портретов членов императорской Российской академии (Ровинский. Словарь гравированных портретов. Т. 4. Стб. 110-111), представляет упрощенный вариант, без деталей обстановки.

Существуют посмертные живописные портреты Евгения другой иконографии, например его поколенное фронтальное изображение в архиерейской мантии и клобуке, с благословляющей десницей и архиерейским жезлом с сулоком в левой руке (НКПИКЗ). По сторонам в картушах помещены тексты, слева - титул Евгения, справа: «Исходатайствовал для Лаврской типографии важные права, чем упрочил и расширил дело книгопечатания 1824 года». Судя по надписи, портрет предназначался для Киево-Печерской лавры. Большой портрет Евгения (252×155 см; НКПИКЗ) в рост, в полном богослужебном облачении, с проступающим на фоне силуэтом Успенского собора лавры является не совсем удачной попыткой лаврского живописца XIX века продолжить старую традицию украинского парадного архиерейского портрета. Живописное изображение Евгения имелось в комплексе портретов, написанных около 1869 года для конгрегационного зала КДА (Для посетителей портретной залы КДА. К., 1874).

При жизни Евгения в 1823 году И. Степановым по рисунку Е. Эстеррейха был награвирован резцом погрудный портрет Евгения в рясе и белом клобуке, с панагией и 2 орденскими звездами (оттиск из собрания Н. Дурново - ЦАК МДА). На одной из литографий работы А. Пецольда (ЦАК МДА) аналогичного извода, с иной формой бороды, указана только дата рождения митрополита - возможно, эстамп выполнен до его кончины. Графический портрет Евгения (карандаш, соус) входил в число 302 портретов-копий выдающихся русских деятелей, которые помещались в особом зале Румянцевского музея в Москве (Ровинский. Словарь гравированных портретов. Т. 4. Стб. 231). Литография 2-й половины XIX века (ЦАК МДА) повторяет в целом «киевский» извод, иерарх изображен с пером в руке.

Сочинения:

Новая латинская азбука. М., 1788;

Рассуждение о необходимости греческого языка для богословия и об особенной пользе его для российского языка. [М., 1793]. Воронеж, 18002;

Историческое рассуждение вообще о древнем христианском богослужебном пении и особенно о пении Российской Церкви... с присовокуплением другого краткого рассуждения о том, что алтарные украшения нашей церкви сходны с древними. Воронеж, 1799;

Историческое исследование о Соборах Российской Церкви. СПб., 1803 [под псевдонимом М. Сухонов];

Памятный церковный календарь. М., 1803;

Церковный календарь, или Полный месяцеслов. М., 1803;

Известие о первом российском посольстве в Японию под начальством поручика А. Лаксмана // Друг просвещения. 1804. № 12. С. 249-270 (отд. изд.: М., 1805)

©Православная энциклопедия

Литература
  • Данский А.А. Очерк жизни и ученых трудов Евгения, митр. Киевского и Галицкого // Воронежский лит. сб. Воронеж, 1861. С. 225-245
  • Малышевский И.И. Деятельность митр. Евгения в звании председателя конференции Киевской дух. академии // ТКДА. 1867. № 12. С. 567-650 (отд. отт.: К., 1868
  • Бычков А.Ф. О словарях русских писателей митр. Евгения // СбОРЯС. 1868. Т. 5. Вып. 1. С. 217-288 (отд. отт.: СПб., 1868)
  • Деятельность митрополита Евгения по управлению Киевской епархией. К., 1868
Статью разместил(а)

Попцов Александр Сергеевич

редактор

Приглашаем историков внести свой вклад в Энциклопедию!

Наши проекты